Олег Суворов – Лекарство против СПИДа (страница 21)

Что происходит в итоге установления любой тоталитарной системы? К власти приходят худшие! В тоталитарном государстве — к власти над телами, в аналогичной тоталитарной системе церкви — к власти над душами. А то, что религия — система тоталитарная, я, надеюсь, уже достаточно убедительно вам доказал. И дело здесь даже не в постыдных проделках отдельных представителей церкви, а в правах на особо веское слово. Причем это право обеспечивается не личной мудростью говорящего, а Тем, представителем которого этот говорящий является. Вы сами можете уловить сходство с нашим недавним прошлым, когда весомость сказанному придавалась тем обстоятельством, что это говорилось от «имени партии, народа, государства». Но ведь любой религиозный деятель высказывает лишь свою интерпретацию той или иной догмы, применительно к той или иной политической ситуации — вот о чем всегда надо помнить…

В этот момент Денис оглянулся назад и увидел ту миловидную девушку, которая отвечала по телефону и открывала дверь приходящим. Она стояла у двери, прислонившись к косяку, и внимательно слушала экстрасенса. «Неужели у него такая молодая любовница? И чём он её прельстил, неужели этими обличениями тоталитарной сущности религии? Странно…»

…Однако здесь вы можете возразить, что главным делом любой религии является терапевтическая роль. Мы абсолютно бессильны перед лицом неизбежной смерти, и это бессилие способно свести с ума от ужаса. Поэтому религиозные обряды, связанные с поминовением душ умерших, похоронами, поминками и т. д. могут играть очень полезную роль, поскольку способны смягчить душевную тоску.

Но давайте задумаемся вот над чем нам неизвестно, ни что такое Бог, ни что такое душа, ни то, что произойдет с нами после смерти. Но если все-таки есть какие-то иные, внетелесные, формы духовного существования, то можно с уверенностью утверждать следующее: чем более духовно развитым человек является при жизни, тем больше у него шансов сохранить свою духовную целостность и после смерти! А высшая духовность заключена именно в свободе! Пусть мы незнаем, как устроен Мир и что лежит в его основе, пусть не уверены в том, существует ли бессмертие души, но есть такие вещи, которые мы знаем наверняка и которые с большой долей вероятности можем предположить. В мире материи бессмертия нет — там есть лишь постоянный круговорот веществ, поэтому — и я повторю это еще раз — если и есть у нас какие-то шансы на бессмертие, то они заключены лишь в духовности, поскольку только дух способен существовать вечно. Представим себе, что смерть — это задумчивость, из которой нет выхода. Тогда свобода — это способ пробуждения от задумчивости!

И в заключение я хочу сделать лишь еще одно замечание. Духовность духовности рознь. В самом деле, есть люди, которые прославились необычными деяниями, составившими славу человечества, а есть и те, которые известны открытием какой-нибудь зоны. Представляете себе — в честь одних называют планеты и улицы городов, а Графенберг прославился тем, что открыл такую точку в женских гениталиях, при стимулировании которой возникает вагинальный оргазм.

Так что не всякая духовность гарантирует бессмертие, а лишь та, которая имеет отношение к свободе. Во время нашей следующей встречи я расскажу вам о том, какими путями достижима свобода и какими путями мы можем развивать и укреплять свою подлинную духовность. Благодарю за внимание.

— Лучше бы поподробнее рассказал о зоне Графенберга, — не удержался Денис. — Судя по всему, он то ли отставной философ, то ли гинеколог…

— У него такой проникновенный голос.

Денис с любопытством взглянул на жену.

— Хочешь познакомиться с ним поближе? Тем более, что мне еще надо с ним рассчитаться за прошлый сеанс.

— Хочу.

— Ну тогда пошли.

Они дождались, пока основная толпа слушателей оделась и вышла, а затем Денис подошел к ассистентке и попросил проводить их к Александру Павловичу. Экстрасенс сразу узнал его и все вспомнил.

— Я очень рад, что ваша жена нашлась, — ласково сказал он после того, как Денис представил ему Галину. Я был уверен, что все будет в порядке.

— Сколько я вам должен?

— Да вы сначала сядьте и расскажите о том, что вас терзает. Я вижу, что и вы, и ваша жена пребываете в каком-то подавленном настроении.

— Мне нечего вам рассказывать, потому что я и сам ничего не знаю, — хмуро буркнул Денис, искоса взглянув на Гали? ну, — а она ничего рассказывать не хочет.

Александр Павлович пристально, что весьма не понравилось Денису, посмотрел на потупившуюся Галину и неожиданно предложил:

— А хотите, я проведу сеанс успокоительной терапии? Стоит это недорого, зато вы сразу почувствуете себя намного легче. Я разработал методику такой терапии, основываясь на собственном учении.

Денис недоуменно пожал плечами и оглянулся на жену.

— Ты хочешь?

— А что это за сеанс?

— Сейчас я вам все объясню, — охотно отозвался Александр Павлович, — но сначала давайте решим насчет вас, — и он вопросительно посмотрел на Дениса.

— Если позволите, то я бы лучше посидел в сторонке и понаблюдал, — и он кивнул головой на большое мягкое кресло.

— Как вам будет угодно. Только прошу вас сохранять полнейшую тишину и ни в коем случае не перебивать. Ну что, приступим?

Галина кивнула, а Александр Павлович подошел к своему столу, достал оттуда коробочку с какими-то таблетками, затем наполнил стакан водой из графина и протянул ей.

— Вот, проглотите эту таблетку и запейте водой.

— А что это?

— Я объясню вам потом, когда вы уже почувствуете ее действие, — ласково улыбаясь, произнес экстрасенс. — Не бойтесь, ведь все будет происходить в присутствии вашего мужа.

После того, как Галина проглотила таблетку и, сделав один мелкий глоток, поставила стакан на стол, экстрасенс подвел ее к мягкой, удобной кушетке, предложил лечь и закрыть глаза. Пока она устраивалась, он нажал кнопку вмонтированного в стол магнитофона, и кабинет заполнили звуки какой-то странной, обволакивающей сознание музыки. Денис наблюдал за всеми этими манипуляциями с некоторой настороженностью И неизвестно откуда взявшимся беспокойством. Что-то ему во всем этом не нравилось, но что именно, он и сам не мог себе объяснить.

А тем временем экстрасенс заговорил, и голос его был уже совсем не тем, что на лекции, в нем появились какие-то вкрадчивые, убаюкивающие и одновременно властные интонации.

— Дышите глубоко, спокойно и как можно ровнее. Ни о чем не думайте — только слушайте музыку, дышите ровно и внимайте собственному состоянию расдавленности и покоя. Но самое главное — гоните все мысли, какими бы они ни были — приятными или беспокоящими. Если почувствуете какое-то неудобство — дайте мне знать, слегка пошевелив рукой.

Скоро вас охватит, уже начинает охватывать состояние глубочайшего умиротворения. Во Вселенной, где вы будете пребывать, не существует никаких земных проблем и огорчений — только теплый, спокойный и невыразимо приятный свет. Блаженство, покой и свобода… Свободу нельзя почувствовать, выразить или понять — в ней надо пребывать, и вот вы уже пребываете в ней, вы свободны, раскрепощены, и вас уже абсолютно ничто не тяготит и не беспокоит…

Даже Денис начал поддаваться обаянию этого бархатного, проникновенного голоса. Так и хотелось закрыть глаза и погрузиться в блаженную дремоту, прислушиваясь только к плавной музыке, похожей на долгую вибрацию каких-то волшебно-космических струн. Он, не отрываясь, смотрел на лицо жены и видел, как оно словно бы разгладилось, хмурость исчезла, появился легкий румянец, сделавший Галину необыкновенно привлекательной. Вот она, совсем рядом, любимая, красивая, спокойная и… отрешенная, не думающая ни о чем на свете, даже о нем, ее муже! Эта мысль невольно заставила его встрепенуться. Что за черт! Состояние полнейшего успокоения и отрешенности от всего земного — совсем не то состояние, в котором ему хотелось бы видеть свою молодую жену, которая пока еще так и не стала ею. Она должна быть страстной, нежной, заботливой, а не пребывающей в философско-невозмутимом покое. Как бы этот сеанс успокоительной терапии не успокоил её настолько, чтобы лишить всяких желаний вести нормальную супружескую жизнь!

Через пятнадцать минут сеанс был окончен, Денис расплатился с Александром Павловичем и вслед за Галиной вышел на улицу.

— А ты знаешь, что за таблетку он тебе дал?

— Нет.

— ЛСД. Наркотик.

— Ну и что? Зато мне было так приятно. И я обязательно приду на следующий сеанс.

Денис содрогнулся. Неужели произошло то, о чем он подумал всего несколько минут назад?

— Тебе так понравился этот экстрасенс? — осторожно спросил он.

— Да, понравился! — с вызовом ответила она.

— Но ведь он же подавляет твою волю! Неужели ты не понимаешь, что, критикуя в своей лекции тоталитаризм, он сам действует именно тоталитарными методами?

— Я не понимаю, о чем ты говоришь.

— Ну как же… — Денис поневоле начал горячиться. — Он сам говорил, что тоталитаризм начинается тогда, когда у группы людей или у государства появляется какая-то одна, главная цель, на достижение которой идут все средства, люди делятся на угодных и неугодных… ну и так далее. Но ведь если этой целью сделать даже свободу, то все равно тоталитаризм неизбежен! Свобода не может и не должна быть целью, она только средство, позволяющее каждому человеку самому добиваться своих целей! И именно здесь этот экстрасенс и лукавит. Обещая свободу, он незаметно становится духовным вождем, который уже может вести своих последователей туда, куда захочет.