Олеся Шеллина – Изгой. Том 1 и Том 2 (страница 35)

Некоторое время мы просто лежали на тропе, не в силах пошевелиться. Затем я перевернулся на спину, глядя в чистое небо, на котором не было ни облачка. Даже не верилось, что вчера весь день шел дождь.

— Вы всегда находитесь при полном параде? Я имею в виду тот вечер, когда мы нарисовались с Михо, хрен сотрешь. Например, нас встретила Мидори-сан, и она была безупречно одета, и ее прическа и макияж находились в абсолютном порядке, — задал интересующий меня вопрос. Вернее, вопросы у меня были другие, но задал я именно этот, подходя к интересующей меня теме совсем издалека. Все же, девушка только что испытала настоящий шок и находилась на грани жизни и смерти.

— Это было на самом деле странно, — немного подумав, ответила Марико. — Обычно в точке телепортации дежурит одна девушка, и, если кто-то из Кудзё решил бы навестить наш сектор, то она должна устроить гостя, а сама бежать за Мидори и будить остальных дежурных. В тот вечер дежурной была как раз я. Но, гости должны понимать, что, подняв гейшу или даже куртизанку ночью, они не могут ожидать от девушек, что те будут выглядеть безупречно, все-таки на то, чтобы выглядеть должным образом, уходит несколько часов. Поэтому, дозволяется менее официальный наряд, этакий домашний вариант. И видеть Мидори в полном официальном облачении было странно, словно она и не ложилась вовсе.

— И почему она очутилась в точке телепортации? — Я задумчиво перевел взгляд на Марико. — Ведь Михо — Кудзё, ему не нужно ее разрешение как оператора для открытия портала. Да и времени не так уж и много прошло с момента нападения на остров до нашего перемещения в сектор. А какие отношения у Мидори с кланом? Она присягала Кудзё?

— Мидори-сан не самурай, — Марико покачала головой и села, скрипнув зубами, потому что это простое движение потревожило кожу на животе и царапины, судя по всему, начали саднить. — Её клятвы мало что значили бы. Нет, у нее с Кудзё договор. Долгосрочный контракт, согласно которому она обязана за определенную плату обучать девушек, а также быть смотрительницей сектора.

— Волшебно, — процедил я сквозь стиснутые зубы. — И ведь это даже не предательство, так, небольшая халтурка. Вставай, отдохнули и хватит на этом. Здесь оставаться не безопасно, — поднявшись, я протянул Марико руку, за которую она ухватилась, и на этот раз без особых усилий поднял девушку с земли. — Только мне кто-нибудь сможет ответить, почему этот сектор не проверяли на предмет затерявшихся Ито?

— Я не знаю, — она покачала головой и нахмурилась. — Ты что, думаешь, Мидори-сан как-то причастна к нападению на остров?

— Я не думаю, а практически уверен. Мидори показалась сразу после нашего перемещения. Она кого-то ждала, и это точно были не мы. Тем более, некоторые вещи никак не выходили у меня из головы. Она словно тянула время, ссылаясь на формальности и традиции. Ты ничего не заметила, после того, как мы прошли от точки телепортации в сектор?

— Нет, — она отрицательно покачала головой. — Мидори сразу отправила меня готовить все для гостей, хотя, этим должны были заниматься другие девушки. Дежурные никогда не оставляют доверенный им сектор. Если такое случалось раньше, то довольно жестко наказывалось.

— И ты не видела Мидори в точке телепортации, хотя была дежурной? — я пристально смотрел на Марико, в глазах которой начали пробуждаться довольно опасные пляшущие огоньки.

— Ты на что намекаешь, Ёси-сан? — практически прорычала она, прищурившись.

— Да я не намекаю, я прямым текстом спрашиваю, — и я протянул ей заколку. — Вот это было в одной из пещер за водопадом. Вместе с четырьмя бойцами Ито, которые ждали какого-то сигнала.

— Это не моя, — краска сразу схлынула с ее лица, но она не притронулась к протянутому украшению. — У всех девушек на острове есть такие, их выдают в первый же день появления. Это своего рода идентификационный ключ. Был, пока Михо-сан не перенастроил защиту женского сектора.

— То есть, по ней можно определить владельца? — она кивнула, не сводя взгляда с заколки. Если раньше она просто рассуждала и отвечала на вопросы, то сейчас до нее начало доходить, что это далеко не шутки и все, что я говорил имеет под собой некое логичное обоснование. — И как еще можно ее использовать? Не просто же так бойцы Ито взяли приглянувшуюся им побрякушку.

— Четыре бойца, — эхом повторила Марико, оббегая меня, и пристально разглядывая глаза, быстро приходя в себя и, наконец, перестав гипнотизировать заколку. — Ты их всех убил?

— Не нужно мне приписывать заслуги, которые я не совершал, — я быстро пошел вперед, и девушка вынуждена была посторониться, и теперь шагала следом. — Я убил лишь одного, воспользовавшись эффектом неожиданности. Остальные же буквально сгорели на работе, попав под дружественный огонь. Так что ты думаешь, почему этот сектор не обследовали? — я спрятал заколку, решив не отдавать ее Марико. Она слишком юлила, отвечая на некоторые вопросы, скорее всего, выгораживая по какой-то причине свою наставницу.

— Я не знаю, лучше спросить об этом у Михо-сана.

— Ну, спросить-то можно, вот только вряд ли он ответит. Хотя здесь возможны лишь два варианта: первый — он действительно не знал, что здесь кто-то есть и был уверен, что наша группа будет в этом секторе в полной безопасности, пока они обследуют и зачищают другие секторы, параллельно обучая кандидатов. Второй вариант — Михо знал или догадывался, что здесь спрятались недобитые Ито, и намеренно послал нас сюда. Надеясь, что я сорвусь и снова стану черноглазым. Ну, и заодно решил посмотреть, на что я способен, когда эта тьма прорывается из меня. То, что при этом можете пострадать вы, потому что я нихрена не контролирую себя в таком состоянии, и не уверен, что твое присутствие всегда будет помогать мне в этой ситуации, Кудзё мало волнует. Ну есть еще третий вариант, в котором оставшихся Ито кто-то предупредил о том, что идет зачистка сектора, в котором они до этого обосновались, и спокойно перенаправил их в тот, который к этому моменту был уже свободен. Этот вариант, конечно, вытекает из первого, но, так или иначе, все же от него отличается проблемой размером с задницу, с которой столкнутся в скором времени Кудзё. Так что, выбирай, какой вариант тебе ближе?

— Почему все так… гадко? — наконец, выпалила Марико. — Почему нельзя просто сказать. Прямо сказать? Неужели что-то изменится от того, что мы будем более подготовлены?

— Так ведь жизнь вообще стремная штука на самом деле. Уж тебе давно пора привыкнуть, что прав тот, у кого больше прав, и тот, кто изначально сильнее. Закон джунглей, если хочешь, во всей его неприглядной красе.

Она ничего не ответила, и остаток пути до дома мы прошли в молчании. При этом каждый думал о чем-то своем.

Возле дома на поляне стояли Арэта и Кэтсу. На земле между ними лежал человек. Он громко стонал, а подойдя поближе я понял почему. У него не было ног. Обе конечности словно кто-то вырвал где-то посредине голеней, вот только при таких ранениях должно было вокруг натечь очень много крови. Но крови не было, и раны выглядели так, словно их прижгли, чтобы остановить кровотечение. Кэтсу стоял, засунув руки в карманы, мрачно глядя перед собой, а Арэта, увидев нас, выдохнул с явным облегчением. Мы не успели подойти слишком близко, когда Накамура начал говорить.

— Они ждали нас прямо здесь. Чары, наложенные Кудзё на дом, до сих пор работают, и войти в него может далеко не каждый. Мы вышли с разных сторон на тропу, и тогда они напали. Четвертый и Харо погибли. Они успели прихватить с собой двоих… — Арэта замолчал, зато глухо заговорил Кэтсу.

— Я стоял ближе и пытался помочь, но на мне были перчатки. Когда я их снял, там уже все пылало. Я побежал со всех ног, но не успел, они все погибли в огне Четвертого. Похоже, что он сумел вызвать «феникса» четвертого уровня, но не справился. Харо пытался ему помочь, закрыть щитами, но попал под искру сам. Как он кричал… Я никогда не забуду этот крик, — я смотрел в ту сторону, куда показывал Кэтсу. Там не было ничего, кроме небольшого серого холма. И тут легкий ветерок подул в нашу сторону и множество невесомых серых частиц поднялось в воздух, устремляясь прямо на нас, а на меня накатило понимание — это не холм, ками меня раздери, это прах четверых, если верить ребятам. Мне не было нужды в них сомневаться, потому что среди них огневиков не было, да и пленный тоже не с неба свалился.

— Где твои перчатки? — спросил я тихо, переводя взгляд на Кэтсу с пепла, мельчайшие крупицы которого летали между нами. Было слегка неуютно находится в этом едва видимом водовороте, это ощущал каждый, но никто не сделал ни единого шага в сторону.

— Что? А, перчатки, — протянул он. — Они там. Сгорели. — И он вытащил руки из карманов. На правой ладони у него вздулся заполненный желтоватой жидкостью пузырь. Ожог был серьезный, и, скорее всего, причинял ему сильную боль, но он мужественно ее терпел. А может быть, собственный организм остужал обожженную конечность, не давая Кэтсу корчиться от болевого шока. Видимого раньше завихрения от рук парня не отходило, что могло только говорить об одном: Кэтсу смог побороть стихию, бушевавшую внутри него, и теперь был безопасен для окружающих.