Олеся Шеллина – Петр Романов. Клирик (страница 27)

— Петька, я же тебя по-хорошему попросил, заткнись. — Артём рывком натянул футболку и набросил на плечи привычную куртку.

Сейчас уже смысле не было не надевать её. Тем более, что в Академии ремёсел не было своей специальной формы. Только на некоторых факультетах, но там защитные мантии надевались поверх обычной одежды. У боевиков таких ограничений не было. Поэтому Снегирёв решил себя ни в чём не ограничивать.

— Это ты попросил Долгова о дополнительных занятиях? — спросил я его, поднимаясь со скамьи.

— Нет, — Артём покачал головой. — Отец-настоятель. И это он попросил Долгова намекнуть ученикам, что я клирик.

— Зачем? — я опешил. Вот этого я совершенно не ожидал услышать.

— Чтобы усмирить гордыню, которая начала поднимать во мне голову. — Артём смотрел в стену, словно на ней были начертаны все ответы. Мотнув головой, он повернулся ко мне. — Похоже, что моей карьере в качестве клирика подошёл конец. — Довольно серьезно проговорил он, отводя от меня взгляд, словно стыдясь того, что только что произнёс.

— С чего бы это? — Снегирёв очень хотел стать командиром звезды. Это у него была задача-минимум. А потом, возможно, дослужиться до звания командора.

— Потому что мне на мгновение понравилось, — он невесело усмехнулся. — Особенно, с каким восхищением на меня девушки смотрят. Это искушение, Пётр. Теперь я окончательно убедился, отец-настоятель знал, что делал, когда отправлял меня сюда. Это была проверка веры, и я ее с треском провалил. Все же слишком на многое я замахнулся в своих мечтах и амбициях, а они не приводят к добру, если идти к ним напролом, забывая о том, кто ты есть и для каких именно целей тебя так долго готовили и воспитывали.

— Откуда ты вообще об этом знаешь? — Петька долго молчать не мог, поэтому влез в наш разговор. — Вряд ли отец-настоятель лично доложил о своих действиях какому-то младшему клирику. Если только это тот же самый отец-настоятель, которого я помню. А-то, может, он на покой ушёл, капусту выращивать, и теперь монастырём кто-то другой рулит. Тогда, да, тогда всё возможно.

— Дроздов со мной связался. Хотел предупредить. Только опоздал немного, — усмехнулся Снегирёв.

— Ещë не все потеряно, — попытался успокоить я поникшего друга. — Если это была проверка, и ты ее провалил, то так или иначе, цели настоятель своей достиг, и ты пришел к понимаю, к которому не смог прийти в стенах монастыря.

— Ты сам-то понял, чего сказал? — хмыкнул Волков. — Если все так, то парню конец. Ну, в плане великой миссии по защите мира, населенного сирыми и убогими. Не расстраивайся, если будешь меня слушаться, то я найду и в этот мире, полном любви, веселья и женского тепла достойное для тебя применение, — похлопал его по плечу оборотень.

— Вот сейчас реально лучше заткнись, выбрал время для своих шуточек, — рявкнул я на Петьку, но тот только пожал плечами и действительно с сочувствием посмотрел на Снегирева. — До официального решения, просто выполняй возложенную на тебя миссию и не отвлекайся, может и пронесет. — Кивнул я Артему, но тот только усмехнулся и покачал головой.

— Ладно, пошли. Виктор не будет ждать.

— Ну, нет, вы никуда не пойдёте, пока не объяснитесь, — у двери стоял Карамзин, сдвинув брови. К нему присоединился Щедров, который умудрился на основном занятии раздраконить Долгова так, что тот прописал ему терапию в виде дополнительных занятий до конца учебного года. А ведь он просто немного не понимал, что именно от него требует наставник, ну это он так сказал. Меня там не было, поэтому за его слова я точно ручаться не буду. — Романов, ты какое отношение имеешь к монастырю? И ты Волков?

— Не советую опаздывать, — сказал Петька. — Потому что я молчать не буду и сдам вас Долгову. Скажу, что это вы не давали нам пройти, хотя мы так хотели, так спешили…

— Вам никто не поверит, — хмыкнул Щедров. — Чтобы мы с Карамзиным смогли удержать двух клириков и оборотня? Вопрос дня, а на хрена нам тогда все эти дополнительные и основные тренировки?

— Пф. Это все отмазки. Романов слишком щепетильно относится к своим друзьям, Снегирев в апатии пограничной с депрессией, а я обычный парень не в лучшей человеческой форме. Так что, вы запросто можете побарахтаться против нас секунд десять, а этого вполне хватит, чтобы задерживаться, когда будем приводить вас в порядок и собираться по кусочкам, — улыбнулся Волков, скрестив руки на груди.

— Петя, ты же тоже клирик? — спросил Щедров у меня, не обращая внимание на оборотня.

— Младший, — я кивнул. — А вот Петька хотел в монахи постричься. Не взяли. Хоть он так хотел, так хотел… Я сам видел, как он вцепился в ногу отца-настоятеля, и тот волок его по двору…

— Мы пытались отобрать целый батон колбасы у Сони. — Поднял вверх палец Петька. — Бесполезное занятие, как оказалось. Самый сильный клирик из ныне живущих и далеко не слабый оборотень ничего не смогли сделать с пантерой, которой хотелось покушать.

— То есть, то, что ты планировал постричься в монахи, но тебя не взяли, ты не отрицаешь? — уточнил я.

— Тьфу на тебя. — Петька повернулся к Карамзину и добавил. — И в добавок ко всему, нельзя отрицать тот факт, что в вас тоже проснулись неведомые силы, кто знает.

— А ты хотел нам об этом сказать? — спросил Щедров, глядя на меня в упор.

— Хотел, — ответил я честно. — Но не сейчас. Чтобы это по Академии не расползлось.

— Не бойся, не расползётся. Только… зачем вам эти занятия? — спросил Карамзин, переводя взгляд с меня на Артёма и обратно.

— Мы не с Долговым будем заниматься. Виктор не владеет всеми положенными техниками. Эти занятия нужны нам, чтобы форму не терять. — Спокойно ответил Снегирёв. — Виктор нам предоставляет помещение с хорошей защитой.

— А у вас появится уникальная возможность посмотреть, как тренируются клирики. Правда, без наставника эффект не тот, но всё же. — Сказал Петька примирительно.

Эти слова словно сигналом послужили. Ребята отошли от двери, и мы пошли на тренировку.

— Отпускаю, — я вместе со всеми наблюдал, как скелет падет в могилу, распавшись на ничем не связанные между собой кости. А потом разрытая земля поднялась и опустилась на место, формируя вполне аккуратную могилу. Корнилов удовлетворённо кивнул и повернулся к нам. — Завтра лекция начнётся на два часа позже. К следующему практикуму знать те магические формулы, которые я вам сегодня продемонстрировал. Свободны.

— Я на машине, вас подвезти? — спросил Карамзин.

— Я пройдусь, — ответил я, и Петька нехотя кивнул головой.

— А вот меня, пожалуй, — зевнул Щедров. — Мышцы болят, — пожаловался он.

— Завтра ещё больше болеть будут, — философски ответила Ольга и взглянула на меня. — Петя, проводишь меня до машины?

— Конечно, — я галантно подал ей руку. Щедров уже ушёл с Карамзиным. Корнилов первым убежал. Петька делал вид, что прогуливается.

Мы дошли до ворот кладбища. Мимо проехали одна за другой две машины. Ольга остановилась и повернулась ко мне. Внимательно посмотрела в глаза.

— Поцелуй меня.

Я мог спросить её, зачем ей это понадобилось. Я мог спросить себя, зачем это понадобилось мне. Но, вместо того, чтобы задавать идиотские вопросы, просто притянул Назарову к себе и поцеловал. В какой-то момент поцелуй углубился, и Ольга обхватила меня за шею, уже сама вжимаясь в моё тело всё сильнее и сильнее.

Сердце колотилось, как ненормальное. Всей моей выдержки уже не хватало на то, чтобы оставаться абсолютно спокойным. Мы расстались не по своей воле, и, как оказалось, я скучал.

— Петя, — пробормотала Ольга куда-то мне в шею. Я же отпустил её, пытаясь привести мысли и чувства в порядок. — Я уже успела забыть, каково это.

— Я тоже, — если бы лежал снег, было бы проще. Протёр бы лицо и шею, да остыл немного. Сейчас же… — Пошли, я посажу тебя в машину.

— Что с нами будет? — спросила она тихо.

— Я не знаю, — покачав головой, рывком открыл дверь. — Нужно с этими бесконечными прорывами разобраться. А там, посмотрим. В любом случае, я не боюсь встать рядом с тобой. Уж поверь, мне бояться нечего.

И я закрыл дверь, не давая ей ответить. Не сейчас. Потому что сейчас точно не время и не место.

Когда машина отъехала, я поспешил обратно к склепу Шуйского.

— Нет, я всё понимаю, ночь, романтика. Кладбище, опять же… Судя по твоему взъерошенному виду, ты доказал Назаровой, что клирик — это далеко не монах, если она ещё сомневалась. Вот только, Петя, я тут жду, понимаешь ли. Чтобы прикоснуться к знаниям. Припасть к великой библиотеке… Кстати, а ты её долго ещё будешь держать в подземельях?

— Пока не найду способ извлечь легально. Я не собираюсь эту величайшую сокровищницу дарить Годуновым, — ответил я, заходя в знакомый склеп.

— М-да, Петя, вот теперь ты и меня убедил, что далеко не монах.

Петька покачал головой, и первым полез в лаз, ведущий в библиотеку.

Глава 15

Мы вышли в коридор, ведущий непосредственно к библиотеке. Прежде, чем идти дальше, я осмотрелся, пытаясь найти следы чужого присутствия. Может, я становлюсь параноиком, но осторожность никогда никому не мешала. Не увидев на первый взгляд ничего странного, двинулись дальше. Хорошо, что тайная библиотека оставалась все еще тайной. Для нас хорошо, разумеется. Пока шли сюда, ничего вроде бы не произошло. Хотя идти было недолго. Петька всё это время молчал, даже, когда я остановился буквально посреди дороги. Я уже волноваться за него начал, не случилось ли чего.