Олег Суворов – Любовь Сутенера (страница 17)

«Нельзя этого делать! — хмуро заявил я. — Иначе каждая сволочь захочет это повторить — и что ей тогда делать? Каждый раз бегать умываться и по новой накладывать макияж? Нет уж, давай оставим обычный секс — там, где она стоит «раком» прямо на краю бассейна».

«Я думал, тебя в первую очередь деньги интересуют, — пожав плечами, заявил «господин астролог». — Кстати, за подобные удовольствия больше платят. Однако ты хозяин — поэтому тебе и решать».

Для приема клиентов я выделил Катюхе съемную квартиру на «Савеловской», с которой все когда-то начиналось. Сейчас она практически пустовала, поскольку Лена и Наталья, как я упоминал ранее, по-прежнему пропадали на «своей исторической родине», участвуя в «померанцевой революции», будь она неладна! Вообще все революции — чертовски разорительное дело, и в этом мне пришлось убедиться на собственном опыте.

Идея была предельно простой: я лично встречаю клиентов и в процессе фэйс-контроля решаю — допустить их «к телу» моей драгоценной сожительницы или нет. Если решение положительное, то удаляюсь на кухню (квартира была однокомнатной), где и выжидаю нужное время. Для того чтобы не слишком скучать, я заранее перевез туда из дома портативный телевизор и прикупил ящик пива.

На тот случай, если клиент мне очень не понравится, но при этом будет вести себя чересчур агрессивно, Анатолий подарил мне газовый пистолет. Правда, не без юмора предупредил о том, что эффективнее всего тот действует, если засунуть его дуло непосредственно в ноздрю противника.

— В таком случае это похоже на яд для борьбы с тараканами, — невесело усмехнулся я. — Сначала вы ловите таракана, а потом, угрожая его немедленно раздавить, заставляете выпить заранее приготовленный яд.

— Не бойся, Серега, — подбодрил меня напарник, — во-первых, я постоянно буду на связи и примчусь в любой момент, когда скажешь. Во-вторых, будем меняться — одну смену ты отдежуришь, другую — я.

— Интересно, сколько таких смен выдержит наша бедная Катюха?

— О, за нее не беспокойся. Как только устанет, мы сменим ее кем-нибудь другим — той же Дашкой, например. А клиентам будем говорить, что девушка из сайта заболела. Если человек уже основательно настроился потрахаться, то подобные мелочи его не остановят.

— Да, но мы потеряем репутацию честных людей, и нам перестанут верить!

— А разве моя Дашка хуже твой Катюхи?

— Ты прав, старик, поэтому так и сделаем.

Поскольку звонков по поводу сайта было множество, постольку первые два дня оказались расписаны буквально по минутам. Но если я искренне переживал за Катюху, которой предстояло обслужить столько народа, то она, напротив, была на редкость весела и беззаботна.

— Чего ты хмуришься? — ласково приговаривала эта неугомонная развратница, шутливо пытаясь своими пальчиками разгладить морщины на моем лбу. — Когда-то я уже работала в апартаментах, поэтому прекрасно знаю и свои возможности, и подобных клиентов. В такие места приходят люди солидные и богатые, которым важно, чтобы все было культурно и красиво. Сексуально озабоченные предпочтут за те же деньги вызвать трех девушек по два часа каждая!

В чем-то Катюха была права, однако в своих черных чулочках, лакированных туфлях на шпильках, короткой красной юбке и тоже короткой, открывавшей живот розовой майке она выглядела настолько аппетитно, что сложно было поверить, будто кто-то удержится от желания немедленно завалить ее в койку. При этом я был вынужден сдерживать собственное — и весьма сильное — желание, просто потому, что совесть не позволяла перетруждать бедную девушку!

Забегая немного вперед, сразу скажу, что Катюха оказалась права. Более того, она проявила такой изумительный талант актрисы, устраивая перед клиентами красивые эротические танцы, вовлекая их в пикантные игры с раздеванием, навязывая им упоительно-томные ласки — и все это помимо периодической выпивки, — что, по ее собственным подсчетам, заниматься непосредственно сексом ей приходилось ничуть не больше, чем если бы она как обычно ездила по вызовам в праздничные или выходные дни.

И при этом клиенты были в полном восторге — некоторые на выходе даже жали мне руку и благодарили за доставленное удовольствие — как будто это я им его доставлял! А пожимать руки клиентам собственной любовницы — занятие столь же приятное, как давить пальцами мокриц.

Кстати, первым из таких клиентов оказался почтенный, обаятельный, седовласый, прекрасно одетый джентльмен лет под шестьдесят, которого до самой двери сопровождал столь могучий охранник, что против него мне смогло бы помочь только помповое ружье! По поводу этого джентльмена я еще подумал о том, что начиная с определенного возраста все мужчины пополняют свой донжуанский список в основном за счет женщин легкого поведения, причем этого не избежал даже Казанова, на старости лет спавший с кем попало!

После окончания сеанса Катюха похвасталась, что, помимо двухсот долларов, переданных в мои руки, этот джентльмен подарил ей столько же. Кстати, своим знаменитым обаянием она зарабатывала столько чаевых, что порой даже забывала требовать свою долю из той тысячи с лишним долларов, которую нашей фирме приносил каждый день работы этого доморощенного борделя! К сожалению, проработал он всего три дня — точнее, два с половиной, но о причинах его вынужденного закрытия я расскажу «по ходу пьесы».

Сразу после пожилого джентльмена явился джентльмен молодой — по виду типичный банковский клерк, решивший «оторваться» в разгар рабочего дня. Он пробыл всего час, оставив при этом Катюхе пятьдесят баксов чаевых. Однако, судя по звукам, доносившимся до меня из соседней комнаты даже сквозь звук телевизора, трахался этот сутяга весьма активно и упоенно. После этого я даже решил, что на один час никого пускать не буду — разве что поток клиентов, способных оплатить большее время, полностью иссякнет!

Третьим, словно бы по контрасту с двумя предыдущими, явился столь угрюмый детина из братков, что я заранее отвел руку за спину, готовясь выхватить газовый пистолет, предусмотрительно засунутый за пояс джинсов. Однако я напрасно волновался — детина вел себя очень сдержанно и даже ни разу не выругался матом! Более того, по дороге в туалет Катюха заскочила ко мне на кухню, чтобы порадовать следующим известием:

— Это мой хороший знакомый Петрик, с которым мы давно не виделись!

Судя по непрерывному гулу голосов, они проболтали почти все отведенное время и лишь последние пятнадцать минут провели в полном молчании. Сразу после ухода мрачного Петрика в дверь позвонили два развязных щенка лет по семнадцати. На мой строгий вопрос, кто из них пришел к девушке, они начали глупо скалиться и нести всякую чушь: «А вдвоем нельзя, если на сто баксов больше заплатим?» или «А пусть девушка сначала выйдет, и мы на нее посмотрим!»

Короче, я послал их ко всем чертям, посоветовав «поискать себе шлюху на ближайшем вокзале», после чего запер дверь и объявил Катюхе, что настал обеденный перерыв. Однако она уже настолько разгулялась, что хотела не столько есть, сколько пить. Я с большим трудом удерживал ее в «рабочем состоянии», и, как вскоре выяснилось, не напрасно.

Однако очередной клиент мне дико не понравился, причем именно своим «фэйсом». Это был долговязый детина с отвратной, усыпанной совершенно омерзительными прыщами физиономией. Представив себе, как он будет тереться этими своими прыщами о нежную кожу Катюхи, которую мне так нравилось целовать, я решительно отказался впустить его в квартиру. Еще заразу какую-нибудь принесет!

Впрочем, время, отведенное на сеанс с ним, не оказалось потеряно даром, поскольку после звонка на мобильник к нам всего через полчаса заехал совершенно нормальный мужик — по виду, бизнесмен средней руки, решивший расслабиться после рабочего дня перед тем, как возвращаться к семейному очагу. И в этом, на мой взгляд, нет ничего зазорного! Мужчина может быть целомудренным человеком, даже если он пользуется услугами проституток (здесь все зависит от того, как он с ними обращается!), однако женщина не может быть целомудренной, даже если живет только со своим мужем. Отдающаяся самка — это всегда разврат, овладевающий самец — это в основном забава.

Похожим оказался и последний в тот день клиент, но его я помню довольно плохо, поскольку к тому времени уже почти прикончил свой ящик пива и изрядно осоловел.

Когда рабочий день был закончен и денежки подсчитаны, за нами, по моей высказанной заплетающимся языком просьбе, заехал Анатолий.

— Однако, ребята, здорово же вы оба набрались! — только и сказал он, удивленно качая головой.

После этого погрузил нас в свою «Тойоту» и отвез домой. В пути мы с Катюхой дремали на заднем сиденье, нежно привалившись друг к другу.

На второй день, едва похмелившись, Катюха принялась отрываться на полную катушку — с ее-то здоровьем бывшей спортсменки она могла позволить себе и двухнедельные загулы. Я же, напротив, почувствовал себя хуже прежнего — особенно сидя на кухне и непрерывно свирепея от звуков того, как в соседней комнате веселится моя подруга, с невероятной легкостью и бесстыдством ублажая всякую сволочь, способную за это заплатить. О боже, да что же это мне так тяжело? А то я не знал, кто такая Катюха, когда предлагал ей жить вместе! Что за проклятая особенность характера — так быстро привязываться к женщинам, с которыми живу вместе!