Олеся Шеллина – Остаться при своем (страница 10)

— А чего это ты, Антон, зажмурился? Не рад меня видеть? — Егор скупо улыбнулся. — Даже странно, на мой взгляд.

— Да нет, на тебя он как раз с удовольствием бы полюбовался, а вот меня он так счастлив видеть, что сейчас в обморок упадет, — снова ответил я.

— Странно, вроде бы ему не понадобилась помощь целителей и операции, как мне, например, значит, ты его сильно не трогал. С чего бы Антошке к тебе такие глубокие чувства испытывать? — Егор ещё раз обошёл его по кругу. — Эй, Антон, открой глазки, посмотри на меня, а то, мне обидно становится, что ты меня так усиленно игнорируешь.

Урод, которого, оказывается звали Антон, старательно притворялся мертвым, и только вздрагивал всем телом, когда я подавал голос. Егору надоело ждать, он опустил руку вниз и слегка отвёл её назад. Сосредоточился, и в его руке засверкал прекрасный водный бич. Я даже поцокал языком, оценив его успехи. Бич свистнул, и кожа на спине Антошки лопнула. Капли крови смешались с каплями воды, а он выгнулся, заскрипел зубами и открыл глаза, уставившись мутным взглядом на стоящего перед ним Егора.

— Ну вот, другое дело, — Егор удовлетворенно кивнул. — Я в отличие от вас, уродов, не получаю удовольствие, причиняя боль, но это не значит, что я не умею этого делать. Поэтому, предлагаю ответить на наши вопросы, и я, пожалуй, ограничусь тем же, что вы со мной сделали.

— Я ничего не знаю, всё, что я знал, уже давно рассказал, — прохрипел он и задергался.

— Похоже, он не понимает, — протянул я, отлипая от стола и подходя поближе, становясь таким образом, чтобы он меня видел. — Я попробую объяснить. Если ты поговоришь с нами и честно ответишь на все вопросы, то тебя, очень может быть вообще не тронут. Ну, если только совсем немного. А вот, если ты начнешь пытаться строить из себя героя, то, пожалуй, я смогу удовлетворить твои фантазии. Не сам, упаси боги, а с помощью вот этой биты, — я подтянул к себе биту, покрытую бурыми разводами. Я её нашёл неподалёку от стола, когда тащил его сюда. — Это та самая бита, которой били Егора. На ней его кровь. Думаю, это позволит тебе думать во время процесса, что ты всё-таки стал к нему ближе.

Егор поднял бровь, и посмотрел на меня шальным взглядом.

— Ну так что, будем говорить? — протянул он. — Или приступим к развлекательной части?

— Я всё сказал уже: и про чиновников этих, тварей продажных, и про ячейки, которые из нас формировали, и про отряд, который караулил завод снаружи. Не наши в нём были, все как один не наши, — захрипел Антошка и дернулся, но тут же взвыл, потому что это было больно, а подготовкой Егора он точно не обладал.

— Подержи, — я протянул Егору биту. — Мы такими темпами до утра провозимся. Эй, чучело, ты же меня помнишь, я по глазам вижу, что помнишь. Если ты думаешь, что я внезапно лишился того дара, который сейчас заставляет тебя дрожать, то зря надеешься.

И так в далеко не теплом цеху резко похолодало. Я призвал дар смерти, и Устинов отшатнулся, а Егор задышал чаще, чем обычно. Другие бойцы попятились, стараясь быть от меня как можно дальше. Я шевельнул пальцами, и на Антона обрушились наведенные кошмары. Уж не знаю, что он видел, но орал знатно. И тут я увидел, как Денис и Егор синхронно вытирают со лба пот. Чёрт, их, похоже, зацепило. Ничего, это заклинание не имеет постоянного эффекта. Выйдут на свежий воздух, полегчает.

— Кто участвовал в захвате Ушакова? — мой голос не выражал вообще никаких эмоций.

— Я не знаю, мы здесь ждали, когда его привезут, кто-то из отряда, — он всхлипнул, но отвечал быстро.

— Вы знали, кого привезут? — слова слетали с моих губ, но я слышал себя словно со стороны, словно это и не я вовсе сейчас веду допрос.

— Ушакова, нам сказали, что это Ушаков, но не основная линия наследования, что за него не будут жопу рвать, чтобы освободить. — Да, моя теория подтверждена полностью. Их обманули. Обманули намеренно, чтобы привести сюда на завод, как баранов на убой.

— Вас обманули. Егор сейчас наследник клана, после смерти своего деда, — я намеренно опустил перечисление других родственников, зачем Антошке про это знать? — А ещё он непосредственный командир вон тех симпатичных парней в камуфляже. — Я слегка ослабил воздействия дара и уже мог даже немного шутить, пытался, по крайней мере. — У меня не сходится. Я слышал, как ты говорил, что уже приготовил специфические развлечения, конкретно для этого Ушакова. А чтобы вот так пол слюной залить, нужно было время. Не любовь же с первого взгляда тебя обуяла, тварь. Когда вам показали Егора? Когда ты его увидел в первый раз?

— Накануне! Нас привезли к какому-то блядюшнику, туда же он подъехал к подружке. Мы не думали, что он занимает высокое положение в клане, слишком машина уродская, — зачастил он. — Парни ещё ржали, говорили, что подружка у него хорошенькая, и что после него мы к ней в гости наведаемся и развлечемся на всю катушку! — Я перегородил дорогу Егору. Его задело заклятье, и он теперь вполне мог Антошку выпотрошить за эти слова про Люсинду. А, как ни крути, мы его должны доставить обратно относительно целым, для чего-то же Андрей Никитич его держит в живых.

— Кто вам его показал? — это был самый главный вопрос сегодняшнего дня.

— Я не знаю, мужик какой-то. Он рожу прятал, и голос поменял. Сутулился, чтобы по фигуре не узнали. Только перчатки снять забыл.

— Какие перчатки? — я прищурился.

— Такие, без пальцев. Такие у кланов водилы носят. Да и пиджак у него был похожий. Водила это клановый был, точно говорю.

Я убрал дар. Холод отхлынул и резко завоняло мочой. Всё-таки Антошка оказался далеко не героем.

— Все всё слышали? — я повернулся к Егору и Устинову, которые кивнули. — Можете снимать этого.

— Подожди, — Егор поднял руку, останавливая Дениса. — Что ты хотел с моей женой сделать? — Он резко выпустил дар, теперь уже совершенно осознанно. Антошка качнулся на своих цепях, задергался, и тут же закашлялся, а изо рта у него полилась вода.

— Егор, ты его утопишь, — предупредил я, глядя, как синеет лицо урода.

— Мне же надо тренироваться, — ответил Ушаков зло, и отпустил дар. Кашель усилился, а Антон, которого уже опустили на пол, судорожно пытался глотнуть побольше воздуха, ползая в луже собственных испражнений, куда его кинули.

— Сейчас это увезут и тебе полегчает. Можем спарринг провести. — Я положил руку ему на плечо. — Тебя слегка заклятьем из арсенала смерти задело, ты слишком близко стоял.

Когда Антона утащили, Устинов направился следом за своими людьми, а Егор двинулся за ним.

— Когда вернешься, проверь всех водителей и охранников домов. У нас они носят похожую форму. — Отдал приказ Егор.

— Я понял, не дурак, — так, Дениса же тоже коснулось, а он сразу какой-то вздрюченный был. И теперь шёл прямо, как шест проглотил.

— И соотнеси со списком, допущенных к информации об охране всех объектов Ушаковых.

— Не надо меня учить делать мою работу, я справлюсь.

— Денис…

— Вы, Егор Александрович, на данный момент сняли с себя полномочия и не можете отдавать приказы и делать мне бесконечные нравоучения. — Резко прервал Егора Денис, продолжая идти к выходу, не глядя на своего командира.

— Да если бы ты хоть раз выполнил хоть что-нибудь так, чтобы за тобой не нужно было переделывать, я бы не читал тебе нравоучений! — Зря он так. Устинов предан ему безгранично. А к допросам того же Антошки его вряд ли подпускали, не его это работа, для таких дел специальные люди есть. Странно, что сейчас отдали, чтобы он его Егору отвёз. А Егор что не видит, что сейчас лучше отстать от парня? Словно специально нарывается.

— Ну, конечно, тебе, сукин сын, никогда во мне ничего не нравилось, с самого детства. Считал, поди меня своей преданной собачонкой? — Денис остановился и сжал кулаки. Я же прислушался. Вот, значит, как, они с детства знакомы.

— Если бы ты себя не вел так, то и отношение было бы соответствующим!

Вот тут Устинов не выдержал. Резко развернувшись, он сильным ударом под челюсть опрокинул Егора на пол.

— Я тебе не вещь, чтобы об меня можно было ноги походя вытирать, — прорычал он.

Но Егора одним ударом вырубить было проблематично. Это я знаю из личного опыта. Вскочив на ноги, он набросился на Дениса.

— Ну, наверное, можно и так, — сказал я философски, постепенно отступая от дерущихся. — Им надо было давно, я так понимаю, пар выпустить. Только что-то их удерживало от этого шага. Ну, а сейчас под воздействием заклятья, они решили, наконец, выяснить все обиды, с самого, мать его, детства.

И тут драка перестала быть контролируемой, потому что в ход пошла магия. А у Дениса, оказывается, тоже есть дар, какой-то семейный, что-то вроде невидимых лезвий, который разрезают… много чего. Вон, Ушаков увернулся, а бита, которую он бросил на пол, нет, и теперь там не одна бита, а две половинки. Сам же Егор решил воспользоваться водой, от которой, похоже, начал кайфовать.

Я сделал шаг к ним, а то, они точно поубивают друг друга к херам собачьим, но тут тонкое почти воздушное лезвие прошло совсем близко от меня, разрезав кожаную куртку и лишь чудом не задев тело, а следом на меня обрушился водопад холодной воды.

— Да вы совсем охренели? Вы столько лет не могли поговорить друг с другом, а я-то тут при чем?

Время замедлилось, и пространство исказилось, а когда я хлопнул в ладоши резко встало на своё место, отбрасывая их друг от друга на приличное расстояние.