Олег Сынков – Аллер (страница 74)

Но никому он не был известен, все отрицательно помотали головой.

Вот этого человека спроектировал их мозг и выдал, после чего компьютер обработал данные и выдал это видео. Они признали в нём Драфера и сказали, что это он на сто процентов.

Но я-то вот он, Драфер Свигит — это я. А это самозванец, да ещё и убийца к тому же.

Я попросил Павуса остановить его лицо в профиль, а потом и в анфас. Как бы запоминая его, внимательно посмотрел и запомнил.

Ну что, надо рассылать во все уголки мира о его розыске, сказал я.

И Ритар ответил.

Аллер, это точно сделаем, и потребуем за него вознаграждение, а иначе всё впустую.

Павус, ты молодец, я был уверен, что ты вытащишь из их памяти его. И мы все посмотрели на этого человека на стене. Я посмотрел на всех и обратился к Ритару.

Что мы с ними будем делать?

С этими убийцами?

Да, да, за ними может ещё что то тянется?

Ты о чём, Аллер?

Ну, не знаю, ну не спроста они вот такие, какие они есть. Надо как-то с ними поработать специалистам, может, ещё всплывёт что. И честно, я смотрю на них и вижу, что им не по двадцать лет, а гораздо больше. Какие-то они засланные, что ли, эти засланцы. И давайте вот ещё что, не надо никого искать, если он появится в моём поле зрения этот самозванец, я его узнаю сам. Иначе вспугнём, тогда и концов не найдём. Ритар посмотрел внимательно на меня и сказал.

Аллер, я тебя и в этот раз послушаю, ты уже не раз доказывал, что ты прав. И он пошёл в ту комнату, где сидели те двое, чтобы отдать распоряжение насчёт них.

Драфер подошёл, протянул мне руку для рукопожатия, я сделал то же самое. И мы пожали руки друг другу, но Драфер удержал мою руку в своей и сказал: всё, что я сказал, будет в силе, если вы нам поможете. И упаси творец того, кто захочет с вами воевать, Аллерсавр.

А вот последнего я не понял и спросил.

Это вы о чём?

Я разбираюсь в людях и очень давно живу, вы победитель, у вас на лице это написано. Я бы с таким, как вы, дружил, а не враждовал. И он пошёл туда, откуда неслась негромкая музыка, там, где продолжался приём.

Появился Ритар. Ну что, Драфер уже ушёл? Ну и мы пойдём. Да, я отдал распоряжение, ими займутся дальше другие службы. Павус, спасибо за службу. Павус развернулся, забрал свой компьютер и ушёл.

Ну что, Аллергвардия, давайте на приём. И мы пошли за Ритаром на приём.

Сверхъестественного больше ничего не произошло, приём закончился, парней я отправил. Сам же остался в семейном кругу, мы с братом подарили сестрёнке шкатулку, она была в восторге. Так ещё посидели немного и начали расходиться, Милиру, кстати, мои родные приняли как свою. Что меня и порадовало. Также остался и брат Милиры. Хотя он порывался уйти, но мой отец настоял, чтобы он тоже остался. Вот они втроём и остались в комнате, о чём-то разговаривая: Бат что-то доказывал, Берар говорил обратное, а отец слушал, иногда вставлял своё слово. Вот таких увлечённых я их и оставил. Проводил маму, потом сестрёнку, а дальше мы двинулись вдвоём с Милирой.

Она заплакала, я понял, что это за слёзы, ей этого не хватает. Я приобнял её, так мы и прошли в спальню, которую нам приготовили. И вот тут я вспомнил про Крафа, а он встал перед порогом и так и остался стоять.

Краф, нам надо побыть вдвоём, ты можешь нас поохранять и не заходить.

Краф спел дельфинью песню и улёгся прямо перед дверью. Спасибо, Краф, — он в ответ клацнул и положил голову на пол. Я закрыл дверь.

Милира посмотрела на меня: Ну что, договорился с ним?

С кем, с ним?

С Крафом, я же не глухая, я всё слышала.

Ну, конечно, договорился, не без этого. Мы завтра с тобой идём подавать заявление на регистрацию.

Я не забыла, я помню. И она повисла на моей шее. Ну и началось. Страсть друг к другу просто переполнила обоих. И ночка была та ещё, где мы просто не давали покоя друг другу. И уснули только под утро. Нас никто не будил, и мы так проспали до десяти дня. А потом и причина выяснилась, почему нас никто не будил, а причиной был Краф, который никого не подпустил к двери, даже Бата.

Мы оделись по-граждански, скафандры напяливать не стали, я надел строгий костюм, а Милира надела платье голубого цвета. Её точёная фигура и это платье были изумительными, а ещё она блондинка с хорошим, пышным волосом.

Что делало её вообще с ног сшибательной дамой. Я завидовал сам себе, да и такое бывает. Мы были готовы к походу.

Когда мы уже вышли из комнаты, Краф стоял как солдат на посту.

Спасибо, Краф, мы выспались, а ты нас до сих пор охраняешь? Краф клацнул.

Всё, не надо больше, Краф, спасибо.

Вот это охранник! — вдруг услышал я голос Бата.

А что такое, Бат?

Да он на полтора метра ближе никого не подпускал, аж рычал и весь взъерошенный какой-то становился.

Это я попросил его охранять нас, вот он и охранял.

Ага, а если бы Отец подошёл?

А я подходил, — раздался голос Отца, — он и на меня так же среагировал, а сейчас смотри-ка, само спокойствие.

Вы меня уж извините, ну не мог я его в комнату запустить, а чтобы он не обиделся, попросил охранять нас. Вот он и охранял.

Аллер — он достойный охранник, береги его, он тебе предан даже очень, — сказал Отец. — Ну вы вообще думаете пойти заявление подать?

Мы уже идём, всё, мы в пути, — и мы проскочили с Милирой мимо Бата и Отца. — Да, Бат, позаботься о Крафе, пока нас не будет. Краф, слушай Бата. Краф клацнул, а у Отца брови стали дугой от увиденного и услышанного.

Сходили, подали заявление, нам, как и всем, дали полгода на принятие решения. Если мы не придём в назначенный день, это будет считаться отказом. Даже если была уважительная причина, оно не принималось. И всё начиналось заново, если вы вновь подали заявление. Так что в этом мире все к этому дню относились особенно трепетно, кстати, все без исключения. И начальство шло на уступки и отпускало работающих на целый день ради этого события. Даже если он или она находились далеко, то их заранее отпускали, чтобы человек добрался к этому дню до места.

Потом мы с Милирой походили по городу, зашли в парк, покатались на качелях, поели мороженого. Я, конечно, обратил внимание, как мужчины смотрят на Милиру: есть кто просто любуется, а были и такие взгляды, за которые я бы и в морду заехал кулаком. Но когда я на них обращал внимание, они сразу отводили взгляд. Я сам мужчина, меня не обманешь, я знаю, что у них в голове.

Так мы прогуляли весь день, наслаждаясь друг другом и окружающим миром. Потом мы сели в беседке, и Милира вновь заплакала.

Да что такое, Милира?

Мне так давно не было хорошо на душе, так только было, когда родители были живы. Жаль, что они не видят меня сейчас счастливой.

Ну не знаю, Милира, если бы это не случилось с твоими родителями, ты бы сейчас уже была замужем и имела детей, и меня бы никогда не встретила. Творец так решил и сделал, чтобы ты прошла через такие испытания. На белом свете ничего не происходит просто так, Милира, в этом мире всё связано, одно с другим.

Может, ты и прав, Аллер, может, и прав, но я счастлива.

А теперь давай решай: или ты остаёшься здесь, с моими родителями, или ты со мной до дня свадьбы также служишь. Но заметь, после свадьбы ты остаёшься рядом с моими родителями всё равно.

Я пока рядом с тобой, служить пока буду.

Тогда слушай меня постоянно, что я буду тебе говорить. Нас ждёт война с противником, про которого мы пока не знаем ровным счётом ничего. Так что мои распоряжения, у тебя должны быть на первом месте.

Хорошо, Аллер.

Мы ещё погуляли по городу и отправились в обратный путь к дому.

От автора: Если вы читаете на этой главе. То пора и лайк поствить. А ещё подпишитесь на мой Аккаунт пожалуйста

Глава 32

Столица Ларен

Когда мы вернулись, нас встретил перед дворцом Бат и Краф.

Милиру я попросил идти в комнату, проследив взглядом, я увидел, что у самых дверей её перехватила наша сестрёнка Итила. И куда-то потащила за руку, при этом что-то говоря ей. Милира не сопротивлялась и пошла за сестрёнкой.

Бат, что-то случилось?

Нет, ничего, но приходил и просил о встрече с тобой портной Керар Дживин.

Бат, он оставил свой адрес? Где нам его искать?

Конечно оставил, правда, далековато от нас, сейчас даже не стоит выдвигаться, через час стемнеет.

Брат а ты уверен, что этот человек отдыхает?