Что я делал зимой? Ну, во-первых, катал свечи.
Во-вторых, варил ладан, глядел на небо.
Благовонный дым долго лежал в ущельях.
Мой духовный отец – новоафонский старец, —
когда монастырь его разогнали,
долго шел через горы —
больше двухсот километров,
и так несколько раз,
пока не перенес в эту Пустынь
архиерейское золотое кадило,
Евангелие в драгоценной ризе,
Богослужебные книги,
кресты, мощевик, иконы.
Там он построил небольшую часовню,
в которой мы и молились.
…Тот, кто поручил мне Августина,
говорил: только личный подвиг
определяет духовность жизни.
– К тому же, если он сдастся на милость
властей,
его тут же
приведут к военной присяге,
а ему как монаху,
по Постановлению одного из Соборов,—
не помню, простите, какого —
держать оружие запрещается,—
так как быть с этим?
– А осенью начинались ливни.
Они шли с вечера до утра и с утра до ночи,
и, казалось, ничего не высохнет там вовеки —
все к земле прибьется, втопчется в землю.
Ближе к зиме монахи из Верхней Пустыни
чуть-чуть спускались
и оказывались около Нижней Пустыни —
совсем близко.
Иногда мы ходили к ним —
особенно, если что-нибудь нужно:
соль, спички…
Там был один такой замечательный —
отец Авель.
Им же оттуда было удобней спускаться
к Сухумской церкви.
…Тот, кто поручил мне Августина,
говорил: только по чистоте жизни
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
