Олег Таругин – Код власти (страница 22)

И еще здесь было очень тихо, просто нереально тихо. Будто бы все звуки – шелест волнуемой неугомонным ветром листвы, пение птиц, стрекот прячущихся в траве насекомых – остались там, за иллюзорной границей. Вообще все звуки…

Черногорцев откашлялся. Сообщить Заку, что он на месте? Нет, сперва он должен найти. Первым найти – в том-то и смысл. Первым! Вот только что, собственно, найти, если тут ничего нет? Просто ровная каменистая поверхность, даже вроде как излишне ровная. Правда, по центру что-то виднеется, то ли углубление, то ли просто вкрапление более темного камня. Сбросив на краю поляны рюкзак, археолог осторожно ступил на гладкую поверхность. Действительно, камень, самый обычный базальт, только отполированный или оплавленный до почти что зеркального состояния. Кстати, насчет этой самой «оплавленности»… Ларри опустился на корточки, поднес к поверхности камня индивидуальный радиометр и взглянул на высветившиеся цифры. Да нет, все нормально, обычный для этой планеты фон. Базальт, как и гранит, всегда фонит чуть выше, так что все в порядке, можно идти дальше. Выпрямившись, парень медленно двинулся по периметру поляны, ощупывая взглядом каждый сантиметр камня. Обычно нетерпеливый, в момент изучения найденного артефакта он всегда становился предельно дотошным и внимательным. Впрочем, исследовать оказалось практически нечего: поверхность была идеально ровной, без каких-либо трещин или дефектов. Да что там «дефектов»: на камне не было даже нанесенного ветрами и дождевыми потоками вездесущего лесного мусора, словно ни природа, ни время не властвовали над этим странным местом! Пожав плечами, археолог вернулся в исходную точку, подхватил рюкзак и решительно зашагал к центру загадочной «поляны».

И еще за несколько метров до цели понял, что не ошибся. Точно по центру – в этом он отчего-то был абсолютно уверен – располагался диск темного, практически черного цвета. Диаметром около метра, он был изготовлен из какого-то незнакомого материала, совершенно не отблескивающего в ярком солнечном свете. Пораженный, Ларри замер на месте – подобного он еще никогда не видел. Странный материал был не просто матовым – казалось, он поглощает свет, засасывая его в какие-то неведомые глубины, словно это был вовсе и не металл или камень, а ведущий в никуда провал, эдакая черная дыра в миниатюре. Опустившись на колени, Черногорцев осторожно пододвинулся ближе, взглянув на непонятную штуковину под другим углом. Нет, все-таки не дыра – вон, и какое-то углубление виднеется, да не одно, а целых три, расположенных треугольником в центре круга. Усмехнувшись тому, что строители странной «посадочной площадки», как он окрестил про себя «поляну», похоже, испытывали явную тягу ко всему геометрически выверенному, Ларри вытащил мультисканер. Несколько секунд ничего не происходило, затем умный прибор высветил надпись «ошибка ввода данных, анализ невозможен». Хмыкнув, он повторил операцию, предварительно убедившись в исправности сканера, однако анализатор, по-прежнему не вдаваясь ни в какие подробности, сообщал об ошибке. Интересно получается, прибор даже не может предположить, из чего сделана эта штуковина?! Ничего себе…

Ларри подтащил поближе рюкзак, уселся на него и задумался. Если бы найденный артефакт был создан человеческими руками, он бы решил, что это какой-то люк, который по определению должен куда-то вести, в идеале – куда-то вниз. Однако сейчас Черногорцев уже нисколько не сомневался, что как раз люди и не имеют к таинственному диску ни малейшего отношения, а значит, глупо применять к нему чисто человеческие стереотипы. Правда, что собой представляет эта не то впаянная, не то вмурованная в камень «штуковина», он не мог даже предположить, при всей своей богатой фантазии не мог. Хотя расположенные по вершинам равнобедренного треугольника углубления и наводили его на определенные мысли. Например, на мысли о ключе, в качестве которого вполне подошли бы его, Ларрины, пальцы. Конечно, Зак бы этого не одобрил, посчитал ненужным риском и начал жутко ругаться, причем уже не в голове, а наяву, а ругаться с Заком себе дороже, но… Во-первых, он пока ничего не знает, поскольку комм выключен, а во-вторых, как когда-то цитировал прадед: «Кто не рискует, тот не пьет шампанского». Шампанское Ларри не любил, а насчет остального? Он и не заметил, как сполз с рюкзака, протянул руку и коснулся пальцами углублений в люке. Не то чтобы ему кто-то приказал это сделать – просто вдруг захотелось – и все. Коснулся – и испуганно отдернул руку. Поверхность «люка» подернулась мелкой рябью и исчезла, словно всосавшись в окружающий камень. Перед ним открылся темный провал вертикальной шахты, и парень ощутил привычный холодок внизу живота, который он всегда ощущал перед тем, как прикоснуться к очередной Древней Тайне…

Ларри, инстинктивно отступив на шаг и едва не споткнувшись о собственный рюкзак, торопливо включил коммуникатор. Все, хватит геройствовать! Теперь он будет не один: Зак, сидя в своем кресле, станет постоянно за ним наблюдать. А вдвоем уже не так страшно. И неважно, что между ними пять дней пути через девственные джунгли: друг будет рядом, а это многого стоит!

– Ты это видишь? – Голос археолога предательски дрогнул. Вот ведь странно – и в гробницах бывал, и по каким только подземельям не хаживал, никогда не боялся. А тут вдруг страшно стало, по-настоящему страшно. Это тебе не древние скелеты или мумии, это… да ведь это первый в истории артефакт Чужих, вот что это! Мысль, как ни странно, взбодрила, отогнала страх. А еще больше помог спокойный, даже чуть равнодушный, голос друга (Зак каким-то неведомым образом всегда чувствовал состояние напарника, мгновенно подстраиваясь под него и меняя стиль общения):

– Ну ничего ж себе! Думаешь о том же, о чем я? Мы нашли ЭТО?

– Нашли… – согласился археолог. – Смотри. – Он медленно повел рукой вокруг себя, показывая товарищу выстилающий «поляну» гладкий камень и отделенные невидимой «стеной» джунгли. Затем Ларри направил встроенную в комм камеру на распахнутый люк.

– Он что, так и стоял открытым? – судя по голосу, Зак уже понял, что кое-что упустил.

– Ну, – парень замялся, – вообще-то нет. Я его… ну… открыл, короче.

– И каким же это образом? – В голосе калеки промелькнули интонации папаши, когда тот собирался за что-то отругать нерадивого сына.

– Понимаешь, тут люк был, типа, диск такой… – Ларри кратко пересказал Заку эпопею с открыванием люка.

– Молодец, – не то с одобрением, не то язвительно ответил тот. – А меня вызвать, а спросить сначала? Мало ли, что могло случиться? Фон-то хоть замерил? Эх, несерьезный ты человек! Ладно, что дальше-то делаем? Пойдем вниз?

– Ага! – с готовностью согласился парень, радуясь, что Зак таки удержался от чтения своих нудных нотаций. – Сейчас гляну, что там внутри…

«Внутри» оказался неглубокий антигравитационный колодец наподобие тех, что иногда используют на крупных космических кораблях – в этом парень убедился, бросив в шахту камушек, за которым пришлось сходить за границу «поляны». Пять метров плавного скольжения вниз при почти что нулевом тяготении и каменный пол из такого же сглаженного базальта. Тяготение на уровне пола уже было нормальным. Археолог покрутил головой, осматриваясь, благо падающего сверху света вполне хватало. Вот только осматривать тут было нечего: просто колодец двухметрового диаметра с абсолютно гладкими стенами и полом.

– И как тебе это? – обратился он к другу, лишь сейчас заметив, что ни изображения, ни звука нет: комм напарника молчал. Впрочем, припомнив, как спасовал при анализе диска мультисканер, Ларри успокоился, решив, что и со связью здесь вполне могут быть проблемы. Что ж, тоже бывает, не впервой. Главное, предупредить товарища, чтобы не волновался. Оттолкнувшись от пола, Черногорцев «воспарил» вверх, почти грациозно выбравшись наружу и даже ухитрившись не врезаться в край люка – диаметр шахты был в два раза больше диаметра отверстия. Активировав комм, он послал тестовый запрос. Подождал и, не получив ответа, повторил. Коммуникатор молчал, тем не менее не высвечивая никаких предупреждений о нарушении канала связи или отключении абонента от сети. Ну и что это может означать? Сломаться комм не мог – более надежного устройства просто не существовало в природе. Кто-то блокирует передачу? Вряд ли, подобное под силу только военным или спецслужбам, «техноблокада» называется. Зак сам отключился, прервав сеанс? Зак – и отключился?! Да еще именно сейчас, когда они только начали обследовать самую таинственную и, возможно, важную находку за всю историю человечества?! Вот уж глупость, такого никогда прежде не бывало. Ларри почувствовал, как по спине побежал неприятный холодок. Что могло случиться с Заком, что? Плохо стало? Чушь, если бы напарнику стало плохо, если бы он даже упал со своего инвалидного кресла, потеряв сознание, изображение бы не исчезло. Да и встроенный в кресло медицинский диагност уже послал бы Ларри тревожный сигнал, ведь у них с Заком был железный договор: что б ни случилось, начатый сеанс связи не прерывать. Идешь в сортир – иди себе, но комм не отключай. Значит, что-то случилось, что-то очень серьезное…