Олег Волховский – Царь нигилистов – 2 (страница 17)

– Нет.

– Ничего, осенью познакомишься.

Потепление с Никсой прямо радовало. Но на будущее Саша пообещал себе прикусывать язык и не особенно упиваться восторгами публики, когда брату перепадает меньшая часть.

***

– Что за черная кошка между вами пробежала? – спросил папá.

– Мы уже помирились, – сказал Никса.

Когда Николай Васильевич доложил, что его хочет видеть папá, Никса нисколько не сомневался в теме будущего разговора. Да, конечно, надо было вести себя сдержаннее и не ругаться с Сашкой при Зиновьеве. Сорвался.

И Сашка не остался в долгу.

Они с отцом сидели на все том же синем диване в синем кабинете. И был закат.

Папá курил сигару, и Никса с удовольствием вдыхал дым.

Три дня уже продержался без сигарет. Вроде и курил от случая к случаю, а тянуло ужасно.

– А почему поссорились? – поинтересовался папá.

– Я ему позавидовал, – пожал плечами Никса. – Он был центром вечера у Елены Павловны.

– Сашу тоже есть в чем упрекнуть.

– Он понял. Все в порядке.

– Извинился?

– Нет, но мы и так друг друга понимаем. Накануне упрекал меня в том, что я собираюсь править методом милетского тирана Фрасибула и преследовать самых талантливых. Утром уже не упоминал об этом.

– Понятно, он значит самый талантливый.

– Он впечатляет. Сказал, что мне самому надо тянуться, а не его пытаться принизить. Ну, что? Прав же! И рассказал мне начало высшей математики.

– Высшей математики? Саша не мог освоить десятичные дроби! Ты уверен, что это высшая математика?

– Я проверил по учебнику Николаевского инженерного училища.

– И?

– У Сашки понятнее. Впрочем, после Сашки можно читать учебник: уже нетрудно.

Про то, что в учебнике он подсмотрел доказательство теоремы о двух полицейских (она там скучно называлась теоремой о промежуточной последовательности) Никса, на всякий случай умолчал.

– Саша тоже мог читать этот учебник, – заметил царь.

– Он по-другому рассказывает, и названия теорем отличаются.

– А как он формулировал теорему Гаусса-Остроградского, не помнишь?

– Очень приблизительно. Интеграл чего-то по поверхности равен заряду внутри поверхности на что-то деленному.

– А! – сказал папá. – Передай Саше, что это теорема Гаусса, а не теорема Гаусса-Остроградского. Откуда он только Остроградского приплел? И еще передай, что патриотизм не в том, чтобы грешить против истины.

Никса не особенно удивился, ибо именно академик Остроградский когда-то учил папá математике.

– Папá, – сказал Никса, – это не единственный случай. Не знаю, что он видел, когда был в беспамятстве, но это точно не обычный бред.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.