Олег Ткачев – Муся и волшебство флейты (страница 8)

Вот уже и рассмотреть можно. Вроде куницы, только непомерно большая. Длиннее медведя, если с хвостом. К счастью для охотницы, злая сила поверженного медведя привлекала куницу куда больше хрупкой девушки.

Муся отошла за дерево и принялась атаковать хотя бы лапы. С волком получилось, с медведем только что вышло, а тут – никакого видимого результата. Куница спустилась с дерева на снег. «Если съест медведя, она станет опаснее его. При ее проворстве мы и на санях не сбежим. Придется рискнуть», – подумала Муся.

Она принялась играть ту мелодию, которая вызывает бурю, но все свои силы и фантазии сосредоточила на противнике. Вокруг поднялся ветер, а в небе сгустились тучи. Куница впервые надолго остановилась, признав в девушке угрозу.

Она тоже не сводила глаз с врага и играла все эмоциональнее. Завыла вьюга. Сломанные порывами ветра, вниз начали падать ветки. Раздался раскат грома, а куница бежать не собиралась. Только ухом повела и подошла к медведю. Тут очередной порыв сломал сразу несколько сосен. Одна из них упала на куницу. Другая чуть не пришибла Мусю.

За медведем не видно, выжил ли враг. Продолжая играть, девушка обошла сбоку и увидела, что куница еще жива. Ее просто вдавило в мягкий снег, а она энергично пыталась выбраться. Пока этого не произошло, Муся подбежала сзади и начала наносить удары новым ножом.

Тело у куницы длинное. Обвившись вокруг ствола, она норовила укусить девушку. Та оказалась шустрее. После десятков ударов животное рассталось с жизнью, а буря продолжала бушевать.

Немного отдышавшись, Муся заиграла колыбельную, надеясь успокоить ветер. Как ни странно, это помогло, только снег продолжил падать большими хлопьями. «Ой, а ведь следы замело. Нужно подать сигнал ребятам», – подумала девушка и вдруг вспомнила, что ее бой с медведем они вообще не слышали.

Тут ей пришла любопытная мысль. Муся еще раз убедилась, что куница мертва, достала свой топор и принялась рубить сосну, которая ее придавила. Стук топора в лесу далеко слышно. По нему ее и нашли.

Увидев место боя, Катя бросилась к подруге: «Ты в порядке? Тебя не задело?» Та кивнула и в подтверждение своих слов прошлась и показала на присыпанную снегом куницу.

– Я же пошутила, а она в самом деле еще кого-то выманила! – воскликнула Катя.

– Неужели правда? – подошла Глаша и палкой отгребла немного снега.

– Вы как хотите, а больше тут оставаться нельзя. Потащим все вместе, – с тревогой в голосе предложил Сергей.

Никто не возражал. Когда оттащили обрубленное бревно, Муся поняла, насколько ей повезло. Сучек упавшей сосны все же пробил спину куницы. Иначе она мигом выбралась бы. Медведя тащили втроем. Куницу – одна Муся.

Снег все шел, засыпая следы. С полдороги Сергей начал аукать, чтобы не заблудиться. Возница ответил. А когда увидел добычу, он поклонился и сказал:

– Спасибо, что сражаетесь за нашу безопасность. Прошу простить, но нам всем придется идти пешком, иначе лошади не вытянут.

– Хорошо, давайте грузить поскорее, пока еще дорогу видно, – устало кивнул Сергей.

Муся еще не раз играла бодрящую мелодию и для лошадей, и для спутников. Тем временем вьюга разыгралась не на шутку. «Моя буря тогда, у Серафима, быстро заканчивалась. Похоже, просто совпадение», – подумала Муся и решила не рассказывать, что именно она вызвала бурелом.

Постепенно становилось все темнее. Для нее оставалось загадкой, как возница, идущий перед лошадьми, находит дорогу. Наконец вышли из леса и она заметила свет далеких факелов на городской стене.

Здесь, на просторе, порывы ветра так и норовили сбить с ног. Чувствуя близость дома, и лошади, и люди упорно шагали вперед. Ворота уже давно заперли на ночь, а шум ветра не давал услышать, что кричат пришедшие. Муся достала флейту и заиграла бодрящую мелодию. Ворота открылись.

Все стражники, включая командира, с любопытством разглядывали добычу. Особенно их заинтересовала огромная куница.

– Нельзя такое без присмотра оставлять. Оттащите сани в сторону и распрягите лошадей. Мы присмотрим, чтобы никто не трогал, – сказал командир.

– Благодарю, – поклонился Сергей, а за ним и прочие. – Только лось обычный, мы его для еды привезли.

– Куница, чтобы вымахать до таких размеров, должна быть уровня тридцатого. Как вам вообще удалось с ней справиться?

– Это не мы. Это вот Муся в одиночку. Хотя зверюга раненая была, а все равно не побоялась.

Сергей сказал, что утром обо всем сам позаботится, а девушки могут отдыхать. Все равно ведь мастер сначала господину добычу отвезет, а на охоту по такой погоде не пойдешь. Они договорились встретиться в гильдии около полудня.

Хозяйка гостиницы тоже человек, тоже спать хочет. Девушкам пришлось долго стучать, а потом еще дольше отвечать на вопросы, пока хозяйка на скорую руку им кашу варила. Катя призналась, что самого боя с куницей не видела, зато названный командиром уровень не забыла, а размеры немного преувеличила.

Утром вьюга продолжала завывать. Народу в харчевне набилось не столько поесть, сколько поболтать. Муся встала позже обычного, но все равно раньше подруг. В харчевне ее встретили множеством теплых улыбок и поздравлений.

Приятно. Она поклонилась на все стороны и приняла приглашение сесть за занятый стол. Трудно расспрашивать немую, но уж очень любопытно. Муся одной рукой изобразила крадущуюся куницу. Другой – упавшее на нее дерево. Затем показала на себя и показала несколько ударов.

Собравшиеся уже не раз слышали рассказ хозяйки. Общий смысл поняли. Завтракать не мешали. После еды девушка ушла на мороз. Она еще вчера, когда рядом упала сосна, подумала, что удара тонкой веточки вполне хватит, чтобы сломать ее тростниковую флейту. И что тогда?

Она пробралась по сугробам в ремесленный район, нашла вывеску столяра и вошла внутрь. «Добро пожаловать. Чем могу служить?» – сонно спросил мастер. Гостья достала флейту, показала, будто ломает ее о ногу, потом показала на доску и сжала кулак. Потом сообразила и достала жетон гильдии.

Столяр покачал головой: «Я музыкальные инструменты делать не умею, а плохо работать не приучен. Да и деревянная флейта выйдет немногим прочнее твоей. Наступишь – и нету. Ты бы кузнеца спросила».

Муся достала дощечку и нарисовала, как в школе учили, дубовый листок, а рядом – брусок и показала на себя. «Неужели сама хочешь сделать?» – недоверчиво спросил мастер, а его ученик тихо засмеялся.

Девушка кивнула, потом показала на столяра и на инструмент. «Что же, деревяшки для хорошего человека не жалко, а сверла у меня короткие. Все равно к кузнецу идти. Пожалуй, я с тобой схожу, а потом брусок подходящий выберем».

Пусть новости о кунице сюда не дошли, а о немой с флейтой, победившей разбойников, в городе и ленивый слышал. Кузнец тоже встретил девушку доброжелательно. Выслушав столяра, он посмотрел на флейту, а в руки взять отказался: «Ты что, такие нежные вещи не для моих лап».

Девушка знаками спросила, сможет ли он отлить флейту из металла. Кузнец почесал затылок и сказал: «Слишком тонкая работа. Трубку сделать, пожалуй, смогу, но снаружи останется много лишнего, а ковать нельзя». Остановились на сверлах. Их он обещал сделать за два дня из заготовок для кинжалов.

Уже собирались уходить, когда ученик кузница громко воскликнул: «Ай!». Учитель глянул в его угол и грозно спросил: «Сколько раз тебе повторять, что окалина острая? Обязательно порежешься, если рукой ломать». Муся достала флейту и сыграла исцеляющую мелодию.

Палец мальчишки сразу зажил. Столяр поболтал левой ногой и с восхищением сказал: «Надо же, даже моя старая рана перестала ныть. Не знал, что ты и так умеешь». Кузнец неуверенно глянул на девушку: «Сколько ты берешь за лечение?»

Она энергично замотала и головой, и руками. Он грустно посмотрел на нее и сказал: «Я не об этом недотепе. Я о серьезном лечении». Муся услышала грустную историю о мальчишке, который летом пошел в лес за ягодами, а там его укусила пораженная злом мышка.

Маленькая рана, а до сих пор не заживает. Нога распухла. Мази с примочками едва сдерживают зло, чтобы не стало хуже. Жрец за лечение берет непомерные для бедняка десять серебряных. Лекарь из «Ласкового Солнца» согласилась на пять, а двое из «Черного ворона» посмотрели и вообще отказались.

Обычный укус они и за медяк вылечить готовы, а тут зло. Никто не хочет задешево жизнью рисковать. Муся вспомнила, что когда-то Федор рассказывал о подобном: «Если укусит за ногу или руку, руби на ладонь выше, не мешкай. Иначе спасения нет».

Девушка развела руками, потом показала, что сыграет и еще раз развела руками. «Хочешь сказать, что не знаешь, что из этого выйдет?» – первым догадался столяр. Муся кивнула. «А сколько возьмешь, если выйдет?» – настаивал кузнец.

Она хотела сказать, что ничего, но вспомнила, как неловко чувствовала себя мама, когда старая соседка приглашала их на пирог, которого «слишком много приготовила». Порывшись в кошельке, она достала и показала три медных монеты. «Ты уверена?» – переспросил кузнец, переглянувшись с приятелем. Она решительно кивнула.

Протиснувшись через два узких занесенных снегом переулка, они вышли к бедной мастерской сапожника. Кузнец смело вошел, поздоровался и рассказал, что к чему. Бледный худой хозяин кивнул и сразу извинился, что и рад бы пригласить гостей наверх, но уж очень там тесно.