Ольга Ананьева – Выдумщики (страница 19)

Все некоторое время помолчали.

– Разве можно заставить кого-то что-то любить? – резонно заметил малыш Чарли.

– Чарли прав. Тут мы ничего не можем, – Моросик, задумавшись, дотронулся до ручки зонта и вдруг резко дёрнулся. – Ой.

– Что произошло? – тут же спросил Коля.

Марианна испуганно сжалась и обняла Чарли.

– Я не знаю, – спокойно ответил Моросик. – Просто я внезапно увидел Карлоша и Леопольда и услышал, о чём они говорят… Да-да, я думаю, это были они…

– Как ты это сделал?! – воскликнула Лариса со смесью удивления и восторга.

– Я не знаю. Я просто дотронулся до ручки зонта, и…

Коля повторил его движение, но ничего не услышал. Лариса проделала то же самое с тем же результатом.

– Но я ничего не слышу и не вижу, – разочарованно протянула девочка и на всякий случай потрогала зонт и своей волшебницы.

Выдумщики посмотрели друг на друга. Лариса, сгоравшая от нетерпения и любопытства, не могла усидеть на месте. Коля был очень серьёзен, Моросик – спокоен, а Марианна и Чарли по-прежнему сидели, прижавшись друг к другу. Глядя на скромную девочку и малыша, даже трудно было понять, кто из них больше испугался.

– Давай ещё раз с самого начала ты повторишь всё то, что ты сделал, – спокойно попросил Коля Моросика.

Почему-то мальчик не сомневался в том, что его друг действительно видел Леопольда и Карлоша.

– Хорошо, – серьёзно посмотрев на Колю, сказал блондин.

Моросик аккуратно поправил очки и медленно положил одну руку на ручку. Но ничего не изменилось – по крайней мере, он не вздрагивал, а продолжал спокойно сидеть, напряжённо всматриваясь в зонт.

– Не выходит, – подытожил блондин.

– Может быть, ты сам думал о Карлоше или Леопольде в этот момент? – высказал догадку Коля. – Или в ручке зонта есть какая-то скрытая кнопка.

Но ни кнопку, ни каких-то других секретных устройств в зонте они не нашли. Это был совершенно обычный старый зонт чёрного цвета и с зелёной заплаткой. Глядя на него, нельзя было догадаться, что он может летать, не говоря уже о том, чтобы передавать мысли.

– Стойте! – осенило Колю. – Моросик, ты ведь держал другую руку на блокноте.

– Да, верно.

Моросик в тот же момент положил левую руку на блокнот и снова вздрогнул: волшебство началось…

Вслед за ним все остальные положили одну руку на блокнот, а другую на ручку зонта – даже маленький Чарли и Марианна. И прямо над столом наших друзей в десертной появились две призрачные фигурки, застывшие в воздухе: это были Леопольд и Карлош, беседующие о чём-то. Леопольд стоял, грустно опустив плечи, и смотрел куда-то в пол.

Марианна ойкнула. Коля быстро обернулся на других людей в столовой – но они мирно ели и весело разговаривали друг с другом, а возникших в воздухе призрачных фигурок не замечали.

А фигурки, в свою очередь, не видели никого, кроме себя.

– Тебе не кажется это довольно несправедливым? Ты волшебник, но не можешь толком сотворить волшебство для самого себя, – произнёс Леопольд Разумовский.

Карлош Плюш нахмурил брови и задумчиво потёр переносицу. Прежде чем он успел что-то сказать, Леопольд продолжил:

– Я сотворяю чудеса для других, но моя собственная жизнь скучна и одинока.

– Ну… – протянул Карлош. – Тогда тебе можно было бы сделать так, чтобы твоя жизнь не была скучна и одинока.

– Для этого мне и нужно волшебство.

– Дружище, я думаю, для этого оно не обязательно.

Тут призрачные фигурки стали меркнуть, пока совсем не исчезли.

– Что это было? – спросил Моросик.

– Воспоминание Леопольда, – тут же ответила Лариса. – Мы каким-то образом его оживили.

– И, судя по всему, этот разговор у них с Карлошем был задолго до встречи с нами. Тогда они ещё были друзьями, – сказал Коля и обдумал слова, которые услышал. – Что ж, теперь я многое понимаю о своём волшебнике.

– Но как мы умудрились подсмотреть чужое воспоминание, Коля? – спросил Чарли.

– Вот хороший вопрос, – заметил Моросик.

Но никто не смог ответить на него, и даже бойкая Лариса, у которой всегда находились ответы на все вопросы, молчала, прикусив губу.

– Я знаю, – неожиданно ответила Марианна.

Все посмотрели на неё.

– Помнишь, Лариса, ты придумала волшебные предметы? – спокойно произнесла девочка. – Что, если в Северном Оленеве они каким-то образом обрели силу? Ты тогда сказала, что с помощью этого блокнота мы сможем…

– Узнавать чужие воспоминания! – воскликнула Лариса. – Марианна, ты гений!

– Секундочку, – важно произнёс Моросик. – Если это действительно так, то, позвольте заметить, получается, что… все остальные волшебные предметы тоже имеют свою силу?

– Получается, да, – заметил Коля, затаив дыхание.

Они вытащили из рюкзака-наволочки волшебные предметы, положили их на стол перед собой и с восхищением на них уставились.

– Дайте мне скорее варежку! – подпрыгнула Лариса.

Глава 7. Недопуск

– Я иногда думаю: есть ли границы у выдумок и фантазий? – задумчиво произнёс Бирмингем, сидящий рядом с Карлошем.

Поздно ночью два волшебника в доме Лютенции Кареглаз, уже выслушавшие рассказ друзей и отправившие их спать, сидели на диване, вырезали из картона новые звёзды для своего скорого ночного дежурства и обсуждали произошедшее.

– Мне кажется, никаких границ и нет, – пожал плечами Карлош. – Хоть у выдумщиков и не получилось пока воспользоваться варежкой, карандашом и птицей, я уверен, что и эти предметы скоро начнут действовать. Как блокнот.

– Как же всё-таки эти обычные вещи стали волшебными? – спросил Бирмингем.

– Ты думаешь, они изначально были обычными? По-моему, нет. Эти предметы были дороги четверым детям. Ведь такое часто бывает в волшебной стране, когда очень ценные для кого-то вещи приобретают волшебные свойства.

– Ну, не знаю, мой любимый ночной колпак, который мне очень дорог, до сих пор почему-то не заговорил, – попробовал пошутить Бирмингем, чтобы развеселить своего друга, но Карлош лишь улыбнулся. Он не был привычно бодрым и жизнерадостным, и это настораживало Бирмингема.

– Ты сказал Коле? – решил спросить Бирмингем.

– Сказал ему что?

– Что ты думал, будто именно он – твой выдумщик.

Карлош перестал вырезать звезду, и ножницы замерли в его руках.

– Нет, не сказал. Ты думаешь, надо было?

– Не знаю.

– Я тоже.

– Ты расстроен?

Карлош подумал, прежде чем ответить.

– Марианна – прекрасный выдумщик, и я рад, что мы с ней связаны. Но с другой стороны, я теперь чувствую большую ответственность за этого мальчика. Нехорошо получилось с Леопольдом – теперь наших выдумщиков могут и не допустить до разноса подарков, а мы их уже взбудоражили этой возможностью.

Карлош Плюш закончил вырезать, отложил ножницы, и все новенькие звёзды взмыли под потолок и застыли на разном расстоянии друг от друга и от потолка. Карлош смотрел на них, избегая смотреть на своего друга. Но Бирмингем знал причину этого – просто Карлош не хотел, чтобы он, Бирмингем, увидел растерянность в глазах своего всегда весёлого и жизнерадостного друга.

– Перестань, могло быть и хуже, – произнёс Бирмингем. – Как ты сам говоришь: «Выше нос»…

Тут со второго этажа домика Лютенции Кареглаз раздался жуткий топок и крик одной из её прилетевших погостить внучек: