Ольга Арунд – Секретарь в переплёте (страница 25)

— А ты продолжишь догоняться этим? — Плюхнувшись на диван рядом со мной, она нюхает Апероль и показательно морщит нос. Кто бы мог подумать, что это чудо ещё и не пьёт! — Влада всё равно нет, так что заняться мне нечем. Не рассчитывай, что я от тебя отстану!

— Зар, мне отлично! — Я лениво покачиваю носком туфли. — Я не бегаю по банку, не пишу описи, не скачу по стремянке, а просто сижу и медленно потягиваю коктейли. Красота!

— Красота будет завтра, а это так, разминка.

— Вообще, активный отдых это не совсем моё, — начинаю я, глядя на танцующих, — так что давай без меня? Все эти тарзанки, сплавы и спортивные игры вполне обойдутся без моей скромной персоны.

— Это что за меланхолик со мной приехал?! — кажется, по-настоящему злиться Зара, а я думаю пожалеть о том, что нас поселили в один номер. — Ну-ка, вставай!

Вскочив, Зара с силой дёргает меня на себя и мне не остаётся ничего другого.

— Всё, идём танцевать! — она продолжает тянуть меня за руку, но три коктейля оказываются не настолько безобидными, как я рассчитывала.

Шагая вслед за ней, я оступаюсь, подвернув ногу, но упасть не успеваю.

— Веселитесь, дамы?

— Александр Германович, — усмехаюсь я в его объятиях, — вы как всегда… вовремя.

— Это моё хобби, — хмыкает он и ставит меня на ноги.

Только «ставит на ноги» и «отпускает» оказываются далёкими друг от друга понятиями. Но я продолжаю смирно стоять рядом, чувствуя его ладонь через тонкую ткань платья, а в голове шумит совсем не из-за коктейлей.

— Вот хотя бы вы ей скажите! — совершенно по-детски жалуется Зара. — Нечего сидеть здесь с бокалом, мы сюда не скучать приехали!

— Абсолютно с вами согласен. Кажется, Зара?

И вот вопрос, почему меня бесит то, как Дальский ей улыбается? Удивление, что он в принципе способен на такую улыбку, отходит на дальний план.

— Зара, и можно на «ты», — щебечет та, тоже заметно раздражая. Или виноваты пузырьки «Голубой лагуны»?

— Саша, — отзывается тот и моё терпение не выдерживает.

— Вы серьёзно?! — я поворачиваюсь, чтобы заглянуть ему в лицо.

— В конце концов, мы практически родственники, — Зара лучится от довольства. — Так что там с танцами? Оля!

— Танцы танцуются.

— Вот и мы потанцуем, — заявляет Дальский и, пока я открываю рот для возражений, сам спускает меня со ступеньки.

И мы действительно идём танцевать.

Количество танцующих уменьшилось вдвое и разделилось по парочкам, в ряды которых вступаем и мы.

— Я даже знаю что ты хочешь спросить, — улыбается Дальский, притягивая меня ближе, чем положено. — Как я здесь оказался?

— Вы плохо меня знаете. — Мои ладони скользят по его груди, плечам и обвивают за шею. Сделаю вид, что не имею к этому отношения. — Почему Зара вас не знает? Крамель ведь ваш брат.

— Потому что я опоздал на их помолвку, — вздыхает он и, кажется, с сожалением. — А когда приехал… Мы разругались с Владом и дальше парковки я не попал — развернулся и уехал домой.

— Я не понимаю, — мне вспомнился разговор с Зарой по пути сюда. — Откуда между братьями может быть столько вражды?

— Расскажу, если перестанешь выкать.

Можно подумать, что выканье меня спасает… Уже сейчас я ощущаю приятное томление и азарт, а пальцы случайной лаской касаются его шеи и линии волос. В то время как Дальский ведёт себя по-джентельменски, разве что расстояние между нами не соответствует приличиям.

— И что изменится? — Я поднимаю взгляд и едва не мурчу, когда его ладонь зарывается в распущенные волосы.

— Узнаем, — Дальский скользит взглядом по моим волосам, скулам, губам и возвращается к глазам. — Ты против?

— Я воздержусь, — выдыхаю я ему в губы, прикрывая глаза.

Но у судьбы оказались другие планы.

— Александр Германович! — Сложно не узнать громкий голос Сухорукова. — А я до последнего не верил, что ты приедешь!

— Иван Фёдорович, — откликается Дальский, бросает последний взгляд на меня и разворачивается, чтобы пожать ему руку, — как бы я смог отказаться от вашего приглашения.

— Ты — легко, — смеётся Сухоруков и именно этот момент я выбираю, чтобы раствориться в толпе. — Слушай…

Проходя через танцующих, я беру направление к бару. Не самое лучшее решение, но я залпом опрокидываю в себя «Б-52», прошу коктейль с собой и, обхватив влажную стенку бокала, выхожу из отеля.

Самое печальное, что никакого душевного раздрая я не чувствую и, расстроившись от этого ещё больше, я делаю первый глоток.

Глава 16

Бассейн завораживающе переливается всеми оттенками голубого, жаль, что утопиться в таком точно не получится. Хотя хочется настолько, что я погружаю ладонь в кристально-чистую воду. Тёплая. Понимая, что всё равно спасут, я сажусь на шезлонг, делая глоток.

Зря я согласилась. Очень зря. С другой стороны, переоценивать свои возможности — моё любимое хобби последних недель.

— Ты замёрзла.

А даже если нет, то это не забота, это приказ. И я бы увернулась от накинутого на плечи пледа, но он мне только на руку. Можно добавить сверху ещё парочку таких же — чем качественнее я отгорожусь от Дальского, тем меньше соблазна.

Но о чём это я?!

Плюнув на вежливость и личные границы, он садится рядом со мной на шезлонг, настолько близко, что его бедро прижимается к моему. Где мои пледы?! Ни разу за пять лет знакомства наше сотрудничество не оказывалось таким тесным и слава Богу! Я собираюсь отодвинуться, но его рука стальной хваткой удерживает меня за талию.

— Сиди.

— Да с чего бы вообще?! — взрываюсь я, последними неделями доведённая до предела своей стрессоустойчивости. — Я больше не тво… ваш…

— Кто? — Дальский слитным движением пересаживает меня на свои колени и всё, что я могу — успеть отставить бокал с Пина Коладой в сторону, чтобы не залить коктейлем рубашку бывшего начальства.

Я. На коленях. Дальского.

Стоило догадаться чем закончится этот вечер ещё полчаса назад. Хотя вру, не полчаса — минимум полмесяца.

— Секретарь, — выдыхаю я.

Мой взгляд далёк от мыши, смотрящей на удава. Та мышь сразу бы сдохла, только посмотрев в глаза Александра Дальского. Потому что арктический взгляд горит, отзеркаливая тусклые светильники вокруг, в то время как их хозяин мягко отбирает у меня бокал, прервав зрительный контакт едва ли на мгновение.

— Я в курсе, — действительно довольно отвечает он, заставив меня задохнуться от возмущения.

В курсе и всё?! То есть он не жалеет о моём увольнении? Между прочим, нового секретаря ему не могут найти до сих пор! Я знаю — Полина регулярно скидывает мне «Олд-Арновские» новости. Собираясь высказать всё, что думаю о его самодовольстве, я набираю воздуха и… резко выдыхаю. Снова.

Потому что его ладонь ложится на мою лодыжку и кожа вмиг покрывается мурашками. Чёрт! Это же деспотичный, сложный и знакомый до последней запонки Дальский! Кому как не мне знать все выверты его отмороженного сознания, но…

Его ладонь поднимается выше и я не могу больше смотреть в яркие голубые глаза. Но и остановить Дальского тоже не могу, чувствуя как заходится пульс и прерывается дыхание, как только его ладонь останавливается в миллиметре от подола платья.

Чёртов спор. Чёртов Крамель. Чёртов архив.

Я не верила, я честно держалась, я приводила миллион и ещё один аргумент против, но так и не смогла побороть это предательское чувство. Тягу, которая твердила одно.

Я хочу Александра Дальского.

— То есть вам нравится самому составлять своё расписание.

Глаза поддёргиваются поволокой сами по себе, руки тоже своевольничают — одна обнимает его за шею, вторая то ли останавливает, то ли предлагает продолжить, накрыв его ладонь.

— Мой секретарь сбежал, — с тихим смешком сообщает Дальский, — и отказывается возвращаться.

Места для слов не остаётся.

Он касается моих губ первым, осторожным, поцелуем. Не то. И я доказываю ему это, зарываясь пальцами в короткие волосы на затылке и перехватывая инициативу. К чёрту всё! Со своими принципами я разберусь завтра, а пока отдамся в руки раздражающего, но такого соблазнительного мужчины…

Утро.