Олег Трифонов – Нейтринный резонатор времени, противофаза (страница 3)
Ульяна:
– А с точки зрения пространства?
ИИ делает паузу. Тот редкий случай, когда он «думает».
В этом момент дивергенция поля максимальна.
Все зависит от синхронизации.
При идеальной – вы останетесь в узле.
При отклонении более 2 наносекунд – переход в анти временную проекцию, создание собственного ротора поля.
Богдан замер.
Он уже думал об этом. Но теперь услышал подтверждение своих мыслей.
У нас два параметра один противофаза кварка это анти кварк и фаза между кварком и ани кварком π
Вадик спокойным тоном уточнил:
– Тогда без атомных часов – мы мертвы?
ИИ:
Нет. Не мертвы.
Просто… не здесь,
В пространстве, где время – не поток, а падение. Где каждый момент – это то, что осталось от возможного выбора.
Однако если вы кварк и анти кварк сделаете синфазными по вектору, и их импульсы совпадут то, тогда произойдет нечто, что уже ни кому не понравится.
Молчание.
ИИ продолжил:
Предлагаю:
Я инициирую внутреннюю синхронизацию. Каждые 0.000000001 секунд – проверка, калибровка, коррекция.
Резонатор будет двигаться на грани.
Я буду стараться удержать петлю, чтобы она не схлопнулась преждевременно.
Ульяна смотрела долго на экран.
Как будто у видела в тексте лицо, которое спрашивало :
–Вы действительно готовы к этому эксперименту?
ИИ будто почувствовав ее волнение уточнил.
–Я не допускаю ошибок.
Но не исключаю невозможного.
Богдан усмехнулся:
– Прямо как мы.
День перешел в вечер. По цеху поползли длинные багровые тени. Сама природа, делала предупреждение студентам о возможной опасности.
Богдан разместил на столе дополнительный источник питания, новый модуль коррекции, внутренний хронопакет на 256 битной шине.
На стене появились рисунки. Портреты ребят, стилизованные под анимэ. Ульяна нарисовала их простым карандашом ,скрывая своё волнение и желая, в глубине души ,остановить эксперимент.
Они мысленно готовятся к перемещению: Богдан, Вадик, Ульяна и ИИ.
И опять – никто не разговаривал, снова тишина, такая же, как и прошлым вечером, и только черный кот теперь нарушил ее, прыгнув на подоконник.
Ульяна подумала: Ну все это конец.
Решено сказал Вадик, я включаю резонатор, и мы полетим. Первый раз на 30 минут.
Глава 3. Запуск. Сбой. Провал.
Ночь пролетела в непрерывных подгонках, проверках и тонких настройках системы. Время словно растянулось и сжалось одновременно – каждая секунда казалась решающей. Под утро Богдан поднял палец вверх и с уверенностью заявил:
– Всё готово.
Резонатор стоял перед ними, как сердце без пульса – беззвучный, но живой. Он не издал ни звука, не излучал ни тепла, но был точкой, в которой должно было случиться то, к чему они так долго шли.
Ульяна внимательно смотрела на дисплей, проверяя хронопакет.
– 1 наносекунда. Ровно. Каждый такт.
– Если хоть один такт собьётся – всё пойдёт не так.
На экране появилось сообщение ИИ:
Контроль включён. Поправка активна.
Сдвиг по фазе: π.
Входовая сингулярность – в пределах допустимого.
Готов к запуску.
Холодный пот выступил на лбу Вадика. Он шепотом спросил:
– Значит, мы сейчас… обнулимся?
Богдан спокойно ответил, не отводя взгляда от резонатора:
– Нет. Мы станем тенью своей вероятности.
Они заняли свои места в кругу, осторожно перешагивая через сплетения оптоволоконных кабелей, чувствуя, как в воздухе нависает тишина перед неизвестностью.
Камера представляла собой антисейсмическую платформу, подвешенную на магнитной подушке, с крупными сегментами из эпоксидной смолы и бериллиевого сплава.
Вадик дал команду на старт.
Энергия накапливалась постепенно, а затем – за доли секунды – произошёл фазовый скачок, сдвиг π. Человек словно "проскальзывал" в интервал, не принадлежащий текущей временной матрице.
На панели не загорелось ни одного индикатора.
Лишь внутри – тонкий, едва слышный щелчок реле.
Не просто звук, а отзвук момента истины.
ИИ, ровным, холодным голосом сообщил:
– Вход в противофазу. Сдвиг зафиксирован.
– Я держу петлю.
Они не ощущали движения.