Олег Таругин – Дорога домой (страница 4)
«Приоритет ноль – спасение жизни экипажа».
Основополагающая команда для любого корабельного искина на протяжении вот уже трех столетий дальних космических полетов. Что бы ни случилось, главное – сохранить не груз или корабль, а его экипаж.
Любой ценой.
И в любых обстоятельствах.
Потому, когда двигатель уже готов был взорваться, разом высвободив всю накопленную гравитационным контуром энергию, бортовой компьютер принял решение об экстренном возвращении в нормальную метрику пространства. Ни о какой привязке к ближайшему (да хоть к какому!) навигационному маяку и речи не шло – лишь бы вообще «всплыть»; лишь бы вырваться из непостижимых глубин неэвклидового пространства. Похоже, удалось. Наружные сенсоры подтвердили прохождение внешней границы финишной воронки и начальную стабилизацию пространственно-временного континуума. Эр-дэ-четыре-сотни-пять вырвался в привычный мир, но вот что это означает и что это за мир, пока не мог понять даже многомудрый бортовой компьютер.
По крайней мере, звездная карта оказалась ему категорически не знакома.
Если бы искин рудовоза был человеком, в этот момент он бы недоуменно пожал плечами, осознавая тщетность даже приблизительного определения местоположения корабля. Но человеком он, по понятным причинам, не являлся. Как и не имел времени на хоть какие-либо пространные рассуждения: спонтанно сформированный финишный конус исторг судно непосредственно в околопланетное пространство – на вытянутую орбиту, упирающуюся прямо в поверхность планеты. Причем планеты, явно пригодной для жизни.
Интеллект, пусть и искусственный, но все же снабженный, волей разработчиков и программистов, саморазвивающимися блоками парадоксального анализа и эмоционального самообучения, мгновенно оценил ситуацию. Исходя, разумеется, из того же основополагающего постулата: «приоритет ноль – спасение жизни экипажа».
Экспресс-анализ не радовал. Не радовал ни сам снабженный блоком самосохранения бортовой компьютер, ни все еще погруженный в криостаз и ни о чем не подозревающий экипаж. Они всплыли слишком близко, изменить траекторию в достаточной степени уже не позволили бы весьма скромные возможности планетарных электрореактивных двигателей. Сам по себе тягач рудовоза, возможно, еще мог попытаться побороться с гравитационными силками планеты, но с полуторатысячетонным грузом на прицепе – уже нет. И времени на принятие решения оставалось не больше пяти стандартных минут.
А под обреченным кораблем неспешно поворачивалась затянутая муаром облаков, неведомая и не занесенная ни в какие регистры и реестры планета. Синь океанов, серо-желто-зеленая суша, кипенно-белые шапки льдов на полюсах. Синий и зеленый в палитре преобладали. Планета подходила для обитания человеческой расы, что подтверждалось данными спектрального анализа атмосферы – азот, кислород, гелий, водяные пары в почти что идеальной пропорции для существования многоклеточной белковой формы жизни.
«Приоритет ноль – спасение жизни экипажа».
«Варианты исполнения команды»:
«Вариант один. Немедленная отстыковка грузового модуля и выход из гравитационного поля планеты. Шансы спасения жизни экипажа – сорок пять процентов по нисходящей; расход рабочего тела реактора: девяносто процентов. Нереально».
«Вариант два. Выход из гравитационного поля планеты без расстыковки ГМ. Шансы спасения жизни экипажа – двенадцать процентов по нисходящей. Расход рабочего тела реактора: минус десять процентов. Нереально».
«Вариант три. Немедленная отстыковка грузового модуля и посадка на поверхность планеты с использованием ЭРД. Шансы спасения жизни экипажа – восемьдесят восемь процентов по восходящей. Расход рабочего тела реактора: сорок девять процентов. Допустимо».
«Результат экспресс-анализа: выполнение «приоритета ноль» невозможно без посадки на планету. Вероятность сохранения жизни экипажа более девяноста процентов».
«Примечание 1: обнаружено крупное поселение аборигенов, примерный анализ населенности: пять-восемь тысяч жителей. При немедленной расстыковке грузовой модуль выйдет из плотных слоев атмосферы над поселением. Перегрев парауриевой руды вызовет спонтанную термическую цепную реакцию второго типа. Прогноз: гибель населения – сто процентов».
«Примечание 2: пункт 3.4 Свода Законов ВФМ: непричинение вреда любой форме разумной жизни. Запрос 00.01: подтверждение разумности жизни? Ответ 00:02: обнаружены характерные следы разумной жизни. Пункт 3.4 СЗ ВФМ подтвержден».
«Возможность избежать: присутствует. Координация процесса расстыковки с вращением планеты и вектором снижения. Сброс грузового модуля над малообитаемым районом. Расчетные жертвы – нет данных. Высота – от семи до десяти стандартных километров. Повреждение – восполнимое уничтожение лесного массива на площади более двух тысяч стандартных квадратных километров. Расчетная мощность взрыва – не менее сорока мегатонн в стандартном эквиваленте. Характеристики: высотный (атмосферный) ядерный взрыв в районе с географическими координатами (привязка к магнитным полюсам произведена) – 60 градусов 53 минуты локальной северной широты и 101 градус 53 минуты локальной восточной долготы. Решение? Анализ завершен. Принять вариант три с поправкой согласно примечаниям 1 и 2. Расстыковка через…»
«Примечание 3. Отсрочить исполнение предыдущей команды? Анализ… Отмена. Продолжить выполнение с учетом данного примечания. Развернуть примечание: масса носителя типа РД критично превышает допустимую при посадке на твердую почву; вероятность разрушения жесткого корпуса корабля выше нормы на тридцать процентов. Анализ… произведен. Обнаружен естественный водоем с координатами 53°14—108°05, способный поглотить более семидесяти процентов нагрузки на корпус. Приоритет ноль – спасение жизни экипажа. Опасность? Несущественна в данных условиях. Да? Нет? Принять к исполнению? Анализ. Принять к исполнению. Расчет схождения с орбиты предоставить отдельно. Исполнение через…»
«Примечание 4: согласно пункту 5.2 СЗ ВФМ в аварийной ситуации категории «А» надлежит произвести сброс орбитального спутника дальней связи, наблюдения и геопривязки. Статус: выполнение. Сброс ОС с автоматическим выведением на высокую орбиту будет произведен по левому борту через…»
[…] Примерно в семь часов утра вторника 30 июня 1908 года все и произошло. Над междуречьем Лены и Подкаменной Тунгуски примерно с юго-востока на северо-запад пронесся огненный болид, полет которого завершился грандиозным, еще не виданным в этом времени взрывом. Ударная волна, обогнувшая земной шар, регистрировалась многими обсерваториями мира. Мощность взрыва оценивалась в 30–50 мегатонн, что сопоставимо с взрывом наиболее мощных из существующих ныне термоядерных зарядов.
Под руководством Л.А.Кулика, начиная с двадцать седьмого и заканчивая тридцать девятым годом, было проведено несколько экспедиций к месту катастрофы, но метеорит так и не был найден. […]
Особенно если учесть, что его и вовсе не существовало.
А те самые полторы тысячи тонн парауриевой руды?
Сама по себе соль урия-335 и железа при небольшом проценте никеля и марганца ничем и никому не угрожала, хотя из нее и получали би-обогащенный урий-345 для рабочего тела некоторых типов планетарных электрореактивных двигателей. Но при критическом разогреве, вызванном прохождением сквозь плотные слои атмосферы, инертный «триста тридцать пятый» спонтанно перешел в совершенно иное валентное состояние. Остальное ясно.
Но куда больше удивились бы исследователи тунгусского феномена, узнай они, чем
Впрочем, для нашей истории все это не имеет никакого значения.
Хотя – как знать…
Зрелище, представшее взорам случайных наблюдателей ранним утром тридцатого июня одна тысяча девятьсот восьмого года, было поистине феерическим. Вот только наблюдать его оказалось особо и некому, разве что нескольким эвенкам-кочевникам, по несчастливой для них случайности оказавшимся поблизости. «Несчастливой», поскольку те из них, кто несколькими минутами ранее глядел в тревожное, расцвеченное непонятными сполохами и наполненное гулом небо, надолго потеряли способность что-либо видеть. Ибо вспыхнувшее над тайгой сияние оказалось гораздо более ярким, нежели солнечный свет. А после пришла ударная волна, в считаные секунды вывалившая и зажегшая лес в радиусе добрых сорока километров и превратившая две тысячи квадратов тайги в мертвую, выгоревшую пустошь. Взбудораженная непонятным явлением земная атмосфера светилась до начала июля, позволяя испуганным обывателям на площади в двенадцать миллионов квадратных километров читать по ночам газеты, исполненные пространными рассуждениями о «чудовищной космической катастрофе, постигшей несчастную Землю».