Олфель Дега – Не зли училку! (страница 2)

Я немного отвлеклась от машущего мне рукой скелета, переведя взгляд на поникшую Марину.

– Ну, молодец, конечно. На редкость понятная просьба. Ты бы ещё написала: «Ув. родители. Срочно достаньте скелет, снимите скальп и выплюньте лёгкие»… Ты чай сама покупала?

– Да, – подтвердила Марина, не видя, что творится за её спиной.

А творилось там странное. Скелету откровенно было скучно стоять смирно, как полагается, учебному материалу.

–А шоколадку? – придирчиво спросила я, когда пособие начало плясать в ритме «ламбады», неприлично крутя обнажёнными тазовыми костями и окутываясь зелёным сиянием.

– Шоколадку Плюкин притащил… Ещё на День учителя.

Я выплюнула не успевший растаять во рту кусочек шоколада в чашку.

Интересно, шоколад может стать мощным галлюциногеном, пролежав полгода в кабинете биологии?! Он же химии. Мало ли какие реагенты на него накапали. В любом случае, зря я так доверчиво жевала угощение от Плюкина.

Марина мельком обернулась, проследив за направлением моего ошалевшего взгляда.

Потом посмотрела ещё раз.

– Какие они всё-таки милые, – умилённо сказала она, глядя на скелет.

– Кости? – не поняла я.

– Нет, родители класса. Всё-таки купили нам пособие! Да оно ещё и интерактивное! Интересно… Надо найти пульт управления, или он через ноут запускается?

Я немного успокоилась. Никакой мистики! Марина сразу нашла разумное объяснение. С сожалением посмотрела на испорченный чай в кружке. И пошла мыть посуду в раковине, рядом со скелетом.

Черепушка медленно повернулась, следя за мной горящим взором. Даже как-то не по себе стало.

– Прикройся, – фыркнула я, закрывая алые глазницы полотенцем.

Скелет затих. Но испускать зелёный туман не перестал.

Ну и зачем, спрашивается, эти спецэффекты в школе? Мы же не на рок-концерте… Кстати, если скелетом дистанционно управляют ученики, параллельно снимая нашу реакцию на сюрприз, то наверняка они этой самой реакцией сейчас разочарованы.

Потому что за этот год я на каждом уроке наблюдала такое, что танцующий скелет был не более, чем карикатура.

Марина, снова включив чайник, подошла посмотреть поближе новинку. Сняла полотенце с черепа, и заворожено посмотрела в алые глазницы.

– Натали… Пульт я не нашла. И как его остановить? Оно обниматься лезет!

Раздражённо зашипев, я вцепилась в кости, пытаясь отцепить учебное пособие от подруги. Добилась только, что правой рукой скелет крепко обхватил ещё и меня за талию. Зелёный туман стал плотным, я смутно видела только истошно орущую что-то Маринку недалеко от меня.

Кружку я разбила о череп, затем, схватив его, резким движением крутанула, в надежде, что если оно сломается, то и выключится.

А потом мы уже пойдём, поищем того, кому нужно сказать «спасибо» за помощь школе.

С бедренной костью в руках пойдём. Не было в кабинете биологии скелета, и не будет. Особенно, такого бешеного.

Выкручивание башки отлично работает! Это я могу авторитетно заявить, в истории всегда это было самым эффектным способом решить все неприятности разом.

В любом случае, туман постепенно испарился, и скелет затих.

Однако и кабинет пропал. Мы с Мариной стояли, зажатые в оригинальном тройничке – две училки и скелет без черепа. Теперь уже не он нас держал. Сами вцепились, не ожидая, что окажемся в холодной комнате со стенами, выложенными крупным серым камнем.

– Родители твоего класса, похоже, ещё ремонтик сделали, – дрожащим голосом прошептала я, оглядываясь, – если честно, у них так себе с чувством юмора, а вкуса вообще нет.

– Какой ремонтик, – взвизгнула Маринка, – что за сволочь в скелет галлюциноген запихнула?! Детки же могли пострадать! Ладно хоть, яд нам достался.

У меня приличных слов не было. Только не педагогические и матерные. Но, если выскажусь, получу от Маринки кистью от скелета, это точно. А то вдруг детки услышат и впечатлятся. Хотя, судя по тому, что я слышала на переменах, удивить детишек мне нечем.

Расширенными глазами оглядела каменные стены.

– Марина, – сдавленным голосом сказала я, – должна признаться, что не совсем честно прошла психиатра на комиссии перед работой.

– Удивила, – фыркнула подруга по коллективной галлюцинации, пытаясь выдрать полу пиджака, застрявшую в рёбрах скелета, – так-то знаешь, прозвище тебе детишки говорящее дали.

– От Бледной Спирохеты слышу, – огрызнулась я, прижимая оторванный череп к груди.

Еле слышный скрип заставил подскочить нас обеих. С перепугу, с силой запустила черепушкой в сторону зловещего звука.

И, судя по болезненному вскрику, попала.

– Госпожа, они кидаются переходниками, – наябедничал на нас кто-то из стенки дребезжащим голосом, – дикие из Дикого мира.

Я сейчас ещё и кусаться начну. Чтобы оправдать такую репутацию.

Маринка, прищурившись, оторвала ногу от скелета. Как и предполагалось, бедренная кость отлично подходила на роль дубинки. Подумав, я вооружилась второй косточкой.

– Девушки, – серебристый голос из стены радостно вибрировал, проникая в мозг флюидами счастья, – у нас для вас отличные новости! Вы Избранные!

Я потрясла головой, прогоняя дурман. Ткнула чужой бедерной костью замлевшую подругу.

– Не ведись на эту ерунду, – сказала я, – точно также, ласково, к нам подкатывала завуч на прошлой неделе. Оказалось, мы были избраны для праздничных дежурств. За всех!

Кость стрельнула зелёной искрой, взбодрив Маринку. Вскрикнув, та отскочила в сторону, и недоверчиво посмотрела на говорящую стенку.

– Госпожа, гипноз не сработал, – прокомментировал очевидное дребезжащий голос, – как-то они не очень согласны быть Избранными для вашей миссии.

– Сама вижу, – огрызнулась другая невидимка, – я думаю.

Думает оно… Мы тоже не сидели, сложа руки. Задумчиво повертев в руках кость, которая снова плюнула в сторону Маринки зелёной искрой, начала разбирать скелет, проверяя все запчасти на боеспособность.

– Тонкие кости тоже стреляются? – спросила подруга, судорожно доламывая скелет.

– На ком бы проверить? – тоже озадачилась я, оглядываясь по сторонам.

– Точно не на мне, – отреклась от испытаний Маринка, – меня ты уже жахнула. Дважды. Знаешь, вообще-то больно!

– Это радует, – отозвалась я, и осеклась, заметив негодующий взгляд коллеги, – значит, и на этих доброжелателей подействует, которые нас сюда затащили! А ну, дай мне переходник на двадцать!

Марина, кивнув, выбрала из кучки костей примерно двадцатисантиметровую, протянула мне.

Надо сказать, коврик загорелся даже не с первой искры. С пятой. Я всегда была упорной. Даже если первые попытки не удавались, намекая, что не стоит делать то, что задумала. Но надо же было как-то проверить, насколько сильно жжётся искра. А неженка-Маринка быть добровольцем для испытаний отказалась.

– Госпожа, они артефакт перемещений сожгли?… – после паузы прокомментировал голос из стены, когда зелёное пламя посреди комнаты утихло.

Наверное, всё-таки, нужно было поискать другой предмет, на котором можно испытать боеспособность костей! Например, камень в стене! Он же тоже может…

Лопаться и сочиться карамельной жидкостью?! Да из чего тут всё сделано?!

– А это был ваш любимый шар предсказаний, – охотно подсказал голос, – знаете, хранилище, возможно, не было самым удачным местом для перемещения…

– Переходник должен был отнести их в подземелье, – процедил высокомерный голос, – не знаю, что пошло не так!

А я говорила, оторванная башка решает многие проблемы!

Задумчиво покатала носком туфли брошенный под ногами череп, затерявшийся в кучке костей и хищно осмотрелась по сторонам. Стены таили в себе массу сюрпризов!

Например, в виде хмурой брюнетки, отделившейся от камней.

– Натали, это же ты, – прошептала Маринка, сжимая в руках длинную кость, – ну, если бы ты резко решила стать инопланетной стервой…

– Уши у этой дикарки какие-то неблагородные, – прошипел знакомый уже голос, который, как оказалось, принадлежал плюгавой блондинке.

Я покосилась на Маринку. Нет, наверное, показалось!

Хотя мы обе сейчас стояли напротив наших копий, придирчиво осматривая друг друга.