Олеля Баянъ – Мастер Киллиары. Сотор (страница 2)

– Нет, – отказ Фаррери врезался в мой мозг.

Глава 2

Почему? Видимо на моём лице отразился невысказанный вопрос, потому что Фаррери терпеливо пояснил:

– Поводок – это твоя страховка безопасности. К сожалению, если Мастер без него, то он становится хорошей добычей для других ишааров. Кого-то выставляют на торгах в Ассамблее, из-за кого-то устраивают дуэли. Последние стали редки, но всё ещё имеют место быть даже в нашем современном мире.

– Но в связи с нынешней ситуации боюсь, дуэли получат новую волну популярности, – умо Эзпозито выразительно посмотрел на меня.

– Раймундо, позвони Джалиане и пригласи её пожить до истечения её контракта со мной, – просипел Фаррери.

Я хотела было возразить и предложить другой вариант, но заметила, что он ещё сильнее побледнел. Капельки пота появились даже над верхней губой.

– Думаю, что надо позвать и умо Димиана, – от начальника службы безопасности тоже не скрылось сильное недомогание Фаррери, который мужественно терпел болевые ощущения и не жаловался.

От осознания того, что я причина – его страданий, мне стало ещё хуже. Совесть начала грызть внутри. Даже возмущение по поводу поводка отошли на второй план. Я виновато опустила голову, пряча её в плечах. Так и просидела всю дорогу до… особняка.

Огромный двухэтажный дом, огороженный высоким забором, стоял посреди парковой зоны Седьмой периферии. Она и соседняя, Пятнадцатая, значились в урбанусе природообергающими зонами, где позволить себе жить могли только состоятельные люди. Точнее ишаары. У простых жителей Таулина не было средств на покупку частного дома. В основном все жили в многоквартирных домах. Так безопаснее и дешевле.

Безопаснее, потому что внизу жилых районов были специальные убежища на случай сильных циклонов, о которых объявляли по всем новостным каналам и системе оповещения урбануса. Кроме того, группы гвардианов могли организовать переход к этим убежищам, если циклон заставал людей. Я слышала, что среди них обязательно служат ишаары со своими Мастерами. Без их способностей никак не получится отразить волны, вызванные обезумевшей бурей.

Вот только на одиночные вызовы отряды не ездили. Они выезжали на те сигналы о помощи, где больше людей они смогут спасти. Таким образом, те, кто жил изолированно, мог на помощь не рассчитывать. А вот ишаары не боялись разгневанных стихий. Во-первых, у них были средства, чтобы построить себе отдельное убежище. Во-вторых, они обладали силой и Мастерами, чтобы отразить бурю самостоятельно. Не всегда это им удавалось. Во многом успех зависел от уровня стихии и мастерства ишааров и Мастеров.

Я встрепенулась и испуганно взглянула на Фаррери, когда вейс замер перед кованными воротами. Ишаар даже не пошевелился. Он откинулся на спинку заднего сиденья и смотрел на всё из-под полуопущенных ресниц. То ли от них, то ли от того, что ишаар был ранен, под глазами у него залегли чёрные круги.

– Открывайте, – начальник службы безопасности приказал по тайпу.

Через пару секунд ворота, подчиняясь автоматизированной системе, отворились, и вейс медленно въехал по подъездной дороге к большому дому.

– Килли, выходи и иди в дом. По центральной лестнице поднимешься на второй этаж и в правом крыле можешь выбрать любую комнату. Там гостевое крыло, – устало приказал Фаррери.

– А вы…

– Живо!

Мне стало обидно от того, каким тоном он меня перебил. Сама открыла дверцу и вышла из вейса. Поддавшись эмоциям, я с силой закрыла дверцу и быстро обошла транспорт. Взбежав по небольшой лестнице на крыльцо, толкнула толстую тяжёлую дверь, которая едва меня не придавила, когда я на мгновение замерла на входе, рассматривая просторный холл, в центре которого господствовала широкая лестница, ведущая на второй этаж.

Я словно попала в музей. Мне никогда раньше не доводилось бывать в помещениях, где всё отделано деревом. Стены, пол, лестница и даже потолок декорированы деревянными панелями и паркетом. Меня поразил стоявший запах свежести, будто я оказалась в лесу.

Дверь за спиной хлопнула. Однако никакого эха не последовало. Наоборот, звук очень быстро растворился в пространстве, точно впитался в окружающий интерьер.

Когда я прошла к лестнице, то звук моих шагов поглощался деревянным паркетом. Это было непривычно.

– А-а, – громко сказала я, и мой голос бесследно растаял.

Никакого эха за ним не последовало. Даже отголоска не было. До меня не доносилось ни единого звука ни из других комнат, ни с улицы.

Царство тишины. Так можно назвать этот дом.

Громко топая по ступенькам, я поднялась по лестнице на второй этаж и завернула в правый коридор, как мне и сказали. Долго блуждать и выбирать комнаты не стала. Выбор пал на вторую дверь справа. Мне казалось важным, чтобы окна смотрели на ворота, через которые мы въехали сюда.

Комната оказалась просторной. Слева стояла кровать, по обе стороны от которой были двери. Они вели в ванную и пустую гардеробную, которые сообщались смежной дверью. У противоположной от постели стены расположился небольшой диванчик и низенький столик. Окна в пол выходили на террасу.

Я упала спиной на кровать и уставилась в потолок.

Добро пожаловать в золотую клетку, Килли!

***

Виторио Фаррери

– Девчонка зашла в дом, – сообщил Раймундо.

Я с трудом разлепил глаза. Сознание так и норовило уйти во тьму, но я держался из последних сил. Мужская гордость не позволяла мне просить помощи на её глазах. Не после того, как видел в них выражение, когда я явился на вокзал и не дал её увезти из Таулина.

Килли стояла на перроне с поникшими плечами. Но когда она услышала мой голос и обернулась, её потухший взор загорелся надеждой и радостью. Однако стоило показать ей поводок, как ликование сменилось на протест.

К сожалению, иначе я не мог поступить.

Моё появление шокировало Гиерра. Глава их клана не ожидал, что я лично явлюсь за ней. И надо было воспользоваться их замешательством, чтобы увезти беглянку подальше от них. Мне нельзя было никаким образом проявлять к Килли более бережного отношения, иначе умо Франку Гиерра точно что-то заподозрил бы и вцепился бы клещами в девчонку.

У него был шанс не дать мне забрать Килли: она несовершеннолетняя, и её родители должны передать мне права на их дочь. Без этого даже внесение в реестр сведения о моём патронаже над ней не имеет законной силы. К счастью для нас, моё появление выбило его из равновесия, и он упустил эту возможность.

Просто так заявиться ко мне домой Гиерра не могут. Только гвардианы и фанзинарио могли ко мне прийти с таким вопросом. Так что у нас есть несколько дней в запасе, чтобы получить нужную бумагу от родителей Килли. Заодно хотелось бы побеседовать с ними, как так получилось, что ей поставили клеймо и запретили заниматься музыкой, тем самым обрекая на страдания. Причина могла быть только одна: они не знали, что Килли обладала огромной силой.

Киллиара. Я до сих пор не мог поверить, что нашёл дочь Лазаро. Пусть и вот таким способом, но нашёл. Я усмехнулся: скорее уж Килли сама заявила о себе на весь мир. И теперь она осознавала всю степень беды, в которую попала. Я видел это по её глазам и слышал в её вопросах, когда девчонка спрашивала, точно ли я её никому не отдам.

Её высказывание об искусственном оплодотворении, о котором, видимо, ей рассказал глава клана Гиерра, шокировало меня, поэтому я обнял её, не давая истерике набрать обороты.

Я сказал ей правду: секс мне от неё не нужен. Зато интересна её сила.

Нагло вру. И в первую очередь вру самому себе.

Я отлично помнил, как ласкал девчонку, находившуюся под этой дранью, которая называлась Эчитазе. Каменный стояк, который немного сходил под струями ледяной воды. А ещё её в кружевных трусиках, стоявщую в облаке белого одеяла. И её маленькую грудь, открывшуюся в запахе халата, когда Килли сидела у меня на коленях на кухне моего пентхауса. Я старался не глазеть, но эти маленькие холмики с торчащими розовыми сосками призывали повторить то, что я делал с ними той ночью, заставляя девчонку выгибаться дугой и прижиматься ко мне теснее.

Всю дорогу от вокзала до моего дома Килли виновато смотрела на меня. Когда я предложил ей выбор, а точнее иллюзию такового, то очень боялся, что девчонка снова взбрыкнёт. Но она согласилась, и я смог выдохнуть с облегчением. Хотя бы в одном вопросе у нас не будет проблем.

Я бросил взгляд на дом. Сам я точно не дойду. Не в нынешнем состоянии. Я откинул полу пиджака и цокнул языком. Димиан предупреждал меня, когда нашёл меня лежащим на полу после звонка о помощи от Киллиары.

***

– Ты потерял много крови. Рана длинная и глубокая. Будешь двигаться, то шов разойдётся, – втолковывал мне друг, который был первоклассным хирургом и врачом, как и все в его клане.

– Она просила о помощи.

– Она бросила тебя раненным и сбежала! Сколько раз можно её выручать? Она сама сделала выбор.

– Она дочь Лазаро. И я ему должен.

Джантале смотрел на меня исподлобья. Он прекрасно понимал, что переубедить меня не получится: всё, что касалось Лазаро, для меня было важным.

– Я вколю тебе сильное обезволивающее. Его хватит на пару часов. Внимательно следи за швом. Ты можешь не почувствовать, когда он разойдётся. Постарайся не делать резких движений. И если что, то сразу зови меня. Я подготовлю пару пакетов с кровью для переливания и пару обезболивающих уколов, но уже послабее.