Ольга Аст – Кровь Первых (страница 24)

Рядом свалился старик в богатой одежде. Его пальцы, унизанные драгоценными перстнями, корябали землю. Он вырывался из хватки трех мертвяков, при этом ужасно визжа:

– Золото, я вам дам много золота! Только спасите! Я отдам вам все, что у меня есть!

Его глаза остановились на мне, и старик протянул костлявые руки в мою сторону.

– Спаси меня! Я отдам тебе все, только убей их! Забирай даже рабов. Красивых рабов. Больше нигде таких не найти.

Рабы? Этот богатей держал рабов? Если сначала я раздумывал над тем, как отцепить меченных от него, то после этих слов лишь кровожадно ухмыльнулся. Оставить таких ублюдков мучительно умирать – дело чести. Развернувшись, я махнул ему рукой на прощание и поспешил дальше, лавируя между людьми и трупами.

– Не-е-ет! Спаси! Спаси меня!

Позади раздался противный хруст, сопровождаемый истошным криком. Минус одна мразь на земле. Может, этот кошмар нужен, чтобы очистить землю от настоящей нечисти?

Внезапно на спину навалились несколько меченных, и я согнулся под их весом. Липкая слизь, капавшая с их тел, стекала на лицо. Попытки их сбросить провалились, а меч просто выпал из скользких пальцев. Сквозь вопли и противное чавканье до меня донесся знакомый голос.

– Этан!

Дерьмо. Там был Эмилий. Нужно было как можно быстрее избавиться от тварей. Мне уже стало безразлично проклятие, и я приготовился разорвать их гнилые глотки. На мгновение кожу обожгло огненной волной, а потом стало слишком легко. С моей спины летел пепел. Все вокруг было в нем. Меченные вспыхнули и сгорели, оставляя лишь черную золу. Дорога расчистилась, и я бросился к помосту, расталкивая всех на своем пути.

Картина, которая открылась моему взору, безжалостно разрушила все надежды. Голова Этана покоилась на коленях Эмилия. Он испуганно смотрел, как из безжизненных глаз и рта Словотворца течет кровь. От его кожи исходил пар, а вздутые вены в некоторых местах лопнули, выплескивая черную жижу. Этан выглядел как чудовище. Я сглотнул ком в горле, прежде чем спросить:

– Что с ним?

– Крис? – Эмилий, вздрогнув, повернулся ко мне и беспомощно покачал головой. – Его больше нет.

Невозможно! Этот паршивец не мог вытворить все это и просто сдохнуть. Я нагнулся и пробежался руками по его шее и груди так, чтобы не задеть гнилые места. Сердцебиение и дыхание не ощущались. Он определенно умер.

– Что нам теперь делать? – Эмилий оглянулся по сторонам.

Со смертью Этана все меченные рассыпались прахом, а прокаженные земли были всюду, как и трупы людей. Единственная надежда на общее спасение умерла, не оставив ничего, кроме разрушения. Мы сделали неправильный выбор, поддавшись на уговоры Барди и старикана Сигурда. А теперь нет в живых ни короля, ни Словотворца. А проклятие Эмилия осталось, и оно будет его пожирать. Хотя в таком мире нам всем было не выжить.

– Мне так жаль. – Слезы текли из его глаз. – Как же мне жаль, Этан. Мы не успели, не смогли, не спасли. Никого не спасли. Это конец, Кристиан. Для всех нас.

Он прижал тело Словотворца к себе, мерно раскачиваясь с ним. Мне хотелось что-то сказать или сделать, но руки лишь непроизвольно сжимались в кулаки. Сила и навыки владения мечом тут бесполезны. Нам нужна помощь. Пока огонь не захватил все дома, следовало его потушить. Осмотреть людей, которых покусали меченные, собрать трупы. Мне… нам нужен король.

Слишком поздно я заметил, как вены на теле Этана стали сдуваться, а черный поток хлынул к Эмилию. С воплем я потянулся к нему, пытаясь оттолкнуть от тела, но неизвестная сила отбросила меня назад, не давая приблизиться. На моих глазах гниль струилась по рукам Эмилия, жадно впитываясь в кожу и пробираясь все глубже. Его рот открылся в беззвучном крике, пока чернота полностью не заполонила радужку глаз. Это произошло слишком быстро.

– Эмилий?

Мой голос сорвался. Он брезгливо бросил тело Этана на землю и повернулся ко мне. Глаза, которые всегда напоминали мне густой мед, приобрели кроваво-красный оттенок. На губах играла противная ухмылка. Даже черты лица заострились, делая его неузнаваемым. Он поднялся на ноги и отряхнул одежду.

– Его больше нет. Есть только я – Нэим, единственный бог этого мира.

Его речь изменилась, наполнившись резкими и непривычными оттенками. Глаза отказывались верить, но разум подсказывал, что передо мной был не Эмилий. Мой король умер? Тело непроизвольно дрогнуло. Нет, невозможно. Этот дурень жил с богом в своей голове, значит, и тут не может быть все потеряно. Пальцы судорожно пытались нащупать меч, который теперь валялся где-то на площади. Но что я должен был сделать? Попытаться убить бога?

Тем временем он презрительно осмотрел хаос, царивший на площади, и кучи пепла, покрывающие гнилую землю. Нэим передернул плечами, словно ему было непривычно в этом теле, и, нагнувшись, зачерпнул пепел. Бог зажал его в руке, чуть подержав, раскрыл ладонь и сдул с нее уже красные угольки. Вокруг стало происходить тоже самое. Пепел превращался в раскаленные угли, которые разносил ветер, воспламеняя все на своем пути. Стихшие крики людей вновь прорезали ночь.

– Какое слабое и никчемное тело. И в нем текла часть моей силы? Мерзость.

Бог поморщился и покрутил кистями рук, разминая их. Я медленно и осторожно поднялся на ноги, попутно осматриваясь в поисках оружия. Спина и плечо ныли, но я прекрасно знал, что это не помешает мне сражаться, было бы чем. Бог удивленно оглянулся, как будто раньше не замечал моего присутствия.

– А ты… – Нэим постучал согнутым пальцем по лбу. – О! Наш дорогой Христианхен. Или лучше называть тебя Крис? Верный друг и опора этой жалкой душонки?

Голос сочился ядом и насмешкой. Если он знает меня, то возможно ли, что душа Эмилия была просто заперта внутри? Взгляд зацепился за меч, который лежал чуть поодаль за спиной Бога. Осталось каким-то образом обойти его. Без оружия я ощущал себя голым.

– Да-да, угадал, тот самый Христианхен. – Я тоже ухмыльнулся, делая небольшой шаг вбок, как будто мое тело просто пошатнулось. – А ты у нас, значит, тот самый волк, да?

Губы бога недовольно скривились.

– Облик зверя требовался только для того, чтобы спуститься на землю. А вы, глупцы, уже сложили легенды, поклоняясь какой-то псине.

Я не отводил взгляд от него, пытаясь уловить малейшие изменения, но при этом не забывая осторожно двигаться дальше.

– Хоть волк, хоть псина. Меня ваши божественные дела не волнуют.

Нэим на мгновение прикрыл глаза. Еще аккуратный шаг.

– Определенно ты будешь поумнее этого… – он обвел руками тело Эмилия, – сопляка. Какая жалость, что в тебе нет моей силы. С сильными душами игра становится интереснее, да и подчинился бы ты не так позорно быстро. Сплошное разочарование.

Я чувствовал, что бог намеренно пытается уколоть меня как можно больнее. Но, помимо моей воли, на последних словах зубы едва слышно скрипнули.

– И что теперь Божественное Величество надумало делать?

Позади раздался треск, и одна из деревянных балок, охваченная пламенем, упала на помост рядом со мной. Удачней момента не придумаешь. Я прыгнул в ту сторону, где лежал меч, и перекатился. Пальцы не успели нащупать рукоять, как на грудь навалилось нечто тяжелое, как будто тело придавили огромной глыбой. Дыхание резко перехватило. Бог сидел на мне, вдавливая в доски, – дерево заскрипело, грозясь разлететься в щепки.

Его сила поражала, она не шла ни в какое сравнение со способностями Эмилия. В этом я просчитался, повел себя как последний дурак. Дерьмо. Оставалось лишь вцепился в его руки, которые уже добрались до моего горла.

– Глупый мальчишка. Вас уже ничего не спасет. Бога нельзя провести. Я уничтожу весь людской род, чтобы вы помнили, каково обманывать Нэима.

– Попробуй, божественная зараза, твоих сил будет недостаточно. – Воздух заканчивался, но я не оставлял попыток ослабить его хватку.

Он наклонился ниже и пристально посмотрел мне в глаза. Светлые пряди упали на лоб.

– А ведь ты, Христианхен, даже не знаешь, что творилось в душе твоего господина. И, несмотря на это, все равно самоотверженно защищал его, так, убийца короля?

Он знал. Но знал ли, потому что был богом, или же это память Эмилия? Дьявол.

– Ответа на свой вопрос ты не получишь. Намного интереснее умереть в неведении.

Бог упивался своим превосходством, но благодаря его издевкам и болтовне я смог слегка сдвинуться под ним – у меня появился шанс на освобождение. Совсем чуть-чуть, и скинуть с себя Нэима станет возможным.

– Наш глупый мальчишка не умеет проигрывать. Теперь никто не сможет одолеть Первого бога.

Он сильнее сжал пальцы, и я почувствовал, что еще немного, и Нэим сломает мне шею. В голове воцарилась пустота, а легкие отчаянно требовали воздуха. Доски затрещали сильнее, разламываясь под нами.

Вдруг сверху упали толстые цепи, стягивая Нэима поперек груди и оттаскивая его назад. Как только хватка ослабла, жгучий кашель разодрал горло. Глаза слезились, но я все же смог рассмотреть огромную фигуру, которая держала в руках цепи. Бог корчился на досках, пытаясь выбраться из оков, но не мог, как будто что-то ему мешало.

Вытерев лицо рукой, я поднялся на ноги и пошатнулся. Тяжелое дыхание вырывалось с хрипами, но моей жизни пока ничего не угрожало. Человек приблизился, и его лицо осветило пламя от горящих балок.