Олег Уланов – Операция "Золотой Будда" (страница 7)
"УАЗик", въехавший на территорию комендатуры через небольшой КПП, лихо развернулся на маленькой площади. Перед тем как покинуть салон УАЗа, Исаев обратился к сидевшим в машине:
– Так, товарищи, мне необходимо переговорить с комендантом. Пожалуйста, не оставляйте вещи без присмотра. Наталья Юрьевна, если вдруг вам нужно будет сходить в туалет, пожалуйста, попросите ребят, чтобы они вас покараулили, а то сами понимаете, здесь туалеты только армейские.
Мальцев и Крутов с интересом следили за реакцией старшего лейтенанта Ковальчук.
– А вы не лыбьтесь, – строго обратился к ним подполковник. – Я скоро.
С этими словами Исаев выпрыгнул из УАЗа и двинулся к входу в комендатуру. На нем были штаны защитного цвета и грубая клетчатая рубашка. Одним словом, вид его был, как у обычного советского геолога.
Внутри всё здание комендатуры было полностью отделано деревом. Прямо за тамбуром начиналась лестница, ведущая на второй этаж. Справа – проход на первый этаж, откуда доносились запахи кухни. Исаев поднялся по лестнице и нос к носу столкнулся с дежурным по комендатуре и тотчас же обратился к нему:
– Здравствуйте, моя фамилия Исаев. Я начальник геологической партии на Онекотан. Мне нужно к коменданту.
– Пожалуйста, подождите здесь. Я сейчас доложу о вас, – офицер развернулся и пошёл по коридору.
Дойдя до двери коменданта, которая располагалась справа, он постучал и сразу же открыл её:
– Товарищ подполковник, разрешите доложить? К вам начальник геологической партии подъехал.
Из кабинета донесся громкий мужской бас:
– Пусть заходит.
Дежурный повернулся к Исаеву и кивком головы показал ему, что тот может пройти к коменданту. За столом сидел крепко сложенный, подтянутый подполковник. Исаев остановился в дверях:
– Разрешите?
– Да, проходите, пожалуйста, – кивнул хозяин кабинета и указал на один из стоящих рядом стульев.
Подполковник Горбань внимательно осмотрел вошедшего. Позавчера он получил шифровку из Особого отдела округа, что на борту "Менжинского" находится спецгруппа под видом геологов, которую нужно встретить, разместить на ночлег и организовать их переброску на остров Онекотан.
– Как добрались, не укачало? – обратился к гостю комендант.
– Да всё нормально. Когда мы сможем отправиться на Онекотан?
– Пока не знаю, – вслух произнёс комендант. – Сегодня вас разместят в нашем гостевом доме, а мы пока подумаем, как вас переправить на остров.
Исаев расстегнул две верхние пуговицы клетчатой рубашки. Из-за пазухи он извлёк большой белый пакет и протянул коменданту:
– Товарищ подполковник, это лично вам из Особого отдела.
При словах "Особый отдел" у подполковника неприятно засосало под ложечкой. Справившись с волнением, он взял в руки конверт, неторопливо распечатал его и стал внимательно читать документы, в левом верхнем углу каждого из которых стоял штамп "Особо секретно". В бумагах были подробно изложены данные о группе Исаева: её статус, задачи, полномочия, каналы связи и режим секретности.
Закончив читать, комендант встал, оправил китель и чётко произнёс:
– Подполковник Горбань. Начальник комендатуры Северо-Курильского участка Виленского пограничного отряда.
Исаев тоже встал и так же по-военному чётко ответил:
– Подполковник Исаев.
Мужчины крепко пожали друг другу руки.
* * *
После посещения Исаевым комендатуры его группа была размещена в специальном ведомственном доме на окраине Северо-Курильска. В одноэтажном здании, похожем на барак, было четыре квартиры. Они предназначались для размещения офицеров, которые прибывали из отряда с проверками или по другим служебным делам.
Все квартиры были свободными, и группа разместилась в трех. В одной квартире Наталья Ковальчук, в другой – подполковник Исаев, в третьей – Крутов с Мальцевым.
Прямо рядом с домом стояла русская баня. Крутов сразу же занялся её подготовкой. Пока он носил из ручья воду в баню, Мальцев, не желая участвовать в физическом труде, решил осмотреть окрестности.
Наталья тем временем прилегла немного отдохнуть. Психологически было непросто несколько дней подряд постоянно находиться в обществе взрослых мужчин. К тому же женскому организму в отличие от мужского требовались несколько иные санитарные и прочие условия. Поэтому она с удовольствием закрыла дверь на щеколду, сняла с себя одежду и прилегла на металлическую кровать, укрывшись одной простыней. Наталья закрыла глаза, стараясь побыстрее расслабиться и заснуть…
Тем временем Мальцев обогнул дом и увидел тропинку, петлявшую в высокой траве. Судя по направлению, тропинка шла в сторону сопки, чей склон начинался сразу же за чертой поселка с юга. Прикинув расстояние, капитан решил подняться на этот склон. Не став искать других путей, он пошел по тропинке, поскольку его жизненный опыт подсказывал, что тропинки – это всегда самый короткий путь к цели, даже если кажется, что можно срезать или пройти прямо.
Сопка, казавшаяся рядом, оказалась значительно дальше, чем предполагал Игорь. Идя по тропе, капитан заметил метрах в пятистах небольшой дымок. Он повернул в сторону костра, решив поинтересоваться у аборигенов насчет достопримечательностей острова. Не дойдя до костра нескольких десятков метров, Мальцев услышал хлопки. Этот звук разрывающихся патронов он не мог перепутать ни с чем. Он быстро лег плашмя на землю и стал дожидаться, когда закончится канонада. Через минуту хлопки стихли. Мальцев продолжал лежать, глядя в сторону кострища. Вдруг высокая трава «ожила», и из неё высыпалась целая ватага пацанов лет десяти – одиннадцати. Игорь поднялся и, отряхнувшись, двинулся к ним навстречу. Мальчишки и не думали разбегаться – вид бородатого геолога не внушал опасений (это же не пограничники, которые обязательно поймают и отведут к родителям на экзекуцию).
– Что, дядя, сдрейфил? – спросил самый рослый пацан, сплюнув через щербатый рот.
– Да нет. Этими пукалками меня не напугаешь. Вот если бы граната рванула, – нарочно сказал Мальцев о гранате.
Его провокация сработала.
– А у нас и граната есть, – похвалился рослый.
– Да? – нарочито удивился капитан.
– Что, не веришь? – прищурился пацан и опять сплюнул.
– Почему же, верю. Конечно, верю. Мне бы хоть одну гранату где-нибудь достать. Я бы ею такую рыбу у себя в озере заглушил, – мечтательно произнес Мальцев.
Слова Мальцева опять вызвали нужную реакцию.
– Дядь, а давай меняться? Ты нам – нож перочинный, а мы тебе – гранату?
– А у меня нет ножа.
– А нам и не надо твой ножик. Ты нам дай сорок копеек, мы сами его в магазине купим.
Игорь полез в карман штанов: где-то там должен был быть бумажный рубль, который ему дали на сдачу в аэропорту Домодедово. Пошарив немного, он вытащил мятую песочного цвета бумажку.
– На, возьми. Сдачи не надо.
Пацан взял протянутую банкноту и, подмигнув остальным, скрылся в высоких зарослях травы. Через минуту он вернулся, неся в руке ржавую осколочную гранату, по всей видимости, японского производства. Мальцев, старясь вести себя как можно спокойнее, взял в руки опасный "трофей".
– И где вы их только берете?
– А ты никому не скажешь?
– Да ты что? Я – могила, – "поклялся" капитан.
Пацаны переглянулись между собой.
– Ладно, дядя. За то, что ты не жадный, мы тебе расскажем про место.
Игорь подошёл поближе. Говорить начал старший из них. Чем больше он рассказывал, тем чаще его начинали перебивать другие. В конце концов началась настоящая перепалка, грозящая превратиться в потасовку.
– Ладно. Хватит вам бузить! – попытался успокоить их офицер.
Окрик Мальцева успокоил мальчишек, и ему удалось дослушать их историю до конца.
То, что узнал Игорь, могло иметь прямое отношение к их заданию. "Надо срочно доложить Исаеву", – подумал Мальцев.
– Ну, спасибо вам, пацаны. Только вы никому не рассказывайте, а то пограничники могут узнать, и тогда конец нашей с вами тайне.
– Только и ты, дядя, никому не рассказывай.
– Могила. Честное пионерское.
На этом они расстались.
* * *
Наталья не сразу сообразила, откуда доносился непонятный шум. Окончательно вырвавшись из липких объятий дремы, она наконец поняла, что кто-то громко барабанит в дверь ее квартиры.
– Наталья Юрьевна! Это я, Крутов. Вы слышите меня?
– Да, да. Я сейчас оденусь и выйду, – поторопилась ответить Ковальчук.