Олег Сынков – Аллер (страница 6)

Взяв ежедневник, прислонил к печени, и он исчез в скафандре. Технологии, супер, просто супер. Эволюция в действии, сколько Земле до них, да я думаю, немного, лет сто-двести.

А вот с космосом я что-то не уверен в Земле. Шестьдесят пять лет уже, а Земля всё на одном месте топчется с космосом.

Где это она, моя Земля? Не, ну хватит, а то снова понесёт по вселенскому разуму. Так что это я, а ну соберись давай.

Вышел из палатки и увидел недалеко Бата, направился к нему. Он тоже пошёл мне навстречу. Валиар уже найден, он скоро будет здесь, а к Стрику Слёт, думаю, уже на подлёте.

Я увидел Слёт, зависший в воздухе недалеко от нас. Он без звука спустился с высоты в двадцать метров. Я подошёл к Слёту. Похож на самолёт, такая же кабина, только на всю длину и посажена глубже в фюзеляж Слёта. Колёс нет, крылья и фюзеляж — одно целое, от земли примерно по грудь высотой, плоские крылья утолщаются к кабине, где сидят люди. Много отверстий в ребре крыла Слёта. Шириной Слёт метров семь, и в длину метров в десять, весь стального цвета. Я дотронулся: Ух ты! Это даже не металл.

Верх кабины откатился назад на крыло, вышел пилот, отдал приветствие, я ответил тем же. Следом появился Валиар, он прошёл по крылу, спрыгнул на почву. В чём дело, Аллерсавр?

Мы эвакуируемся срочно. Связь не включать под страхом уничтожения, кто это сделает — смерть. Валиар, надо, чтобы все в течение десяти минут были оповещены и были готовы убраться с этого плато, не спрашивай как. Я уже распорядился сам.

Валиар отдал честь, приветствие. Всё сделаю. Я повторил жест. Он уже хотел пойти выполнять задание, и я спросил.

А где велики?

Кто?

Питомцы мои?

На пути в лагерь, скоро будут. И Валиар ушёл выполнять распоряжение.

Я начал потихоньку обходить Слёт против часовой стрелки, я хотел узнать, за счёт чего он двигается. Но сопла я не обнаружил и никаких моторов, только килевый хвост в конце кабины, и на краях крыльев наподобие киля что-то было. Вот и всё, что я увидел. Я понял, что это чисто атмосферные машины. В космосе ни хвост, ни киль не пригодятся, там всё работает по-другому. Хотя!

Что, Аллер, хочешь полетать? — спросил Бат.

Не, не сейчас, время в обрез. Если бы он только знал, как я хочу! И я не то чтобы не помню, а я не знаю, как им управлять.

Я отвернулся от Слёта, и вот они подлетели (велики). Я выставил ладони: Ну что, давно не виделись? Хотя прошло от силы час, они повторили утреннюю процедуру своего приветствия. Заклацали языками и затявкали, как лисы, и я понял, что это от удовольствия.

Послышался гул, и на небе появились сначала две точки. Гул начал нарастать, а точки в небе увеличиваться. Построение! — крикнул я, — Срочное построение!

Все построились, даже Бат встал в строй в начале первой шеренги, и медики тоже здесь были. Всего две шеренги.

Я прошёлся, посмотрел всем в их лица. Гул прекратился, и транспортники приближались всё ближе.

— Пока существует род людской, будут и войны, и предательство, а также жизнь и любовь, — сказал я. — Сегодня случилось предательство. Нас подставили под удар, мы не знаем их имён, но узнаем, я вам обещаю. Сейчас нам срочно нужно погрузиться и убраться с этого плато. Пилоты, забираете рядом с собой два человека и в путь на Стрик, бегом. Остальные за мной в транспортники, те уже сели и открыли люки. Стоп, а где убийцы? Так здесь же, они сидели связанные по рукам и ногам за шеренгами. Этих тоже забрать вперёд на транспорт, бегом. Мы разделились: я Бату указал на транспорт — ты туда, я в другой, Валиар со мной, Краф, Тир, Тиса за мной.

Мы забежали, по середине были кресла с ремнями, мы в них сели и пристегнулись все, даже Великов пристегнули, места были, хватило всем.

— Поехали, — сказал я. А подумал: Гагарин Юрий Алексеевич, а ты не первый человек в космосе, ты первый человек с Земли в космосе.

Транспортник напоминал автобус, только широкий. И сиденья находились в середине салона, они намертво были закреплены к полу и к стенке, которая находилась между кресел и соединена с потолком. В общем, мы не смотрели друг на друга, а сидели спинами друг к другу: пятнадцать в одну сторону и пятнадцать в другую.

Пошло движение и нарастание гула, похоже, у транспортника другая тяга, чем у Слёта. В иллюминаторы стало видно, что мы оторвались от планеты и медленно стали набирать высоту и уходить чуть в сторону. Страха не было, было интересно, что дальше будет.

После трёх минут полёта горизонт стал чернеть, и прозвучала команда: Шлемы одеть. Я ударил правой рукой по левой стороне воротника, и шлем в мгновенье вырос над моей головой. Потом с перчатками разобрался. И вспомнил про Великов: А как же они? Я вытянул голову и повернул её туда, где должны быть они. А там, где должны быть эти динозавры, кресла были затянуты в прозрачную оболочку, и в каждой из них я увидел пристёгнутых Великов. Уф, тогда нормально, летим дальше, — выдохнул я.

Если я сейчас услышу в шлеме этот женский голос, я убью её потом. Но ничего не услышал, слава богу, подумал я. А вот и мысль: какая у них здесь вера? Про творца я слышал, и всё. Или они уже переросли это? Тогда будет жаль, ведь вера — это тоже дисциплина, рамки и табу для безрассудства.

А тем временем мы уже были в космосе. И я в иллюминатор видел планету и горизонт с её атмосферой, с голубой, кстати, атмосферой. А ещё через минуту мы уже были в трюме, или лучше сказать, в порту Стрика. Да, он огромен, очень огромен. Хотя я его и не видел снаружи, но ощутил всем своим существом.

Наш транспорт припортовался, и последовала команда: шлемы снять. Что я и сделал, а с кресел, где были велики, исчезла прозрачная оболочка. Расстегнулся сам, помог великам освободиться и пошёл на выход к люку. А где невесомость? Только что была и исчезла. Корабль с гравитацией, получается, ну да. Иначе велики бы болтались беспомощно в ней, в невесомости.

Мы вышли с транспортника, Валиар уже отдавал команды. Я подошёл к нему: Валиар, ты мне нужен, оставь за себя кого-нибудь. Валиар вытянул шею, кого-то искал взглядом и нашёл.

Вивар, ко мне срочно! Обернулся рослый парень, чуть старше меня, с русым волнистым волосом. Он подошёл быстрым шагом, отдал нам приветствие, мы на автомате ответили. Бери командование в свои руки, мне надо с Аллерсавром по делу отлучиться.

Будет сделано, — сказал он и хотел уже идти выполнять команду.

И я сказал: Остановись, Вивар! Он остановился. Я тебя попрошу, позаботься о моих питомцах. И он вдруг взглянул мне в глаза, а я ему. Десять секунд он молчал и смотрел, и всё-таки опустил взгляд.

Всё сделаю, Аллерсавр, — сказал он, и я понял, что кому-то он проиграл спор в гляделки со мной. Я взял его за плечо и сказал: Это ты сейчас проиграл только спор, если будешь со мной, то выиграем войну. Он посмотрел на меня и сказал: Только так и никак по-другому. А я твёрдо ответил: НИКАК ПО-ДРУГОМУ И ТОЛЬКО ТАК! А ВЫ ЧТО ДУМАЛИ?

Уж не знаю, что я сказал. Но кто был рядом — и Вивар, и Валиар, и ещё несколько солдат, даже те, кто был на Стрике в охране порта — все смотрели с изумлением. Я даже подумал: сейчас креститься начнут. Нет, не начали.

Только Валиар сказал: Это слова СТАРСКАРА!

Я обвёл всех присутствующих грозным взглядом, развернулся и сказал: Валиар, за мной! Только хотел уже двинуться, как напоролся на Бата. О, брат, давно приехал? Бат всё время, оказывается, стоял сзади и всё слышал, и это он мне сказал про этого Старскара. Надо будет узнать, кто это такой. Я развернулся и гаркнул: Вивар, выполнять! И все солдаты, вместе с Виваром и даже охрана, отдали приветствие или честь и бросились по делам. Валиар, Бат, за мной к старшему Стрику, быстрей!

Мы прошли по коридору с дверьми по бокам, наверно, каюты, подумал я. И остановились около больших дверей, у которых стоял солдат в охранении с тем самым ружьём, оружием наперевес. Он отдал честь, мы ответили тем же. Он без слов стукнул по панели, дверь съехала в сторону куда-то внутрь корабля.

И у меня открылась картина мостика Стрика. Сначала кресло капитана на возвышенности. Кресло развернулось, и оттуда встал мужчина, отдавший честь, а потом раскинувший руки в стороны. Кудрявый, как и мы с братом, только с русым волосом. Со словами: Давно не виделись, Аллер, Бат, Валиар!

Так субординацию он не соблюдает, я отдал честь. Кто он, родственник? Подойдя ближе, я увидел, что это как будто мой брат Бат, только ему сорок лет. Дядя! — вырвалось у меня, и мы обнялись, и я специально задел его кисть.

И я понял, кто передо мной. Это родной брат моей матери, её младший брат и мой родной по крови дядя Рит.

Вернее, Ритар, у него нет этой приставки САВР. И он мне нравился, он очень умён, предан нам с братом и нашей матери, не ставил себя выше нас, он всегда был равным с самого нашего детства. О как! Одно касание — и я знаю о нём всё. Кстати, это работает только с родной кровью или не только? И ещё, он любил шутки, не злые, а простые, играя словами. Хотя для многих они казались колючими.

Он так же обнялся с братом. А вот с Валиаром он сделал другое. Он положил правую руку ему на плечо и назвал его по имени: Валиар. То же самое сделал Валиар, положив ему на левое плечо свою правую руку: Ритар.

И я понял: это боевое братство, они вместе прошли через многое.