Олег Трегубов – По уши в земле (страница 2)

– Вы хотели посмотреть, есть ли у Вас синяки или ссадины? Не волнуйтесь, мы не нашли на Вашем теле ни единой царапины.

А я вдруг почувствовал некоторую слабость и решил снова занять лежачее положение. Вернувшись обратно, я устроился на кровати и спросил:

– Кто Вы?

– Доктор, – ответил мужчина.

– А где я нахожусь? И что со мной случилось?

– Вы разве ничего не помните?

Я пожал плечами, посчитав, что такого ответа будет вполне достаточно.

– Вы находитесь в центральной больнице города Литл-Рок, штат Арканзас. Вас доставили к нам без сознания уже больше суток тому назад. Как мне сказали, на Вашу ферму упал учебный летательный аппарат с военного испытательного полигона.

Я недоумённо посмотрел на него и спросил:

– Я не понимаю, что значит на мою ферму? И что ещё за учебный летательный аппарат?

– На Вашу ферму, – пожав плечами, повторил доктор. – Вас зовут Боб Сандерс, и у Вас есть ферма в окрестностях Литл-Рока.

Но тут он смутился и сам себя поправил:

– Вернее, была. Теперь уже нет, поскольку тот аппарат военных при падении уничтожил её. Странно только, почему Вы потеряли сознание, да ещё так надолго. Я слышал, что в тот момент Вы находились в амбаре, который не пострадал.

Всё, что говорил этот землянин, казалось таким нелепым. Хотелось, конечно, подробнее расспросить его обо всём. Но он пока ещё не ответил на второй вопрос, поэтому я повторил его:

– Можете объяснить, что ещё за учебный летательный аппарат такой?

– Ну, этого я не знаю, какой-то секретный, военный, – развёл руками доктор.

А вот дальше он повёл себя довольно странным образом. Сначала быстро взглянул на дверь, затем снова посмотрел на меня и заговорщически прошептал:

– Только поговаривают, что никакой это был не учебный летательный аппарат с военного испытательного полигона, а самая настоящая летающая тарелка внеземного происхождения. И что вроде как оттуда вытащили несколько мёртвых тел инопланетян. Неужели это правда? Скажите, Вы видели пришельцев?

Я ничего не ответил доктору, поскольку его слова заставили меня задуматься.

– А что, если Вы как раз из-за этого и потеряли сознание? – предположил он. – Лично я вполне допускаю, что Ваш организм мог отреагировать на незнакомое явление в виде пришельцев именно таким образом. Надо же, как этот случай похож на тот, что произошёл в 1947 году под Розуэллом. Я уверен, что сорок лет назад тоже была летающая тарелка, хоть всем и сказали, что упал метеозонд.

Слушая предположения доктора, я постепенно формировал свою картину произошедшего. Скорее всего, наш корабль упал на ферму, и в момент удара моё сознание каким-то образом перенеслось в тело фермера Боба Сандерса, который стал свидетелем этого падения. Но тут доктор ещё раз посмотрел на дверь, затем приблизился ко мне и быстро произнёс ещё более тихим шёпотом:

– Лучше соглашайтесь с версией об упавшем учебном летательном аппарате, иначе проблем не оберётесь. В коридоре ждёт агент Федерального бюро расследований, а так как Вы пришли в себя, я должен сообщить ему об этом.

Сказав это, доктор выпрямился, кивнул мне и направился к двери. Но перед тем как выйти в коридор, он обернулся и добавил:

– Не забудьте: ни слова о летающей тарелке.

Не прошло и двух минут после его ухода, как в палату вошёл мужчина в строгом костюме с серьёзным лицом и таким холодным взглядом, что им запросто можно было замораживать воду. Закрыв дверь, он некоторое время внимательно смотрел на меня, а затем произнёс:

– Специальный агент ФБР Джон Тёрнер.

И глядя на этого человека, мне в голову пришла мысль, что ничего хорошего от него ждать не стоит.

Но всё-таки я опять рассказываю не с самого начала. Для полноты картины необходимо поведать о событиях, предшествующих моему попаданию в тело землянина, да и вообще на Землю. А произошли те события на моей родной планете, поэтому именно оттуда я и начну своё повествование.

Глава 2

Я абсолютно точно уверен, что Тарнериус – самая прекрасная планета во всём бескрайнем космическом пространстве, во всяком случае, среди известных нам планет. И если вдруг отыщется однажды во вселенной та, что сможет сравниться с ней по красоте, я всё равно останусь при своём мнении, поскольку нет ничего краше, чем родной дом, коим приходится мне милый моему сердцу Тарнериус.

С самого раннего детства мне казалось, что я живу в центре вселенной, а весь остальной мир крутится вокруг нас. Но когда через какое-то время я узнал, что это не так и на самом деле наша планета вертится вокруг яркой звезды, а не наоборот, во мне как будто открылись тайные двери, распахнув свои объятия навстречу новым знаниям о космосе. И с тех пор он стал моей второй любовью после Тарнериуса. Я бы даже сказал, не просто любовью, а самой настоящей страстью, а может и наркотиком. Мой организм ежедневно требовал новую дозу информации об окружающем нашу планету мире и не успокаивался, пока не получал её. И с каждым днём ему требовалось всё больше и больше знаний, а я не противился его прихотям, поскольку мне и самому было интересно это.

Вероятно, тяга к изучению вселенной и желание покинуть поверхность планеты для того, чтобы отправиться в дальнее плавание по волнам бескрайнего космического океана, передались мне от моего отца. Всю свою жизнь я безмерно гордился им, ведь он летал на самом настоящем космическом корабле. По крайней мере, так я думал в детстве. Позже я узнал, что это был не космический корабль в полном смысле этого слова, а всего лишь челнок, совершающий регулярные рейсы на один из спутников Тарнериуса, на котором у нас шло строительство оборонительной базы. Причём летал отец не как пилот, а в качестве инженера-техника. Но это не изменило моего отношения к нему, и я продолжал гордиться им, как и прежде.

Несмотря на то, что мы постоянно развивали и усовершенствовали технологии и оружие, а также строили оборонительные базы на спутниках, которых у Тарнериуса было четыре, нападать на нас, по сути, было некому. К тому времени наши учёные уже смогли охватить своим вниманием довольно приличные расстояния в космосе, используя мощнейшие телескопы и другие приспособления, а также отправляя корабли в дальние экспедиции, но пока не обнаружили каких-либо признаков враждебности. Но несколько планет, на которых развивалась жизнь, мы всё-таки смогли найти, причём на две из них даже приземлялись, но разумных существ не встретили, только растения. Другие изучали пока только визуально с кораблей, поскольку если жизнь там всё-таки существовала, нельзя было допустить, чтобы обитатели тех планет приняли наши исследовательские экспедиции за агрессию. Стоит ли говорить, как я мечтал в детстве, да и в зрелом возрасте, стать участником одной из таких экспедиций? И отец поддерживал мои устремления.

– Молодец, сынок! – говорил он, хлопая меня по плечу. – Вот пойдёшь по моим стопам, начнёшь летать на космических кораблях, и однажды тебя обязательно отберут в состав одной из экспедиций. Я верю в тебя и точно знаю, что рано или поздно твоя мечта осуществится. И я жду не дождусь, когда мы с матерью сможем разделить с тобой радость от достигнутой цели.

К сожалению, отец – мой герой и пример для подражания – так и не смог дождаться этого дня. Во время одного из обычных полётов челнока к спутнику Тарнериуса случилось страшное. Теперь уже никак не выяснить, что послужило причиной этого, но на челноке произошёл взрыв и он был полностью уничтожен вместе с командой и пассажирами. Всего в том полёте погибло более двухсот тарнов, а именно так назывались обитатели Тарнериуса. Погиб тогда и мой отец, что стало для нас с мамой невосполнимой утратой.

Естественно, теперь я просто не мог не пойти по стопам отца, тем более сам этого хотел. Вернее, изначально я хотел стать пилотом, но после случившейся трагедии мои желания несколько изменились, и я начал обучаться на инженера-техника. Учиться мне нравилось, и с первого дня я с головой погрузился в образовательный процесс, досконально изучая все материалы, которые нам давали. И не только их. В свободное от занятий время я выискивал и буквально проглатывал дополнительные материалы, впитывая в себя собранную в них информацию, словно губка. Я хотел стать лучшим учеником на курсе, но не для галочки, а чтобы в случае какой-либо поломки, которая могла произойти в космосе, суметь взять себя в руки и справиться с любыми трудностями.

В итоге так и вышло, и обучение я закончил с отличием. Теперь и меня, как прежде моего отца, стали называть инженером-техником. Я уверен, что если бы он был жив, то обязательно гордился бы мною. Правда, главная моя мечта отправиться в дальнюю космическую экспедицию пока продолжала оставаться только лишь мечтой, поскольку после выпуска я получил назначение на челнок, который совершал полёты на тот же самый спутник Тарнериуса, на который летал и мой отец. Нет, поначалу-то, конечно, меня это порадовало, ведь я шёл по тому же пути, что и он. Хотя я всё-таки надеялся шагнуть дальше и со временем пересесть на большой космический корабль. Только шли годы, я всё так же летал на челноке, и надежда на исполнение моей мечты постепенно угасала.

Но как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло. Во время одного из полётов перед самой посадкой на космодром оборонительной базы произошло чрезвычайное происшествие: у нашего челнока отказало всё оборудование. Для всех это стало полной неожиданностью, и членов экипажа охватила паника. Мы стремительно приближались к поверхности спутника, не имея ни малейшей возможности сбросить скорость, и обязательно бы врезались и все погибли от взрыва. Примерно так погиб и мой отец, только его челнок взорвался прямо в космосе. Но не зря я учился на инженера-техника, и к тому же закончил обучение с отличием. Несмотря на то, что это была первая нештатная ситуация в моей жизни, да притом ещё какая, морально и физически я был готов к ней. Моментально взяв себя в руки, я приступил к решительным действиям, быстро обнаружил причину неисправности, устранил её и тем самым спас жизни очень многим тарнам. Можно сказать, что это был мой звёздный час.