Олег Волков – Апокалипсис, вид снизу. Том II (страница 34)

— Может, потом? — неуверенно предложил Виант. — Ты же сама говорила, что мы легко найдём нужное судно.

— Виант, — в голосе напарницы брякнул металл, — сегодня 20 июня 8313 года. До начала ядерной войны осталось два месяца и двадцать три дня. К тому же, мы подошли с нужной стороны. Второй причал находится не так уж и далеко от нас, если не сказать иначе — близко.

От напоминания о том, что произойдёт почти через три месяца, по спине и плечам скатился очень неприятный холодок.

— Хорошо, твоя взяла, — Виант махнул передней лапой. — Но учти: если на этой самой «Мирзуне» окажется хреново с едой, то я тебя съем.

— Ага, — Инга кивнула. — Ещё скажи, что сперва жестоко изнасилуешь, а потом съешь.

Виант недовольно насупился. Намёк, точнее, удар ниже пояса, попал точно в цель. Чего, чего, а интима между ними нет от слова «совсем». Насколько Инга была хороша и желанна в теле женщины, ровно настолько же Виант охладел к ней, когда она превратилась в крысу.

Глава 16. Как провожают пароходы

Территорию Пассажирского морского порта от жилого района Гирдан отделяет высокий кованный забор. Квадратные стальные прутья чёрного цвета закручены на манер сверла. Вершину каждого украшает плоский цветок с тремя листочками. Инга первая перебежала через асфальтированную дорожку, что спускается на набережную, и ловко перемахнула через невысокое кирпичное основание забора.

На ухоженном газоне с аккуратно подстриженной травой Виант почувствовал себя гораздо уверенней. Вряд ли ядовитым кобрам понравится, что над ними раз в неделю, а то и чаще, с шумом и лязгом ездят газонокосилки. Они быстро пересекли примыкающие к главному зданию газоны и вышли к причалам. Оказывается длинный портик с колоннами, что спускается к морскому берегу, очень художественно и выразительно прикрывает парадный фасад здания. Нет, даже не так — самую парадную часть.

Широкая полукруглая лестница двумя каскадами выходит к широкому пирсу, что уходит на добрые пять сотен метров от берега. Центральные двери, через которые пассажиры покидают здание вокзала, трудно назвать дверьми. Нет, это ворота, настоящие ворота высотой метров шесть, если не все восемь. На противоположной стороне точно такой же длинный портик с колоннами ограждает и замыкает площадь перед пирсом.

Строители порта не забыли об удобствах для пассажиров. Не только ступеньки, но и три широких спуска ведут от центрального выхода к пирсу. Небольшие электрические автобусы с мягкими креслами то и дело отходят от высоких дверей или останавливаются перед ними. Только большая часть пассажиров предпочитает пройтись пешком, благо великолепное прохладное утро вступило в свои права. Ещё бы не пройтись, Виант приподнялся на лапах и вытянул шею, когда по боковым спускам то и дело с тихим визгом проносятся грузовые электрокары. Широкие длинные тележки до самого верха нагружены разнокалиберными чемоданами. Людям не нужно тащить за собой свой скарб по величественным белым ступенькам, а потом ещё топать по широкому пирсу до нужного причала.

Что самое приятное, строители Пассажирского морского порта не забыли и о крысах. Пусть Виант непростительно долго простоял в тени портика с колоннами, зато несколько дальше, буквально через десяток метров, следом за напарницей он нырнул в спасительную прохладу очередного просторного газона.

Конечно, если разобраться, то строители думали не о хвостатых грызунах. Пусть белый гранит отражает большую часть тепловой энергии Таяны, местной звезды, но он всё равно постепенно нагревается. Не будь по среди площади перед пирсом широких зелёных газонов с декоративными кустами и деревьями, то, в разгар жаркого дня, площадь превращалась бы в раскалённую каменную пустыню. Чтобы подобного точно не произошло, сразу четыре круглых фонтана распространяют вокруг себя приятную влажную свежесть. Но и это ещё не всё.

Широкая пунктирная линия зелёных газонов разделяет ещё более широкий пирс на две половинки. Многочисленные деревянные беседки с белыми скамейками укрывают пассажиров и провожающих от палящих лучей Таяны. Иначе говоря, коммунистические власти Штании добились своего: красота, величие и удобства встречают пассажиров, что сходят на берег после морского путешествия.

— Смотри, — Виант приподнялся на задних лапах, — а пассажирский порт загружен никак не меньше грузового.

Из Чундила во все концы Ксинэи постоянно уходят и прибывают пассажирские суда. Всего двенадцать причалов, пять с южной стороны пирса, пять с северной и ещё два на дальнем конце. И все без исключения заняты красавцами лайнерами. Хотя, не совсем. Виант напряг глаза. К дальнему причалу аккуратно швартуется белоснежное судно с тремя, нет, с четырьмя палубами. А от другого, как раз напротив, как раз отходит ещё один круизный лайнер.

Красота неописуемая. Виант вздохнул полной грудью приятный морской воздух и улыбнулся. На ум опять пришли строчки песни:

«Как провожают пароходы

Совсем не так как поезда.

Морские медленные воды

Не то что рельсы в два ряда».

— Виант, вернись на землю.

Голос напарницы, в который раз, опять вернул Вианта в очень реальную виртуальность. Он крыса, что притаилась среди густой травы на одном из газонов. А не человек, не праздный зевака, что любуется великолепием океана и величественной архитектурой пассажирского порта, а так же красавцами круизными лайнерами.

— Инга, нет в тебе романтики, — сердито заметил Виант.

— Вон, видишь? Слева второй, — передняя лапа Инги указала на ряд круизных лайнеров. — Это и есть наша «Мирзуна». Лучше подумай, как нам пробраться на её борт.

Виант вытянул шею. По сравнению с белоснежными собратьями, «Мирзуна» — крепкий середнячок. Это не самый крупный круизный лайнер, что пришвартовался к этому пирсу, но и не самый маленький. Высокие борта, на носу чёрной кляксой выделяется якорь. Четыре ряда пассажирских палуб. На самом верху капитанская рубка. Настоящая плавучая гостиница, если уж не на пять звезд, то на четыре точно.

А вот чего у «Мирзуны» нет, так это хотя бы одной широкой и высокой трубы. Впрочем, как и у других круизных лайнеров. Можно предположить, что на крыше четвёртой пассажирской палубы расположились бассейны, рестораны или просто место для прогулки пассажиров. Вот она приятная особенность мира, где накопители энергии большой мощности, а так же электроводородные генераторы на низкопотенциальном тепле, помогли электродвигателям победить дизельные движки с их неизбежными трубами и сизым вонючим выхлопом.

— Швартовые концы можно даже не проверять, — Виант махнул передней лапой.

— Крысиные антидвери, — произнесла Инга.

— Они самые, — Виант кивнул. — Просто, дёшево и эффективно.

— Тогда как?

— Для начала, давай, подойдём поближе, — Виант опустился на четыре лапы.

Вот она неприятная особенность загруженного морского порта. Виант стрелой пересёк широкий спуск от центральной двери и с разгона нырнул в спасительную тень густой травы на очередном газоне. Инга заскочила следом и едва не сшибла его с лап. Половина третьего часа, или начало седьмого, если перевести на земные мерки. Выходной день. Трудовой люд предпочитает отсыпаться, особенно если накануне ночью вовсю оттягивался в ночных клубах или просто бухал на кухне с дружбанами. Однако в Пассажирском морском порту Чундила полно людей. Едва ли не как на центральной улице в час-пик. Даже хуже — чёрная крысиная шкурка очень хорошо заметна на белизне гранита.

— Виант, смотри! — Инга вытянулась в струнку, словно охотничья собака при виде зайца.

По широкому спуску катит очередной грузовой электрокар. Место водителя светит пустым креслом с мягкой спинкой. Однако маленький электрический грузовичок уверенно поворачивает по большой дуге вслед за плавным спуском. За ним на сцепке грохочет не меньше четырёх длинных тележек. Каждая до краёв нагружена разноцветными чемоданами.

— Это наш шанс, — торопливо произнесла Инга.

— А с чего ты решила, что он везёт багаж именно на «Мирзуну»? — Виант как мог охладил пыл напарницы.

— Да какая разница, — резко бросила Инга. — Главное, он довезёт нас до пирса. Если не «Мирзуна», то мы просто соскочим с него и спрячемся в траве на газоне.

— Разумная мысль, — Виант тут же согласился.

Не зря говорят, что нужно меньше болтать и больше действовать. Пока они препирались, электрокар с тележками почти проехал мимо. Виант выскочил из густой стриженной травы. За спиной об асфальт заскребли коготки Инги.

Проклятый автопилот весьма шустро катит по спуску. Виант поднажал что было сил! Ещё немного! Прыжок! Передние лапы зацепились за тонкую стальную сетку, что удерживает разнокалиберные чемоданы на тележке. Рядом повисла Инга.

— Что дальше? — Виант глянул на Ингу.

Вместо ответа напарница принялась шустро карабкаться по тонкой стальной сетке. А, ну да, Виант двинулся следом. Всё правильно — не стоит тупо висеть на грузовой тележке словно чёрный хвост.

Как хорошо, что на Ксинэе существует огромное количество производителей чемоданов и сумок для путешественников. И каждый из них вовсю старается сделать свою продукцию уникальной, оригинальной и, конечно же, удобной. Иначе говоря, никакого стандарта, кто во что горазд. Виант без проблем забрался на груду чемоданов и протиснулся в широкую щель. Чёрные колёсики упёрлись в бок, но это мелочи.