Ольга Ананьева – Выдумщики (страница 2)
Бирмингем убрал покрывало, закрывавшее что-то большое на заднем сиденье. Стало ясно, что ему не терпелось показать Карлошу то, что он вёз с собой. Это был мешок, полный маленьких, вырезанных из жёлтого картона звезд, покрытых блёстками.
– Они прекрасны, – восхитился Карлош Плюш.
– Да. Просто восторг, невероятное восхищение, – сказал Бирмингем Тадеуш Карнавальский.
Надо сказать, что у Бирмингема была такая особенность речи, что он все слова произносил с обыденной интонацией, без каких-либо эмоций в голосе. Так что «просто восторг, невероятное восхищение» в его устах звучало так же, как «я сварил на завтрак овсяную кашу». Карлош Плюш уже привык к этой особенности своего друга, а раньше он не мог сдержать улыбки.
– Не могу сдержать волнение. Весь трепещу прям, – продолжил Бирмингем.
– Это оставшиеся? – спросил Карлош.
– Да, остальные уже разнесли другие дежурные волшебники по всему земному шару.
– Сделаем это прямо здесь? – предложил Карлош.
– Почему бы и нет, – пожал плечами Бирмингем.
Они отлетели на некоторое расстояние от дома и полностью раскрыли мешок. И в тот же момент сотни ярких сверкающих огней вылетели оттуда. Они застыли в воздухе над волшебниками и рядом с ними – и все, кто находился в санях, в том числе животные, эльфы и маленькие феи, – все смотрели на звезды.
– Обожаю такие моменты, я счастлив, – произнёс Бирмингем Тадеуш Карнавальский – как обычно, без эмоций.
Спустя несколько минут звезды плавно двинулись в стороны: одна звезда летела в одну сторону, другая – в другую. Но все они залетали в форточки и раскрытые окна.
Карлош Плюш дотронулся до ближайшей к нему звезды. Он внимательно посмотрел на неё и понял то, что мог понять только волшебник или только тот человек, которому была нужна эта звезда.
– Эта звезда называется
Звезда двинулась в сторону окна Коли Рождествина – того самого мальчика, за которым Карлош Плюш следил особенно пристально в последнее время, и залетела в форточку. Было видно, что звезда медленно опустилась на письменный стол ребёнка и вновь стала картонной звездочкой в блёстках. Карлош и Бирмингем наблюдали, как звёзды с другими названиями улетают в другие квартиры и дома.
– Как думаешь, дети находят наши звезды? – задумчиво спросил Бирмингем, когда последняя звездочка скрылась и снова стало темно, – и они понимают названия звезд?
– Не волнуйся, мой друг, – сказал Карлош Плюш, – я думаю, каждый ребенок знает, как называется его звезда.
Карлош Плюш улыбнулся и поправил свой цилиндр, а Бирмингем Тадеуш Карнавальский поправил свой. И летающие сани двинулись в путь над ночным городом.
***
Спустя некоторое время Бирмингем спросил:
– Но если Коля Рождествин не очень уверен в себе, почему ты думаешь, что он справится?
Карлош не успел ему ответить – сани резко дёрнулись при повороте.
– Ох! Смотрите, пожалуйста, на дорогу! – крикнул рождественский эльф, сидящий в санях позади них.
– Ой, Артур Трусишка, это ты? Привет, – весело сказал Карлош. – Я тебя не заметил.
– Ещё бы, – пробормотал Артур Трусишка. – Я пытался притвориться мешком с подарками в страхе, что мы опять впутаемся в какие-нибудь приключения.
Он не был похож на крохотных эльфов и феечек, которые любили прятаться в цилиндрах и карманах волшебников – это был настоящий рождественский эльф, который ростом по колено Карлоша. Но только очень пугливый. Артур сидел, одной рукой вцепившись в сани, а другой – придерживая мешочек с имбирным и сырным печеньем, привязанный к его поясу.
Тут раздалась мелодия – одна из светлых новогодних мелодий, звучащих в домах людей во время зимних праздников.
– У вас звонит зеркало, – быстро сказал эльф и перед Карлошу обычное карманное круглое зеркальце.
Карлош открыл его.
– Алло, – жизнерадостно ответил прямо в стекло.
В зеркале отобразилась пожилая фея Лютенция Кареглаз, а за её головой виднелась её кухня. Лютенция, конечно, тоже не была крохотной феечкой – выглядела как обычная бабушка ростом со всех обычных бабушек, любящих вязать носки и печь очень вкусные пироги с картошкой и малиновым вареньем.
– Мальчики, почему вы не пришли на ужин? Пироги остывают, – строго произнесла она.
И в этом была вся Лютенция. Дело в том, что в волшебном мире феи приглядывают за волшебниками. И даже если волшебники уже давно выросли, те не перестают их опекать. Лютенция вела себя так, будто была бабушкой Карлоша и Бирмингема – несмотря на то, что у неё на самом деле были две настоящих внучки.
Волшебники не успели ничего ответить, поскольку на их пути внезапно нарисовался огромный магазин игрушек, и саням пришлось резко развернуться в сторону.
– Что там у вас творится? Вы опять взяли с собой Артура Трусишку? – всплеснула руками Лютенция.
– Ох, – испуганно произнес эльф при новом развороте.
– Хотя нет, точнее можно сказать так: «Вы опять взяли с собой Артура Трусишку», – подытожила госпожа Кареглаз. – Чем вы занимались, позвольте спросить? Вы должны были только дежурить по звёздам.
– Мы ещё присматривали за Колей Рождествиным, – поспешно объяснил Карлош. – Мне кажется, он вполне подойдёт. У него отличная фантазия, он дружелюбный и добрый. И у него прекрасное чувство юмора, что тоже немаловажно. Я чувствую некую связь между нами.
– Ты же сказал, что он не уверен в себе, – пробормотал Бирмингем. – К тому же Новый год и Рождество уже совсем скоро, а он ещё не…
– У него еще есть время, – жизнерадостно сообщил Карлош. Он помолчал и продолжил. – И знаете, у него трое лучших друзей. Возможно, они тоже нам подойдут. Для тебя тоже может найтись работка, Бирмингем!
– Это же просто чудесно! – воскликнула в зеркале госпожа Кареглаз.
– Не знаю, Карлош, я сомневаюсь, – сказал Бирмингем. – Мне кажется, я еще не готов общаться с детьми. Знаешь, я всегда нормально реагировал, когда ты предлагал спуститься в логово дракона или снежного человека. Но школа и дети, Карлош… Это ведь гораздо опаснее.
Тут им резко пришлось спустить сани вниз.
– Это ерунда, Бирмингем, – отмахнулся Карлош. – В школе нет ничего страшного. Если что-то пойдет не так, ты всегда можешь просто запереться в классе и громко звать на помощь. Меня беспокоит другое – мне кажется, о существовании этих детей знаем не только мы.
– Как это? – хором спросили Бирмингем и Лютенция.
– Мне кажется, за ними ещё кто-то следит, – серьёзно сказал Карлош. – Я видел недавно у школы чёрного пса с красными глазами – он не был похож на обычную собаку и словно наблюдал за детьми. Клянусь, Бирмингем, я редко видел в своей жизни что-то более страшное.
Бирмингема передёрнуло, а Лютенция нахмурилась.
– Может, это была всё-таки обычная собака, дорогой? – спросила она.
– Думаю, нет, – помотал головой Карлош. – Было что-то сверхъестественное во всём её виде. Обычные собаки так не выглядят.
– Может, это был чей-то оживший ночной кошмар? – предположил Бирмингем. – Ты же знаешь, что такое бывает. Особенно у детей. Особенно по понедельникам.
– Ночные кошмары всё-таки бестелесные. А пёс выглядел материальным.
– Это могло быть выдуманное животное какого-нибудь ребёнка с большой фантазией, – с надеждой сказал Артур Трусишка.
– Вряд ли. Мне показалось, что он именно следил за детьми, – ответил Карлош. – И у меня плохое предчувствие – правая пятка постоянно чешется. А вы знаете, что она чешется только к очень плохим событиям. Что-то надвигается, друзья, что-то очень серьёзное.
– Ну, раз пятка, то ладно, – пробормотал Бирмингем.
– У меня есть план, – возвестил Карлош. – Мы узнаем, что это был за пёс, если попробуем… Ой, смотрите, дерево прямо у нас на пути.
– Ладно, Карлош, расскажешь свой план у меня дома, пироги уже стынут, – сказала Лютенция. – Жаль, что я не смогла испечь еще сырного печенья: кастрюля с тестом внезапно пропала. Я уже вызвала в дом сыщика Феладиума Скорнелли. Но думаю, что это проделки рождественских эльфов…
– Мы уже летим, – сказал Карлош и посмотрел на своего друга. – Бирмингем, тебе не кажется, что не хватает снега?
– О нет, я знаю этот взгляд, – проговорил Бирмингем.
– Дружище, надеюсь, это было сказано с оптимизмом. Не будем ждать чудес – будем делать их самостоятельно.
– Никуда без чудес и приключений, – с мрачным видом произнёс Бирмингем.
Карлош достал из своего рюкзака маленький сувенир – стеклянный шар с миниатюрной елочкой и снегом. Волшебник, направив летящие сани повыше, поднял руку со стеклянным шаром над городом и два раза слегка тряхнул его, будто два раза позвонил в колокольчик. И тут произошло настоящее чудо: снег внутри шара взмыл вверх и медленно опустился на елочку, а над городом в этот же миг опустились настоящие снежные хлопья. Карлош Плюш на несколько мгновений сбавил скорость и подставил ладонь снежинкам.
Волшебники бросили немного печенья худенькому старичку внизу, сумевшему их увидеть, оставили немного выпечки на подоконниках в домах. В одном парке деревья были украшены гирляндами, которые складывались в больших оленей и красиво светились в темноте. Карлош поправил свой цилиндр и посмотрел на них – тотчас животные, сложенные из гирлянд, ожили и побежали в небе за санями.
Теперь никто бы уже и не сказал, что за Колиным окном совсем недавно были волшебники. Где-то в Польше, в Нидерландах или в Испании, возможно, видели через некоторое время двух людей с несколькими удивительными существами, пролетающих мимо с бешеной скоростью, осторожно сворачивающих на виражах и улыбающихся случайно увидевшим их прохожим.