Ольга Андреева – Стоит только расхотеть (СИ) (страница 28)

— Хорошо, если так… Только и молчать я не могу — покачала головой Вика.

— Ну ладно — закатила глаза Камилла. — Но твоя совесть будет удовлетворена, если ты просто расскажешь Женьке, что Черкасов к тебе неровно дышит, и ты не хотела бы видеть его на свадьбе?

— Ну…

— Послушай, Солнце. Ты ведь не говорила Диме, что любишь его?

— Нет, но…

— Не обещала уйти к нему? — перебила Камилла

— Нет…

— Так вот — торжественно объявила Вельская — если это все так, то ты и не соврешь Женьке.

— Ты так считаешь? — задумчиво спросила Вика.

— Ой, все! — устало махнула рукой Камилла. — Говори, что хочешь, только не жалуйся потом. Мне, кстати, собираться надо, Солнц. Сегодня приедет Женя, и меня уже здесь не должно быть к тому времени.

— А может, останешься еще немного? — с надеждой посмотрела на нее Вика

— Нет, подруга — вздохнула Камилла. — Завтра на работу, мне потом поздно возвращаться, а тут еще вещи… Не вариант, в общем.

Через пару часов сумка Вельской была собрана.

Вика вызвалась проводить Милу до дома. Вернулась она только около полудня. Поставила чайник, оглядела квартиру и решила как следует прибраться к Жениному приезду. Попутно она размышляла о том, что сказала ей Мила. По сути дела, она была права. Вика ничего Черкасову не обещала, Жене не изменяла, но… Была небольшая загвоздка.

За то время, пока Черкасов создавал ей «круги на воде» она разуверилась в том, что любит Женьку и хочет за него замуж. Вика уже заканчивала мыть полы, когда в дверь позвонили. Она бросила взгляд на часы, гадая, кто это может быть. Была половина третьего, и, значит, это не Женя. Что-то забыла Камилла? Вика посмотрела в глазок и нахмурилась. За дверью стоял Димка. Нехотя, она открыла дверь и отступила в прихожую, позволяя войти.

— Что ты хочешь, Дим? — нервным голосом поинтересовалась она и оперлась на закрытую дверь.

— Того же, что и в пятницу, Вика. — Димка судорожно стиснул ее руку и уставился на нее блестящими глазами. Он явно нервничал. — Я хочу, чтобы мы были вместе. Я так больше не могу, Вик. Устал притворяться, что мне все равно… Ни черта мне не все равно… Я не смогу тебя отпустить просто так. Если ты меня все еще любишь, я обещаю, что никогда больше не причиню тебе боли, на руках носить буду, лишь бы ты была моей… Если нет, только скажи-я исчезну из твоей жизни и больше никогда не напомню о себе… Только не мучь меня больше, я не могу жить в неопределенности

— Дим, я… — она растерялась и не знала, что сказать.

Черкасов, тем временем, продолжал:

— Не бойся Женьку, его я беру на себя… Сам с ним поговорю…

Димкину сбивчивую речь прервала трель мобильного. Не сводя с него глаз, Вика потянулась к карману за телефоном. На дисплее высветился незнакомый номер. Она ответила.

— Виктория, это вы? — прозвучал незнакомый мужской голос.

— Я… Да, Виктория это я — сердце почему-то, тревожно замерло.

— С Вами говорит инспектор ГАИ Петров. Дело в том, что сегодня около двух часов Евгений Тихомиров попал в аварию на автостраде… ДТП произошло по вине водителя фуры, что двигалась по встречной. Он не справился с управлением…

Димка увидел как лицо Вики посерело и вытянулось, а глаза расширились.

Непослушными губами она попыталась спросить, что с ним, но получилось у нее это не с первого раза. Наконец, ей удалось выговорить:

— Где он??

— Он доставлен в Александровскую больницу города Санкт-Петербург. В настоящий момент делается все возможное…

Вика даже не дослушала. Она положила трубку и в отчаянии заметалась по квартире. Димка попытался было выяснить, что случилось, но у Вики началась истерика. Она плакала, кричала, что это она во всем виновата, что никогда себе не простит, что сейчас нужно немедленно ехать… Наконец, из ее истеричных всхлипов Димка умудрился понять, что Тихомиров попал в аварию и сейчас находится в Александровской больнице.

У Черкасова ком подступил к горлу: неужели все настолько серьезно? Вика, тем временем стала лихорадочно собираться. Схватила сумку, кофту, ключи и собиралась было выбежать из квартиры, но Черкасов поймал ее.

— Куда ты? — встряхнул он Вику.

— Я должна быть там, должна быть с ним… — отчаянными глазами глядя сквозь него повторяла она. — Я не могу его потерять!

— Куда ты сейчас поедешь в таком состоянии? Тоже хочешь в больнице оказаться? — крикнул он, пытаясь привести ее в чувство. Бесполезно. Она вырывалась, плакала и повторяла что-то бессвязное.

Вика была в невменяемом состоянии, и все, что он мог сейчас сделать, просто отвезти ее туда сам.

— Ладно, — сдался он, — поехали, я тебя отвезу.

Всю дорогу до больницы Вика молилась про себя.

Удивительно: она была человеком неверующим, и ни одной молитвы не знала. Но, как говорят, в окопах под пулями атеистов не бывает. И сейчас она просто просила Бога, чтобы Женька остался жив. Она не помнила ни дороги, ни того, что Димка ей говорил, пытаясь успокоить. В мозгу билась только одна мысль: ее Женя сечас умирает. А она не рядом с ним.

Оказавшись в больнице, Вика опрометью кинулась узнавать о том, где Женя и что с ним сейчас. К ней вышел хирург и объяснил, что Тихомиров довольно легко отделался. У него диагностировано сотрясение мозга, сильно венозное кровотечение из передней большеберцовой вены и перелом левой ключицы. Женя был прооперирован и сейчас находится в реанимации.

— Я могу попасть к нему? — нетерпеливо спросила Вика.

Хирург только головой покачал:

— Девушка, поймите, он только что перенес операцию. Ваш Евгений сейчас еще не отошел от наркоза, да и, откровенно говоря, лучше ему подольше под ним полежать: меньше шансов на осложнения после сотрясения. Вам туда нельзя.

— Доктор, — схватила его за руки Вика — Доктор, я должна быть там! Я не могу оставить его одного в реанимации, пустите меня, пожалуйста!

— Барышня, милая, да поймите же! — начал раздражаться тот. — Не положено…

Черкасов, наблюдавший всю эту картину со стороны, сделал доктору знак и отвел его в сторону:

— Простите, не знаю, как Вас зовут… — начал он

— Меня зовут Николай Сергеевич Васильев. — кивнул хирург

— Николай Сергеевич — продолжил самым убедительным тоном Димка, открывая кошелек и доставая оттуда пятитысячную купюру. — Вы же видите, что девушка не в себе. Там ее жених в реанимации, между прочим. — он аккуратно засунул купюру доктору в карман.

— В таком состоянии… — начал было тот

— Я ручаюсь, что сейчас она успокоится — спокойно продолжил Димка. — Скажите лучше, вы с другими родственниками связались?

— Еще нет. Не успели. Мы даже не ожидали, что так быстро близкие найдутся. В таких авариях люди не выживают, не то, что телефоны с номерами родственников. А тут чудо, можно сказать, мобильник остался цел. Так что, спасатели уже на мести смогли установить личность пострадавшего и позвонить по последнему номеру в исходящих.

— Вот и ладно… Я смогу с ними связаться, а девушку Вы к Жене пустите. Глядишь, и на поправку быстрее пойдет.

— Ладно — сдался доктор, поглубже засовывая купюру в карман. — Пусть идет. Только чтоб без воплей и истерик!

— Договорились! — лучезарно улыбнулся ему Димка и направился к уже притихшей Вике. — Я обо всем договорился — сказал он ей. — Только ты, пожалуйста, успокойся, ладно? А то, вдруг, очнется Женька, а ты как рева-корова. Не ровен час, поплохеет твоему жениху — последнее слово далось ему с трудом, но Вика ничего не заметила, погруженная в свои мысли.

— Позвони начальнику — скомандовал ей Черкасов — и скажи, что тебя не будет пару дней. Проект ты мне почти передала, я сам позабочусь об остальном. — Вика машинальна кивнула и попыталась благодарно улыбнуться Черкасову. Тот только усмехнулся. — И не надо мне строить глазки, красотка. Ты у нас замуж выходишь — сыронизировал он.

— Да, есть у тебя номер Жениных родителей?

— Дда, Дим, сейчас — она достала свой мобильник и стала рыться в телефонной книге. — Ввот, телефон Жениного отца — заикаясь проговорила она.

— Ззапиши. — Вот и ладушки — вздохнул он. Иди с Николаем Сергеевичем. Он проведет тебя к твоему ненаглядному. А я, пожалуй, утрясу вопрос с его родственниками и поеду домой. Если что-то понадобится — только позвони. В любое время дня и ночи.

— Хорошо, — кивнула Вика, с надеждой глядя на него. — Спасибо тебе огромное, Дим. — Она порывисто и крепко его обняла. У Димки внутри все сжалось от боли, но виду он не подал.

— До встречи, Вик.

— До встречи — сказала она и пошла вслед за доктором вглубь коридора.

Димка вышел из больницы, сел в машину, и только здесь дал волю эмоциям. Он тихо застонал и оперся лбом о руль. В душе было пусто и больно. Он отчетливо осознал, что, впервые в жизни, проиграл…

Два дня Вика не отходила от постели Женьки. Она тихонько плакала и уговаривала его не умирать.

Дура! Какая же она дура! Возомнила себе, что любит Черкасова, металась, хотела Женьку бросить… Теперь-то она ясно видела, что нужен ей только Тихомиров.

Иногда ее сменяла мать Жени Анна Андреевна. Пока Вика ездила домой помыться и переодеться, или уходила поесть, она сидела в палате сына. Большего ей Вика не позволяла: На Анну Андреевну было жалко смотреть. У нее постоянно кололо сердце и скакало давление. Женькин отец поддерживал ее, как мог, но и сам сильно переживал. Бабушке родители вообще ничего не сказали, опасаясь за ее здоровье.

Димка сдержал слово и по работе Вику не беспокоили. Она же, в свою очередь, старалась лишний раз не звонить Черкасову. Рассудила, что он и так для нее слишком много сделал. Мог бы порадоваться беде соперника, а смотри ж ты… Помогал. Хотя сам лишний раз в больнице не показывался… То ли стыдился, то ли не хотел отвлекать.