Олеля Баянъ – Убить, чтобы жениться (страница 5)

– На время экспедиции личным адъютантом виконта Нессельфольде, по величайшему распоряжению регины Скаршии, назначена её высочество, принцесса Асия Скаршия, – объявил дедушка.

Едва он произнес моё имя, как все разговоры в зале оборвались. Множество взглядов обратились к моей фигурке, развалившейся у стеночки. Сперва я даже опешила от такого заявления. Опираясь спиной на стену, медленно поднялась с пола. Посмотрела на Рэйнера. Он взирал на меня с ненавистью и толикой обречённости во взоре, поджав губы.

– Ася, смелее, – позвал меня дедушка.

Смущаясь (я не любила находиться в центре внимания), подошла к герцогу. Пока шла к нему, заметила, как некоторые из собравшихся закрыли рты рукой, скрывая улыбки, а во втором ряду двое знакомых молодых магов жестами переговаривались. Один показал другому три пальца. Второй – растопыренную пятерню. Первый махнул рукой, мол, согласен. Вдвоём они толкнули впереди сидящего товарища. Тот разбил их рукопожатие. Спор.

Эти маги спорили на нас с Рэйем! Но что стало предметом? Кто кого первым достанет? Или кто сдастся и сбежит? В столице на нашем противостоянии с Рэйнером нередко зарабатывали на ставках. И доходили слухи, что порой ставили целые состояния.

Взглянула на Нессельфольде. Тот не спускал взора с веселившихся молодых людей. В глазах виконта полыхнуло тьмой. В этот самый момент под спорщиками треснула скамья, и они оба свалились на пол. Зал разразился хохотом. Не знаю, над чем люди смеялись больше: над упавшими или над нами с Рэйем. Стало вдруг так обидно. Неужели я и, правда, сущее наказание?

Не желаю быть посмешищем!

Только хотела развернуться назад, как натолкнулась на воздушную стену, сковавшую меня. Бабушка! Она знала о моей обидчивости и решила подстраховаться. Чем сильнее я упиралась, тем напористее становилась стена, медленно приближавшая меня к дедушке. В конце концов, чтобы не упасть, я сдалась и самостоятельно подошла к герцогу Дункелу. Правда, меня охватило чувство, будто сама только что расписалась под приговором собственной казни.

Пока медленно приближалась, глаза от пола теперь даже не отрывала. Страшилась взглянуть на виконта Нессельфольде. Не успела приехать, а меня снова навязали ему. Да и моё позорное желание сбежать вряд ли укрылось от его внимания. Я допускала мысль, если быть честной, то надеялась, что Рэйнер мог бы принять моё назначение, но вот трусость он не простит никогда.

Взгляд упёрся в трибуну. Медленно подняла свой взор на дедушку, широко улыбавшегося. Он с неподдельной радостью передал мне увесистую папку. Герцог не ограничился сухим рукопожатием, а крепко обнял меня, щедро делясь уверенностью. Глава Чёрной гвардии, отстранившись, напоследок похлопал меня по спине, мол, не волнуйся, всё улажено.

Улажено?

Я обернулась, ища бабушку. Она сидела на прежнем месте и платочком вытирала проступившие от гордости за назначение внучки слёзы. Сложившаяся ситуация стала напоминать плохо поставленную комедию. Плечи поникли. На место страха пришла обида, забравшая остатки былой бравады. Я развернулась к дедушке, пытаясь найти в его взгляде подтверждение или опровержение догадкам, возникшим в моей голове.

– Всё в твоих руках, Ася, – вместо ответа дал он напутствие. Затем серьёзность спала с него в одно мгновение. Герцог Дункел весело подмигнул мне: – Дерзай, – и, развернув меня, подтолкнул в спину в направлении к Рэйнеру Нессельфольде.

Тот уже повернулся к выходу. Все остальные маги, получившие назначение в экспедицию, выстроились за ним. Виконт слегка повернул голову в мою сторону и произнес:

– За мной, – и пошёл на выход.

Громко сглотнув, побежала за ним, потому что за его широким шагом я просто не поспевала. Мы быстро миновали зал, коридоры и лестничные пролеты и, наконец, вышли на пристань, ведущей на флагманский корабль воздушной флотилии.

Глава 2 Поручение

Солнце стояло в зените и по-весеннему ярко освещало суда, застывшие в воздухе. Их разноцветные паруса сразу же бросались в глаза. Только потом внимание привлекали деревянные крылья, украшенные узорчатой резьбой по краю. Наша процессия направлялась к главному судну, одно крыло которого положили на пристань. По нему предстояло подняться на борт. Они располагались по каждому борту у всех летучих кораблей. Это то, что отличало воздушные суда от морских.

Именно благодаря этим боковых крыльям воздушные суда могли парить в небе. Ими же маневрировали или переходили из одного воздушного потока в другой. Скорость придавали полотняные паруса. Правда, они не были такими плотными, как у морских судов, чтобы не лишать тех устойчивости.

И, разумеется, материал, из которого их изготавливали – тальра. Это самая лёгкая в мире древесина. Если отломить кусочек дерева, просушить его хорошенько, подкинуть его в воздух и подуть снизу, то он не упадёт, а зависнет. Налетевший ветер может отнести его на большое расстояние.

Мне нравились эти величественные птицы, летучие корабли. Всегда удивлялась тому, кто их изобрёл. Это же сколько сил и труда было положено, чтобы поднять в воздух первое судно. Воздушная эскадра взмыла вверх и построилась, готовая по первому же приказу выдвинуться в путь.

Но главный секрет передвижения летучих кораблей заключался в стихийниках. Конкретно, в воздушниках, управлявших воздушной стихией. Они видели все потоки и ветра, дувшие в различных направлениях, и предсказывали погоду. Иногда даже приходилось поддерживать корабль при смене потоков или течений, как ещё их называли на манер морских. Уже лет пятнадцать как к воздушникам присоединились элементалисты.

Они отличались от стихийников тем, что могли не только управлять природной стихией и влиять на неё, но и сами порождали необходимые элементы: воздух, воду, огонь или землю – и преобразовывали их. Умение создавать различные элементы выделило их и от вымерших элементалей, способных творить только один элемент – тот, из которого они состояли.

Созерцая гордо реющие паруса, я не заметила, когда Рэйнер остановился, а потому впечаталась в его спину. Виконт не повернулся. Только шумно задышал. Я осторожно отступила на шаг назад. Обернулась, чтобы убедиться, что снова стала предметом насмешек, и замерла.

Маги действительно посмеивались, но не надо мной. Их взгляды устремились куда-то вперёд. Обзор мне загораживала широкая спина Нессельфольде, и я выглянула из-за неё, чтобы застыть с раскрытым ртом.

Спиной к нам стояла женщина, судя по её формам сзади. Правда, поза оказалась далеко от приличной. Широко расставив ноги, она нагнулась вперёд, так что аппетитные ягодицы молодой женщины предстали во всём великолепии перед мужскими взорами.

– Графиня Зихштейн, рад видеть вас, – произнёс Рэйнер, приветствуя главного артефактника Скаршии. – Вы решили присоединиться к экспедиции?

Вместо того, чтобы выпрямиться, женщина наклонилась ещё ниже. Её белокурая голова на мгновение мелькнула между ног, графиня соизволила распрямиться и повернуться ко всем. Глава артефактников королевства записала что-то в свой блокнот, выставила правую руку в сторону, вокруг которой появился маленький портал голубого цвета, куда женщина поместила записную книжку и вытащила папку. После чего портал исчез.

Медленной походкой от бедра она подошла к Нессельфольде, мягко ему улыбнулась. Я заметила у него ответную улыбку. В груди тут же завозился червячок ревности. Вырасти ему не дала последовавшая реплика графини Зихштейн:

– Вам бы я не доверила даже своё перо, – вежливость и учтивость вмиг слетели с лица женщины. – Вот на этом, – она указала на флагманский корабль, – и на том, – и на судно с голубыми и красными парусами, – я установила новые орудия. – Тут, – графиня впихнула папку в руки Рэйнера, – инструкция к ним.

Папка перекочевала ко мне. Я с нескрываемым восторгом рассматривала полученный документ и уже хотела было раскрыть, чтобы почитать, но дальнейший диалог показался интереснее.

– Благодарю вас, – виконт вежливо поклонился ей.

– Да чтоб ты сдох! – в сердцах выпалила она.

Внезапно её взгляд остановился на мне. Женщина смерила меня задумчивым взором. Я уж подумала, что мне тоже достанутся проклятья от неё. Помню, что в детстве, когда родители только поженились, Адарант, Фарита (как мне тебя не хватает, сестрёнка!) и граф Зихштейн попросили меня обо одолжении. Я была ребёнком тогда и уже не помнила, что сделала такого, но графиня с тех пор с огромным предубеждением относилась ко мне. Она тяжело вздохнула и, никак не пояснив свои слова, обошла мою персону, чтобы молча удалиться в здание воздушного порта. Мужчины расступались, давая ей дорогу. Некоторым из них графиня кивнула в приветственном жесте.

Причину её поведения я не знала. Что-то слышала про некое противостояние баронессы Тиберг, так в девичестве звали графиню, с королевой, но подробностей не ведала. И вот отношение к её величеству графиня перенесла на подкаблучников короны –чёрных магов.

Долго предаваться своим мыслям не дал голос Рэйнера, раздавшегося над ухом:

– Ваше высочество, прошу взойти на борт корабля, – и жестом указал на крыло.

Подняв голову, я с замиранием слушала его слова. Мне безумно нравилось, когда он так ко мне обращался. Пусть я и его адъютант в данный момент, но всё же принцесса. Титул обязывает обращаться со мной вежливо. Может, его дружелюбие наигранно, но лёгкая улыбка на его губах манила, и я в стотысячный раз представила наш поцелуй. Язык не повиновался мне, поэтому просто кивнула и проследовала в указанном направлении.