Ольга Алешкевич – Голубое небо любимых глаз (страница 2)
– Так быстро?
– Маруся останется присматривать за тобой, бездельник!
– Да?
– Что, не рад?
Алексей вышел прогуляться по саду.
– А чего вы сразу с наездами на меня? Рад я. Очень рад. Мам! Я чай возьму?!
– Павлик! Может, вы там проголодались? – спросила сына Аня.
– А что есть?
– Возьми бутерброды пока, а чай вам Маруська принесёт. Да, Марусь? – сказала с улыбкой Аня.
– Я в прислуги малолеткам не нанималась!
– Тебе что, трудно?
– Вот-вот! – подтвердил Павлик, – а мы тебе споём, хочешь?
– А вот хочу!
– Замётано! – Павлик чмокнул в щёку мать, взял тарелку с бутербродами и побежал наверх, откуда тут же донеслись радостные возгласы.
– Приехала в гости, блин, называется, – пробурчала Маруся.
– Ты не обижайся! Я сегодня к Володе с ночёвкой уеду, а ты тут за хозяйку будешь.
– Вот тебе на! – огорчилась Маруся. Все сговорились сегодня, что ли?
– Мы ещё посидим, а вот Вовка там бедный мучается!
– Как он?
– Держится. Когда я рядом, ему легче.
На кухню вошёл Алексей.
– Как здесь хорошо у тебя, Ань! Воздух, тишина…
– Вот и оставайся!
– Обязательно, но не сейчас.
– Уже уезжаешь?
– Время – деньги! Вовчику привет!
Аня покачала головой, провожая взглядом удаляющуюся крепкую фигуру Алексея и семенившую рядом с ним поникшую Маруську.
– Надеюсь, что скоро приедешь, да? – провожая своего мужчину до машины, спросила Маруся.
– Обязательно. Не скучай, милая! – быстро чмокнул в губы любимую Алексей. – Постараюсь.
Глава 2
Роковая встреча
Маруся проводила взглядом машину друга, закрыла ворота и пошла к дому. Зелень винограда густыми зарослями покрывала весь дом сестры. Кругом аккуратно подстриженная травка, клумбы с цветами, подвязанные помидоры и баклажаны. "И когда она всё успевает?" – подумала сестра про Анну и посмотрела в распахнутое окно мансарды. Громкий смех ребят разносился по всему саду. Женщина вошла в дом, поставила свежезаваренный чай на поднос с кружками, и пошла наверх к Павлику. «А ты стоишь на берегу в белом платье, и даже краше не могу пожелать я.…» – услышала Маруся знакомые слова песни. Она тихонечко вошла в комнату и поставила поднос на столик, а затем обернулась посмотреть, кто же поёт эту совсем не молодёжную, по её мнению, песню. На гитаре играл белокурый парень с длинными волосами. Он сидел спиной к Марусе и, продолжая петь, медленно повернулся, поднял глаза и посмотрел на женщину пронзительно голубым взглядом. Маруся вздрогнула, а затем кивнула ребятам, которые все обратили на неё внимание:
– А я чай принесла, – сказала Маруся, и почему-то её щёки вспыхнули от румянца.
Павлик представил друзьям любимую тётю.
– Тётя? Я подумал сестра! – улыбаясь сказал парень с гитарой.
– Влад! Спой для Маруси! Я ей обещал!
– Нет, нет! Не надо, я уже ухожу! Не буду вам мешать, – ответила Маруся внезапно охрипшим голосом и стремительно вышла из комнаты. Ей стало душно. Кровь прилила к вискам и нервно запульсировала. Неожиданное чувство тревоги и странного беспокойства застало женщину врасплох, а ноги задрожали мелкой предательской дрожью. Маруся прислонилась к стене.
– Что за чёрт? – она медленно спустилась с лестницы.
– Чего это ты так раскраснелась? – спросила Аня сестру.
– Душно что-то. Может, к дождю? Я в сад пойду, подышу.
– Давай-давай! Подыши, – ответила сестра и удивлённо посмотрела вслед.
– Маруся вышла в сад, села на качели. Мерное раскачивание успокаивало. У раскрытого окна стоял с гитарой Влад. Улыбаясь, он пристально смотрел на Марусю. Она улыбнулась в ответ и помахала рукой. Парень не отводил своего бирюзово-гипнотического взгляда. Маруся нервно заёрзала на качелях. Не выдержав настойчивого взгляда молодого человека, ушла в дом.
– Мам, пирожки готовы? – послышался голос Павлика.
– Сынок, возьми сам что нужно. Вот бездельник! – уже Марусе сказала сестра. – Целыми днями вот так, а вечером у них клубы и вечеринки.
– Что делать, возраст у них такой, – ответила с улыбкой Маруся. – Себя вспомни!
– Ну ты меня в старухи не записывай, я и сейчас потусить не против, только времени нет, и не те обстоятельства… Будь другом, сделай сок, а то эти оболтусы весь мой чай с жасмином выпили.
– А ты уже уходишь?
– Что делать, пора, пока доеду… Так не хочется тебя одну оставлять, а приходится. Мой от жары в больнице с ума сходит. Угораздило же его попасть в эту аварию…
– Главное, что живой остался!
– Да, это так. Всё. Пошла. За Павлушей пригляди, чтоб не баловались. Если что, звони.
– Ладно! Вовке привет! Завтра днём его навещу.
Сёстры обнялись и поцеловались. Анна схватила пакеты с продуктами и выскочила из дома.
Маруся пошла на кухню, достала из холодильника апельсины и принялась за дело.
– Мам! – послышался голос Павла.
– Мама уехала. Твоя лафа закончилась.
– Да? А чё мне не сказала?
– А чё, тебе мать отчет должна давать?
– Понятно. Тёть Марусь, где пирожки?
– Ещё раз тётей назовёшь… – размахивая ножом и нахмурив брови, шутливым тоном пригрозила Маруся.
– Спасите, спасите! – завопил, подыгрывая, Павлик. – Влад, кстати, так и не поверил, что ты моя тётя. Похоже, он на тебя запал!
– Дурак ты, Пашка!
– Тёть, не ругайся.
– Дурак!
– Влад? – хихикнул племянник.
– Ты дурак! Пирожки в духовке. Можешь взять.