Олег Волков – Апокалипсис, вид снизу. Том I (страница 42)

— Конечно, — ответил Виант.

— И тебе не будет стыдно?

Инга собрала всю свою волю, всю свою выдержку в кулак. Но в душе один хрен маленьким огоньком теплится надежда.

— А с чего это мне должно быть стыдно? — Виант всплеснул руками. — Я пытался тебя отговорить, пытался. Куратор и начальник и те пытались. Но ты упорно, сама, без давления из вне, залезла в «малахитовую капсулу». Коль ты сама выбрала свою судьбу, то какой смысл тебя жалеть? Да и поздно уже — я уже сделал выбор, его не отыграть назад.

— Я не понимаю, с чего ты бесишься? Инга, твоя мечта сбылась, — Виант широко развёл руки. — Ты в компьютере инопланетян, в «Стартовом меню». Развлекайся.

Напарник не говорит, а подло бьёт кулаками под дых. От напряжения Инга замерла на месте. Только сдержаться… Только сдержаться… Будто святую мантру, принялась повторять про себя Инга. Пальцы сжались в нервные кулаки. Только сдержаться… Этот подлец больше не увидит её слёз.

Четко, будто на плацу, Виант развернулся и направился по широкому проходу между капсулами к закрытой двери. Однако возле порога он вдруг остановился и глянул на неё.

От удивления Инга опустила руки. Почему дверь закрыта? Или… В душе вновь колыхнулся огонёк надежды. Или Виант не может уйти в игру без неё? Он и в самом деле не может?

Кажется, будто напарник пялился на неё целый час, хотя на деле меньше минуты. И что дальше? Но вот Виант вновь повернулся к закрытой двери и склонил голову на бок. Инга вытянула шею. Быть того не может, Виант ведёт себя так, будто перед ним широко раскрытый проход. По крайней мере, он ничуть не удивлён и смотрит так, будто никакого препятствия перед ним нет и в помине. Неужели и в самом деле нет?

Сомнения и надежды разрешились в момент, Виант просто шагнул вперёд. Напарник, словно фокусник-иллюзионист, просто прошёл через закрытую «малахитовую дверь». Последним исчез каблук его левого ботинка.

Как такое возможно? Инга едва ли не галопом подскочила к «малахитовой двери». Ладонь всеми пятью растопыренными пальцами осторожно, будто перед ней раскалённая печная заслонка, коснулась двери.

Ничего. Инга, будто не веря собственным глазам, провела ладонью по «малахитовой двери» туда-сюда. Нет никакого жара. Подушечки пальцев ощутили хорошо знакомую прохладу фальшивого малахита. Перед ней вполне себе твёрдое препятствие. Но как же тогда Виант прошёл через закрытую дверь?

Да элементарно! Инга перевела дух. Это же «Стартовое меню», преддверье виртуального мира. Это как магия. Здесь возможно то, что невозможно в реальности. Вот как оно работает, Инга опустила руку. Когда игрок делает выбор, то кнопки управления и шар-манипулятор слушаются только его рук. Вот почему она так и не смогла помешать Вианту сделать правильный выбор. И последнее препятствие — «малахитовая дверь». Виант не просто выбрал миссию и персонаж, заодно он отказался от командной игры с ней. Вот почему для него «малахитовая дверь» распахнулась, а для неё так и осталась закрытой. Просто, как всё гениальное. Никакого соблазна последовать за ним, да и не факт, что прокатило бы. А так она получила более чем наглядную демонстрацию того, что «Другая реальность» и в самом деле уважает выбор каждого игрока. Мнения и приказы земных начальников для неё не указ.

Господи, что за мысли? Инга тряхнула головой. На миг учёный-исследователь взял в ней верх. Но теперь новая реальность будто захлестнула её с головой, утянула в свои глубины. Этот подлец ушёл. Убежал. Бросил её на произвол судьбы. Бросил, не смотря на то, что она и в самом деле полюбила его и разделила с ним постель. Да и… Стыдно признаться, но она и в самом деле была готова разделить с ним судьбу и жизнь.

Инга развернулась, ноги сами понесли её обратно к «малахитовому компьютеру». Может, на неё нашло временное помутнение рассудка? Это запросто. На базе «Синей канарейки» с нормальными мужиками весьма и весьма туго. Но всё равно, Инга свернула в неширокий проход между «малахитовыми капсулами», она ну ни как не ожидала, что Виант хладнокровно бросит её в «Стартовом меню». Он даже не пытался оправдаться, сочинить хоть какую-нибудь душещипательную историю, вывернуть дело так, будто он заботится о ней. Ничего подобного. Виант просто и правдиво рассказал всё, как оно есть на самом деле.

Понимание. Запоздалое понимание словно откровение свыше посетило её. Инга остановилась перед «малахитовым компьютером». Ничего не видящие глаза уставились на широкий экран с тёмно-зелёной таблицей. И как только она сразу не поняла, не предвидела, упорно не желала понять элементарную вещь: едва над ними сомкнутся своды «малахитовых капсул», как привычные земные правила и нормы поведения, приказы начальников и страх перед законом моментально упадут в цене. Даже хуже, Инга криво усмехнулась. Они не просто упали в цене, а в момент обесценились, как акции ещё вчера солидной транснациональной корпорации, что вдруг объявила о собственном банкротстве.

К чёрту! Злость на саму себя и разочарование полыхнули в душе Инги ярко-голубым огненным всплеском. Как бы то ни было, что бы там ни было, Вианта больше нет. Он ушёл в «Другую реальность». Он сам выбрал свою роль, может быть даже судьбу выбрал, и ушёл. И с этим уже ничего, буквально ничегошеньки, нельзя поделать. Поздно ругать саму себя за собственную же глупость и недальновидность. В одном бывший напарник несомненно прав: теперь её главная задача элементарно выжить. Выжить, и вернуться в реальность. В некотором смысле Виант даже сделал ей одолжение — теперь не имеет смысла надеяться на него и уповать. Она теперь не «мозг», ибо «мускулов» больше нет.

Короткий вздох и медленный выдох. Жалкое подобие дыхательной гимнастики всё же помогло обрести в душе некое подобие равновесия. Инга подняла глаза. Поперёк экрана всё так же идёт надпись: «Выбор делает Инга Вейсман». Ниже тёмно-зелёная таблица со списком миссий. Вот он выбор без выбора во всей красе, Инга грустно улыбнулась. Активна лишь самая верхняя строчка «Ядерный конфликт», все остальные будто затянуты мутной плёнкой.

Левая рука легла на маленькую кнопку выбора, пальцы правой легонько толкнули шарик-манипулятор. Прямоугольный курсор на экране послушно сдвинулся в сторону. Вот теперь и только теперь она может работать с «малахитовым компьютером». Элементарная логика подсказывает, что будь Виант сейчас здесь, то уже его рук перестал бы слушаться шарик-манипулятор и кнопки выбора.

Что за мысли? Инга закатила глаза. Наверно, она и в самом деле хороший учёный, раз поток сознания то и дело соскальзывает в область научного поиска и анализа ситуации. Впрочем, Виант прав в ещё одном — не стоит терять драгоценное время. Очень скоро она и в самом деле начнёт страдать от голода и жажды. Как оно там сложится в игре — бог его знает. Может статься, что еду и воду ей придётся элементарно искать. Но! Инга тупо уставилась в широкий экран.

Казалось бы, её должна трясти злость на этого подлеца. Злость, обида и горькое бессилие. Этот подлец так и не сумел оценить заботу о нём же. Инга тихо вздохнула. Когда она скрутила ему руку за спину, то Виант не стал ни рыпаться, ни драться. Даже угроза свернуть шею не испугала его. Он, он, Инга на миг зажмурилась, он слишком умён для подобных примитивных уловок. Умён и жесток, как выяснилось. Неужели его таким сделала тюрьма? Наверно, так оно и есть. Николай Павлович как-то обмолвился, что на душе Вианта тяжкой гирей висит несправедливое обвинение в краже тринадцати миллионов долларов. Будь у неё доступ в Интернет, то она наверняка сумела бы раскопать подробности. А так…

Будто и этого мало, для вполне себе заурядного хакера Виант получил фантастический срок в двадцать пять лет. Как? Как такое вообще было возможно? Он всего лишь деньги украл. В масштабах государства тринадцать миллионов долларов мелочь. Однако наказали его так, будто он лично жилой дом взорвал. Ни куратор, ни начальник секретного проекта так и не смогли внятно объяснить, как оно так получилось.

В чём-то Виант прав — она и в самом деле совершенно добровольно залезла в «малахитовую капсулу». Если уж на то пошло, то девственницей она ему не досталась. И в самом деле она сперва легла в его постель, а уже потом, на правах любовницы, да ещё с претензиями жены, напросилась в «Другую реальность». Не открой она рот, то до сих пор работала бы помощницей гениального мальчика Лёши, штатного физика секретного проекта. Инга печально улыбнулась, от чего курсор на экране нервно выписал кривую петлю.

Гениальный мальчик Лёша действительно талантливый учёный и вполне себе молодой и привлекательный мужчина. Одно плохо — он напрочь не замечал в Инге женщину, видел в ней лишь универсальный инструмент с кучей полезных функций. Самая главная из них — самообучение. Хотя, чего уж врать самой себе, она пыталась и отчаялась разбудить в гениальном мальчике Лёше полноценного мужика. Пыталась, но обломалось. Вот что неудовлетворённое либидо с людьми делает.

Взгляд вновь скользнул по тёмно-зелёной таблице на широком экране. Надо, надо бы выбрать игру и персонаж Но выбрать сложно. Злость всё ещё кипит в душе. Она так рассчитывала на Вианта. Двое, это уже коллектив. Самое ужасное в том, что она… Инга без сил склонила голову. Что она поняла его. Поняла его мотивы и причины. Благо она «вышла за Вианта замуж» и делила с ним не только постель. У неё было достаточно времени изучить его. Пусть не как облупленного, но вполне достаточно, чтобы предвидеть вот такой выверт судьбы. Хотя Николай Павлович несомненно назвал бы поступок Вианта предательством. А когда понимаешь человека, то невольно прощаешь его, чтобы он там не натворил.