Олеся Шурыгина – Звездный ветер (страница 2)
– Я не бросила… я попить пошла… И кому она нужна? Тут у всех такие сокровища есть…
– Не ворчи… Пошли в медпункт и в отряд… – мама подхватила сумку и быстро зашагала по дороге к лесу, там в тени сосен виднелся белый домик медпункта.
«И откуда она силы берет в такую жару? Шагает, как ни в чем не бывало», – подумала Эля, собрала оставшиеся пакеты и поплелась следом.
Доктором оказалась маленькая женщина со смешной фамилией Брысь. Татьяна Андреевна Брысь. Она быстро осмотрела Элю, заполнила бумаги, поговорила с мамой и сказала: «Все чудесно, а теперь брысь в отряд!»
На первый взгляд, лагерь был не так уж и велик, стоишь у ворот и вот он весь как на ладони. А после хождений с сумками и пакетами от администрации, к доктору, от доктора в отряд лагерь показался Эле просто огромным.
Элю определили в первый отряд и теперь снова пришлось шагать через весь лагерь к отрядному домику, который, как на зло, расположился в самом дальнем углу.
– Я же говорила, что увидимся! – на пороге домика стояла Полина. Она уже успела занять кровать и разобрать вещи. – Идем, я заняла тебе место рядом. Ты же не против?
– Я не против…
– Ну, вот и славно, – улыбнулась мама. – Ладно, дорогая, я поехала, хотелось бы успеть до темноты… еще вещи собрать… завтра рейс рано…Звони. Если что-то срочное..
– Справлюсь сама…
– Все, все… ты взрослая… тебе пятнадцать… Не скучай,– мама поцеловала Элю и, не оглядываясь, зашагала по дорожке, через минуту она уже исчезла из виду….Эли вдруг стало невыносимо одиноко, хотелось плакать и бежать следом… Ничего хорошего от «Звездного ветра» она не ждала. Впереди были две недели жары, скуки и одиночества.
– Вот зря ты так думаешь.
От неожиданности Эля чуть не подпрыгнула. За спиной стоял рыжий Антон.
– Поверь, в первый раз все так думают: жара, скукота и одиноко …
– Я что, вслух это сказала или ты мысли читаешь?
– Нет, Просто я когда-то, тоже приехал сюда в первый раз, но не все так плохо. Правда жару никуда не денешь, а вот со скукой и одиночеством тут успешно борются… Вот прямо сейчас и начнем бороться… Разбирай вещи, встретимся в столовой, через полчаса ужин.
Отрядный домик, снаружи казался совсем маленьким, внутри же было просторно: веранда, большая спальня с десятью кроватями, комната вожатого и странное помещение с полками и маленьким окошечком – кладовка, только все называли ее «чемоданной». Эля приехала почти последней. Пока она разбирала вещи и раскладывала их в тумбочку и на полку, Полина знакомила ее с девочками.
– Кое-кто тут не первое лето. Так что знакомься: это Лена, – девочка с длинной белой, как у Снегурочки, косой подняла глаза от блокнота, в котором что-то писала, и улыбнулась. – Ленка у нас композитор, сама музыку сочиняет! Знаешь какую классную! А еще она на пианино играет и на гитаре, и на скрипке…
– И на губной гармошке… – добавила Лена, – Хватит уже, Поль, ну правда…
– А я только на нервах играю, – в дверях стояла высокая стройная девушка с короткой стрижкой «под мальчика». – Причем делаю это виртуозно!
– Ой, Нат, вечно ты на себя наговариваешь, – маленькая кругленькая девочка, протиснулась в двери. – Я Марина, но все зовут меня Макс.
– Почему Макс? – удивилась Эля.
– Потому, что у нее все по максимуму, – пояснила Наташа. – Ей все и всегда нужно до предела. Рисовать – пока краски не закончатся, петь – пока голос не сорвет, танцевать пока с ног не рухнет…
– Точно… и ругаться до драки, – сверкнула глазами Марина.
– Все, хватит! А то и правда подеретесь! Вон уже вожатая за нами идет. Ужин.
До столовой было не близко, но дорожка шла в тени деревьев, так что идти было даже приятно. Эля шла и думала о прошлом лете. Тогда они с мамой не расставались. Мама взяла отпуск, и они уехали к бабушке… Наверное, так было правильно. Прошло чуть больше месяца как не стала отца… В доме все напоминало о нем. Мама совсем престала спать, ходила по комнатам как приведение, перекладывала с места на место вещи и уже начала разговаривать сама с собой… Хорошо, что приехала бабушка и увезла их с собой.
Внезапно, Эле показалось, что кто-то на нее смотрит. Она оглянулась и увидела крыше одного из домиков большущего кота странной черно-бело-рыжей масти. Кот, а Эля была уверена, что это именно кот, просто кошек с такой наглой мордой не бывает, пристально, не моргая, смотрел на нее. Он, словно, сканировал ее. По спине пробежали холодные мурашки.
– Чего смотришь? Глаза сломаешь! – кот медленно прикрыл глаза и Эле показалось, что он улыбнулся.
-Ты это с кем? – Полина подхватила ее под руку и потянула за собой. – Давай быстрее, все ждут…Нам еще руки мыть…
Пока они бежали до умывальников, Полина рассказала, что это правило – все в столовую ходят вместе, отрядом. И еще при входе надо громко кричалку сказать, тоже отрядом.
– А зачем кричалка? Орать перед столовой глупо.
– Может и глупо, – рассмеялась Полина. – Но прикольно! Идем скорее…
В столовой, как и в школе, для каждого отряда было отведено свое место. За длинным столом размещалось человек двадцать.
– Привет, – рыжий Антон расположился рядом с Элей. – Ты не против?
Эля кивнул.
– С первым днем тебя!
– Спасибо. Пахнет вкусно.
– Еще бы! Наша Сан Саныч готовит как в ресторане!
– А почему наша? Он же Сан Саныч?
– Наша, потому что Александра Александровна. Ну не звать же ее Шур Шурыч или тетя Шура. За такое и дабавки можно не получить. Погоди, сама поймешь…
В зал вышла высокая стройная женщина в белоснежном брючном костюме, если бы не поварешка в руке и не поварской колпак, ее можно было бы принять за бизнес леди. Такую, правда, Шурой не назовешь.
– Всем доброго вечера, – улыбнулась Сан Саныч. – И приятного аппетита!
В ответ грянуло раскатистое – «Ура!», как на параде, и застучали ложки.
Эля оказалась в старшем отряде, кроме нее в отряде были еще шесть девочек и десять мальчиков. После ужина все собрались в большой беседке возле домика девочек. Вожатая Нелли Сергеевна, неугомонная девушка лет девятнадцати, раздала всем листочки с анкетами и ручки.
– Ребята, пожалуйста, заполните анкету. Она поможет нам провести дни смены интересно и с пользой.
Все принялись что-то писать. Не важно что, главное писать. Просто так надо и вожатая не отстанет. У Эли писать получалось с трудом. Нет, она знала, что писать, просто кот. Тот самый кот перебрался на березу возле беседки, расположился на ветке и делал вид что дремал. Именно делал вид! На самом деле он таращил на нее свои глазищи, но стоило ей посмотреть на него, как он щурился и изображал сладкий сон. Даже лапу свесил с ветки!
– Вот ведь противный, – прошептала Эля.
– Это ты про кого? – шепнула в ответ Полина.
– Про кота.
– Про какого кота? В лагере котов нет. Им тут не положено.
– Положено – не положено, а это чудовище на меня уже полдня пялится.
– Да где? – завертела головой Полина.
– На березе…
– Да нет там никого! Хватит придумывать!
Эля смотрела на лохматого наглеца. Кот прошелся по ветке, с удовольствием потянулся и улегся на другой бок…
– Свет, а как зовут этого красавца? – махнула готовой в сторону кота Эля.
Света, подняла глаза от анкеты:
– Ты о ком?
– Вот, на дереве красавчик лохматый сидит…
– Пусто там… Лучше дописывай, и пойдем готовиться…
– К чему ?
– К вечеру… Дел полно! Название, песня, конкурс…пошли уже! Мальчишки ждут!
Девочки отдали анкеты вожатой, и пошли в беседку. Эля несколько раз оглянулась – кот сидел на ветке, неспешно размахивая хвостом. Она могла поклясться – на наглой морде играла ехидная улыбка! Но спрашивать о коте Эля больше не решилась, мало ли, подумают, что она не в себе.
Вечер действительно прошел интересно. Игры, конкурсы, музыка… перед сном посиделки при свечах… Угомонились только к полуночи.
Тишину нарушало стрекотание кузнечиков за окном и мирное посапывание спящих. Кто-то чуть слышно стукнул в окно. Эля прислушалась. Снова мягкий стук. Осторожно, на цыпочках, Эля прокралась к окну приоткрыла штору и, в испуге, отпрянула – за стеклом маячила улыбающаяся кошачья морда. Сердце бешено колотилось.