Олеся Зайцева – Повелители Снов. Зоя (страница 3)

– Так ты едешь или нет?

– Ладно.

Бормоча что-то невнятное, Марина уселась на сиденье и вцепилась в мои бока с такой силой, что точно останутся синяки.

И то ладно, хотя бы села, это уже пол дела!

Мотоцикл легко тронулся с места. Вскоре мы уже стремительно неслись по улице. Хм, нет, скорее уж тащились как черепахи, но ей показалось, что это очень быстро, пришлось даже сбавить скорость, чтобы не слушать причитания над самым ухом. Эх, надо было все-таки на нее шлем нацепить, хоть не слышно было бы.

Стараясь не гнать, искоса наблюдала за подругой. Сначала она даже глаза закрыла. Через какое-то время перестала говорить, что мы вот-вот упадем, все же расслабилась, начала осторожно смотреть по сторонам, наверное, удостоверившись, что моих навыков точно хватит, чтобы не убить нас обоих.

Вечер медленно подходил к концу. Темнело.

Мы с Маринкой возвращались из парка, и на этот раз шли пешком. С нее точно хватит на сегодня потрясений. А вообще подруга молодец, я то уж думала, придется ее неделю уговаривать, чтобы прокатить. Оказывается, шоковый метод всегда работает лучше. У нее не было времени подумать, испугаться и отказаться. Надо запомнить.

Мотоцикл поставили в гараж и, стараясь не поднимать тему катания в разговоре, теперь просто гуляли.

– Зоя, давно хотела спросить, почему ты больше не носишь очки? – осторожно поинтересовалась Маринка.

– Контактные линзы. Когда мне пару раз разбили очки, я решила, что это не для меня. – В этот раз я решила ответить честно, поэтому просто призналась.

Подруга, если и удивилась, не стала расспрашивать о подробностях. И слава богу!

– А Игорь знал, что ты носишь линзы?

А вот это удар ниже пояса. Любимое имя болью разлетелось по всему организму, выдирая наружу отчаяние. Но отвечать все же придется, равно, как и делать вид, что мне все равно.

– Конечно. Это было первое, что я ему рассказала, когда он предложил мне встречаться.

– Как это было?

Блин, она что, не понимает, что воспоминания о парне, который тебя бросил, не самая приятная тема для разговора. Но что поделаешь. Уж лучше сейчас все это обсудим, чтобы сразу забыть, убрать в самый дальний уголок памяти, воздвигнув вокруг железобетонную стену. И хотя эта стена постоянно давала трещины, оказывается, мысленный бетон никуда не годится, все же не давала развалиться на запчасти. Эта конструкция помогала дышать, что в принципе, уже не плохо.

Помедлив минуту, произнесла:

– Мы тогда сидели у реки, кстати, завтра можем пойти туда купаться. Так вот, было уже почти темно, и мы собирались ехать на дискотеку.

Тут он вдруг сказал:

– Ты едешь?

– Да, подвезешь? – переспросила я.

– Конечно, снова вместе, – загадочно улыбнувшись, Игорь пристально посмотрел на меня.

– И что это значит?

– То, что я всегда хочу появляться там, да и везде вместе с тобой. Я хочу, чтобы ты стала моей девушкой. Хочу, чтобы эти глаза, губы, руки принадлежали только мне.

Я тогда просто потеряла дар речи, нет правда, не могла ничего сказать, хотя в душе хотелось петь и кричать от счастья. Он был интересным парнем, которого любая девушка пыталась заполучить. Зная это, даже не старалась привлечь его внимание, понимала, что шансов все равно нет. Может, это его и зацепило, не знаю. Мы уже несколько месяцев дружили, и переходить на другую стадию было просто страшно, хотя и сильно хотелось, мне во всяком случае. И тут вспомнила мое зрение и сказала:

– Я хочу, чтобы ты повторил свой вопрос, но только после того, как ты узнаешь, что я ношу линзы.

В этот момент была готова разрыдаться, потому что на сто процентов уверена, что услышу что-то вроде: «Извини, мне пора», но я ошиблась. Сейчас я, конечно, понимаю, какими глупыми были мои страхи, но тогда, правда, это могло стать для меня концом света.

– И что? – тихо спросил он, придвинувшись ближе ко мне.

– Что, что?

– Что в том, что ты носишь линзы?

– Тебя это не волнует?

Игорь рассмеялся и сгреб меня в охапку.

– Глупенькая, ты мне нравишься, не зависимо от того, носишь ты очки или нет, а уж линзы тем более. Если конечно этим ты не хочешь дать мне отворот поворот, то…

Я тогда просто не дала ему договорить, и сама поцеловала. В тот вечер мы так никуда и не поехали»

Вздохнув, закончила рассказ, надеясь, что ком в горле, мешавший говорить, все же протолкнется по пищеводу. Противное чувство, особенно, когда сопровождается весьма ощутимой тупой болью в груди. Все-таки жестоко, что человеческая память может хранить воспоминания так долго. Сначала они приятные, когда стремишься запомнить каждую мелочь. Но жизнь идет, и меняются обстоятельства, тогда эти записки в голове становятся мучительными. От них уже нет никакой пользы, только разрушительное уныние и тоска.

Марина произнесла:

– Молодец!

– Может быть, но этот молодец меня потом бросил. Между прочим, без объяснения причины. Так что сделай одолжение, давай больше не будем о нем, ладно? – самобичевание приятными и горькими воспоминаниями мне надоели. Ну, сколько можно! Уже и так казалось, что душу вывернули наружу, а потом вставили на место, так и не удосужившись расправить.

– Ой, прости. Больше не буду.

– Спасибо.

Глава 2. Утро новой жизни

Новое утро.

Что нам готовит новый день?! В последнее время я стала философски относиться к своей жизни, поэтому со странным спокойствием принимала все, что могло произойти.

Вчера мы провели отличный вечер. Просто сидели и болтали о том, о сем. Про школу, про выпускной, про ее институт, и про мое нежелание учиться дальше. В принципе, с моими оценками я вполне могла бы поступить на вышку, но все как-то не могла решиться куда пойти. Это странно, ведь почти все из моего класса уже на заключительном году школы знали, куда будут поступать. Я же выбрала иной путь. Правильный или нет, время покажет, но точно не прозябать в стенах какого-нибудь Вуза, зазубривая ненужную мне информацию.

Проходя мимо подруги, спящей в большой комнате, зевая, поздоровалась:

– Доброе утро! – направилась в ванную и, на ходу забирая непослушные растрепанные волосы, поинтересовалась. – Как спалось?

Марина сладко потянулась на диване и, смешно щурясь, ответила:

– Отлично! Вот только от твоего мотоцикла все тело болит.

Хм, я уже и забыла, каково это, когда у тебя что-то болит с непривычки. Мотоцикл давно стал моим постоянным и верным спутником, другом, если уж на то пошло.

– Это ничего, скоро привыкнешь, – крикнула в ответ, спешно начищая зубы.

– Я надеюсь, а то такое ощущение, будто меня бульдозером переехало. АУ! Как все болит! Зоя, ты за один день превратила меня в инвалида.

Смеясь, уступила подруге ванну, а сама пошла на кухню. Закипел чайник, телевизор наполнял комнату веселыми звуками. Поджаривая омлет, и беззаботно пританцовывая, искренне порадовалась тому, что Маринка здесь.

Быть может, ее присутствие скрасит мое бытие. Ведь, если подумать, во всем городе у меня нет ни одной подруги, это факт. И почему-то до сегодняшнего утра это меня вполне устраивало. Нет и нет. Друзей полно, и этого достаточно. Оказывается, иногда приятно просто поговорить с девчонкой.

– Все ещё любишь мультики?

С этими словами показалась Маринка.

Как всегда, положив под себя одну ногу, уселась на табурет. Ох уж эта ее вечная привычка, сидеть как попугай на жердочке. С моим ростом так не сделаешь, коленки есть мешают, пробовала. Оказывается, это особенно приятно вдруг осознать, что знаешь о человеке какую-то мелочь, присущую только ему. Как, например, моя манера начинать утро с детского мультфильма. Кроме нее об этом не знает ни одна живая душа.

– Обожаю, сейчас будет мой любимый.

– Ты серьезно? Зоя, ты теперь разъезжаешь на мотоцикле, но все еще смотришь по утрам мультфильмы?

Казалось, ее удивлению не будет предела.

Ох, подружка, пора бы тебе начать адаптироваться. Теперь вся моя жизнь – это клубок из противоречий, к которым ты все равно не скоро привыкнешь.

– Конечно, там все такие смешные, сама увидишь. Ага, чай готов, давай-ка поедим!

Сегодня некуда было спешить, поэтому мы долго наслаждались завтраком. За окном беззаботно щебетали птицы, яркие солнечные лучики заглядывали в комнату и весело прыгали по цветному ковру на полу.

Лето.

Настоящее лето.