Олег Волков – Деньги и просвещение. Том 2 (страница 4)

Для большей выразительности Ридоу Райден растопырил три пальца на правой руке.

– Хватит пороть чушь, – отмахнулся Саян. – Никаких денег я у тебя не крал. Да если бы не я, то ты так бы и не узнал, как выглядят местные золотые монеты. Впрочем, всё это неважно, – Саян резко сбавил обороты, – я и так собрался уволиться, уйти от тебя.

– К этому пройдохе Дуату Олмэну? – тут же потребовал уточнить Ридоу Райден.

Ого, Саян даже слегка удивился. А Ридоу Райден, оказывается, не такой уж и дурак, как выглядит. Слухи о том, что фатриец несколько раз пытался сманить Саяна, всё же дошли до владельца фактории.

– Нет, – Саян рубанул ребром ладони воздух перед собой, – я решил вообще покинуть Давизун с первым же судном. Хватит с меня Тассунары, надоела.

– Но как же так? Этот пройдоха Дуат Олмэн предлагает тебе полноценное партнёрство, – то ли спросил, то ли потребовал подтвердить Ридоу Райден.

Заявление Саяна упорно не укладывается в голове Ридоу Райдена. Как это так отказаться от денег? От возможности подняться по социальной лестнице? Шаблон в голове купца трещит по всем швам, но ещё держится.

– Господин Райден, – без всякого уважения в голосе протянул Саян. – Я не торговец и никогда им не был. Я путешественник и даже немного учёный. Я приехал в эту далёкую экзотическую страну в поисках новых впечатлений, новых знаний, новых знакомств, наконец. Но, чёрт побери, мне до смерти надоел Давизун. Я больше не могу видеть эти стены. Знаешь, что я понял, когда глотал пыль на дороге на той стороне?

– И что ты понял? – тупо переспросил Ридоу Райден.

– Это не выход! – с нажимом ответил Саян. – Из-за этой проклятой самоизоляции я не могу спокойно и легально путешествовать по стране, искать новые впечатления, новые знания, новые знакомства. Раз прокатило, два прокатило, но однажды меня всё равно разоблачат и отрубят голову. Если тассунарцы так хотят сидеть в гордом одиночестве в своём благословенном болоте, то пусть сидят и квакают сколько душе угодно. А с меня хватит. На Миреме ещё полно экзотических стран, где я ещё ни разу не был.

– Но, это, как же…, – Ридоу Райден не сразу нашёл нужные слова. – Ты же так прибыльно торговал с местными.

– Да чтоб вас всех, – Саян демонстративно закатил глаза. – Ни ты, ни этот Олмэн так и не поняли главного. Все мои успехи в торговле связаны лишь с тем, что я научился более чем достоверно косить под местного. Тассунарцам необычайно льстит, что я свободно изъясняюсь на их языке, ношу их одежду, придерживаюсь правил их этикета. И это всё на фоне вас обоих: один тассунарцев высокомерно презирает, второй почти открыто ненавидит. Не удивительно, что местные купцы сами, без малейшего нажима с моей стороны, то и дело предупреждают меня о наиболее выгодных партиях товара, а так же любят давать мне хорошую скидку при продажах или хорошую цену при покупках. И всё это ради того, чтобы не иметь дело либо с тобой, либо с фатрийцем Олмэном. Вот и весь секрет моего успеха.

Когда я уплыву, то твои доходы просядут даже не до прежнего уровня, они будут ещё ниже, – Саян зловеще усмехнулся. – В твоей кассе не то что трёх, вообще не будет золотых кобанов. Однако, уважаемый, – в неуловимый миг Саян будто превратился в природного тассунарца, – если вы наденете бабское платье и тряпку поперёк жопы, а так же соизволите выучить благородный раномату, то и вас со временем начнут предупреждать о наиболее выгодных партиях товаров.

Главное, уважаемый, прекратите ненавидеть Тассунару и тассунарцев. Они это чувствуют и платят вам той же монетой. Любить не обязательно, так научитесь хотя бы просто уважать их. И тогда эта фактория, – Саян широко взмахнул руками, – превратится в ваш любимый дом, а не в тюрьму. А ещё я бы посоветовал вам жениться на местной, коль обратной дороги в Марнею у вас нет.

Не в бровь, а в глаз, как говорят в подобных случаях в народе. Былые гнев и раздражение окончательно оставили Ридоу Райдена. Купец нахмурился, задумчиво нахмурился. На кой ляд нужны новые впечатления и новые знания он не понимает и вряд ли когда-нибудь поймёт. Другое дело деньги, вот их Ридоу Райден понимает очень хорошо.

– А теперь, с вашего позволения, – Саян вновь подхватил с пола почти пустой короб, – я пройду в свою комнату, переоденусь в кимоно, потом пойду в общественную баню, а после в бордель. Я сильно устал и хочу отдохнуть. Вернусь завтра утром.

Саян самым решительным образом прошёл мимо ошарашенного Ридоу Райдена.

– Э! Постой! – крикнул вслед Ридоу Райден.

Саян нехотя остановился и развернулся. Купец жаждет продолжения скандала? Так это запросто. Синее пятно под левым глазом прочистит Ридоу Райдену мозги и украсит его лицо на несколько дней.

– А куда ты направишься? – спросил Ридоу Райден.

– Ну-у-у…, – задумчиво протянул Саян. – Не знаю, ещё не думал об этом. Впрочем, для начала туда, куда пойдёт первое же судно. Может в Тургал, может в Гаодан, может в Пасму. Да, кстати, хорошая мысль, – Саян глянул на купца. – По дороге сюда я посетил Ролозкие острова, райское местечко. Будет здорово прогуляться по ним ещё раз, только на этот раз более основательно. Как я уже сказал, на Миреме полно экзотических стран, где я ещё не был.

Саян развернулся и вновь устало поплёлся в свою комнату. На чём так называемый скандал закончился. Саян тихо, почти про себя, рассмеялся. Не зря мудрецы предупреждают, что стоит бояться своих желаний, которые и в самом деле могут исполниться. Вот и Ридоу Райден получил желаемое – в самое ближайшее время Саян и сам уберётся прочь из Давизуна. Однако столь хорошая новость уважаемого купца так и не обрадовала. Вспомнил, поди, что до появления Саяна в его кассе золотых кобанов и в самом деле не было. Ничего, пусть подумает, ему полезно будет.

У себя в комнате Саян наконец-то зашвырнул в угол надоевший хуже горькой редьки короб и скинул крестьянские шмотки. Сообразительный Гиор оставил тазик с водой и полотенце. Конечно, не полноценная баня, зато и в самом деле не придётся в одной набёдренной повязки иди по улице. Саян старательно обтёрся с ног до головы. Вот теперь и только теперь он может облачиться в любимое кимоно торговца из мягкого хлопка.

Настроение заметно улучшилось. Если разобраться, то обстоятельства сложились более чем благоприятным образом. Саян самодовольно улыбнулся и потянулся всем телом, аж позвонки хрустнули. За два с половиной года он более чем успешно натурализовался в Тассунаре, выучил язык, принял культуру, освоился до такой степени, что теперь никто не сможет распознать в нём иноземца. Чем заняться, на чём разбогатеть и чем способствовать прогрессу Тассунары тоже есть. Книга по печатному делу надёжно спрятана за пределами города.

Далее план прост, как маринованная редиска: на первом же иноземной судне покинуть Давизун, чтобы все видели. Но! Ближе к северной оконечности острова Тассунара покинуть борт судна и добраться до берега вплавь. И всё. Марнеец Саян Яргич Ингал благополучно и под пьяную лавочку утонет в море Окмара. Зато в Тассунаре появится новый простолюдин по имени Саян. Точнее, он будет хорошо образованным простолюдином, так называемым бродячим учёным. О будущей легенде Саян успел подумать заранее.

План прост и надёжен как лом. Но, но, но… Саян огляделся по сторонам. Небольшая предосторожность лишней не будет. Благо у него в запасе несколько дней, а то и недель. В Давизун суда иноземцев заходят не по расписанию. Но это после, а теперь в баню и в бордель.

Глава 3. Нелегальное проникновение

– Будет шторм, – спокойно, будто предлагая выпить кружечку другую горячего грога, произнёс Муссан Сукош, капитан фатрийского брига «Волнорез».

– Вы уверены? – как можно более равнодушно поинтересовался Саян.

– Более чем, уважаемый, – Муссан Сукош кивнул. – Уж поверьте старому морскому волку, шторм будет знатным. Но беспокоиться не стоит, – поспешил заверить капитан брига. – Мой «Волнорез» – крепкое корыто, и не через такие шторма довелось пройти.

Саян с тоской глянул за борт. Такое ярко-зелёное и ласковое в лучах Геполы море Окмара ближе к вечеру потускнело, налилось чернотой и разволновалось. Всё чаще и чаще из-под форштевня «крепкого корыта» с громкими всплесками вылетают хлопья пены. Однако пока «Волнорез», как ни в чём не бывало, лихо мчится на всех парусах вдоль берега острова Тассунара. Свежий ветер только придаёт ему прыти.

А вот горизонт на западе действительно потемнел. Чёрные тучи, словно вражеская армия, наступают плотным строем. Ветер больше приятно не освежает лицо, а будто сечёт холодными бичами кожу. Старый бриг скрипит от натуги, прямые паруса опасно выгнулись, того и гляди лопнут от сильного натяжения.

– Убрать паруса!!! – громогласный рык Муссана Сукоша перебил вой ветра.

Матросы, словно стая дрессированных обезьян, полезли на реи. В момент надвигающегося шторма Муссан Сукош как никогда похож на книжного капитана в минуту смертельной опасности. Плотный серый кафтан развивается под порывами крепкого ветра. Суровое лицо то и дело освещают вспышки далёких молний. Крепкие мозолистые руки спокойно и уверенно держатся за поручень на мостике рядом со штурвалом. Чёрт побери, Саян повернулся к ветру спиной, фатрийцы ещё те конченные торгаши, но, надо признать, они хорошие моряки. К чёрту! Самые лучшие на Миреме моряки. С таким капитаном как Муссан Сукош не то что шторм, сам морской чёрт не страшен.