Олег Суворов – Искатель, 1999 №7 (страница 34)

— Ку-уда? — омерзительно протянул Анатолий. — Удрать решила… не выйдет.

— А ну отпусти!

Анжела вырвала руку и вдруг заметила, как в вестибюль вошли два человека в форме муниципальной милиции. Но не успела она с облегчением вздохнуть, как Анатолий, опередив ее, первым обратился к вошедшим.

— Здорово, мужики, сто лет не виделись, — и он по очереди обменялся с ними рукопожатием. — Как жизнь, Толик? А где твой автомат, Митяй? Небось спьяну забыл у какой-нибудь бляди?

Анжела поспешно выскочила на улицу и оглянулась по сторонам. Но Анатолий был тут как тут.

— Поехали, довезу, — неожиданно меняя тон, предложил он, — вон моя тачка.

— Никуда я с тобой не поеду.

— Придется поехать, куда ты денешься, — и он снова схватил ее за локоть.

Анжела беспомощно посмотрела на охранника дискотеки, невозмутимо курившего на улице вместе с двумя девицами. Звать на помощь, вырываться? Нет, это не выход.

— Хорошо, — кивнула она, приняв решение. — Поедем.

— Ну вот, давно бы так.

Анатолий выпустил ее руку и, обойдя свою «девятку», открыл дверь. Анжела села рядом.

— Едем ко мне? — полувопросительно-полуутвердительно сказал Анатолий и оглянулся на нее.

— А где ты живешь?

— Строгино.

— Едем.

Уже начинало темнеть, когда они, слушая стереомагнитолу, миновали Строгинский мост. Всю дорогу Анатолий молчал, сосредоточенно крутя баранку, и по этой сосредоточенности Анжела поняла, что он уже изрядно пьян. Впрочем, теперь это было ей даже на руку… Она осторожно расстегнула сумочку, закурила и вдруг закашлялась, затрясла головой и выронила сигарету.

— Ты чего это?

— Ох, не могу, — тяжело вздохнула она, — останови на минутку, мутит…

— Ты это… не вздумай мне тут салон облевать, — переполошился он, притормаживая на обочине. — Че, больная, что ли?

То ли от волнения, а то ли недооценив его реакцию, но она не успела направить газовый баллончик ему в лицо, как он перехватил ее руку. Анжела вскрикнула от боли и, уже не соображая, что делает, изо всех сил нажала головку пульверизатора. Салон машины мгновенно окутался газом и… на несколько секунд она потеряла сознание, а потом вдруг почувствовала, как рядом с ней открылась дверца и чьи-то мужские руки быстро выхватили ее из машины.

Кто-то нес ее на руках, а она кашляла, задыхалась и, лишь на мгновение открыв глаза, сумела сквозь слезы узнать Андрея.

— Ну что, теперь ты нам можешь рассказать, что это все за дела?

Анжела в обществе трех друзей сидела в квартире у Федора. Первый шок уже прошел, хотя глаза еще время от времени начинали слезиться. Андрей расположился сбоку от нее, Виктор прохаживался по комнате, а первый вопрос задал именно Родионов, которому друзья уже успели рассказать обо всех приключениях сегодняшнего вечера.

А за окном сгустилась мгла, откуда-то появились черные тучи и полился крупный холодный осенний дождь, прерываемый резкими раскатами грома.

— Какие еще дела, — пытаясь вновь обрести самоуверенность, переспросила Анжела и вдруг хихикнула: — Ой, не могу, знаете, кого вы мне сейчас напоминаете? Трех мушкетеров, которые собрались судить миледи… Вот только лилльского палача не хватает!

— Хватит дурачиться! — сердито перебил ее Федор. — Каким образом ты ухитрилась помочь в похищении нашего друга? — и он кивнул на Виктора. — Шутки шутками, но это дело уголовное…

— «Пред Богом и людьми обвиняю эту женщину в том, что»… она пыталась похитить нашего друга! — В смехе Анжелы было так много истеричных ноток, что приятели обменялись взглядами, а Андрей с жалостью коснулся ее руки.

— Успокойся, зайчик, мы думаем, что тебя просто заставили, и хотим знать, кто это сделал.

— Чушь! — и Анжела резко выпрямилась. — Никто меня не заставлял, я сама на это пошла… ради денег, конечно. А вот кто они были, я не знаю.

— То есть как не знаешь?

— А вот так…

Анжела начала рассказывать. Однажды она возвращалась с работы, и вдруг рядом с ней притормозила какая-то иномарка, «набитая качками», которые повели себя удивительно вежливо. Правда, в одном из них она узнала парня, который когда-то, еще до своего ухода в армию, появлялся в их медучилище, чтобы встретить свою девчонку. Он, кстати, тоже узнал Анжелу, хотя и не был знаком с ней лично. Но именно этот парень и изложил ей суть предложения, посулив за него целых пятьсот долларов. Оказывается, «один друг не возвращает должок, а потому с ним надо культурно разобраться». От Анжелы требовалось немного — сесть к нему в машину и в нужном месте попросить остановиться. «А дальше мы сами с ним поговорим и без всякой стрельбы», — заверил ее этот знакомый.

— И вы согласились, — с упреком заметил Виктор, посмотрев на нее с явным отвращением.

— Да, согласилась, — с явным вызовом отозвалась она, — ну и что, ведь я же подумала, что это обычные бандитские разборки. Откуда я знала, что вы нормальный человек, а не какой-нибудь «новый русский»…

— Да не рассказывайте сказок, — криво усмехнулся Виктор, — можно подумать, что тогда бы вы отказались… Денежки — вот главная, и нечего тут…

— А вот и неправда! Я согласилась не только ради денег, а потому что люблю разные необычные ситуации. Ну что делать, если во мне заложена подсознательная склонность к авантюрам!

— Нуда, вроде сегодняшней…

— А сегодня меня поймал один из этих качков и заставил ехать к себе! — запальчиво выкрикнула Анжела. — И вы не имеете права разговаривать со мной, как с преступницей. Вы же видели, как я пыталась защищаться!

— Хорошо-хорошо, — поспешно перебил ее Федор, — ты нам лучше другое скажи — с тех пор они к тебе больше не обращались?

— Нет, конечно, я же говорю, только сегодня…

— Это понятно, ну а что ты делала три дня назад на Рублевском шоссе?

— Ого! — и Анжела усмехнулась, широко раскрыв глаза. — Ну вы даете! Сами меня выслеживали или с помощью слуг? Где там ваши Планше, Гримо и Мушкетон? Кстати, хотите, я вам скажу, кто из вас Портос, кто Атос, а кто Арамис? Жаль только, что нет д’Артаньяна и милорда Винтера, — и она состроила комическую гримаску.

— Она над нами издевается, а мы с ней сюсюкаем, — сквозь зубы процедил Виктор, — сдать ее в милицию, и пусть там допросят по всей форме. Я сам позвоню Прижогину.

— Погоди, — и Андрей тут же сорвался с места. — Не горячись, старик, ну пожалуйста…

Виктор посмотрел в умоляющие глаза друга и молча кивнул.

— Итак, — терпеливо повторил Федор, поневоле вспоминая знакомую роль следователя, — повторяю свой вопрос…

— Не надо, я все поняла. Ездила на дом к одному милицейскому начальнику брать кровь на анализ, только и всего.

— Кстати, насчет крови, — неожиданно спросил Андрей. — А почему ты мне сразу не сказала, где работаешь? Зачем такая таинственность?

Странно, но именно от этого вопроса Анжела слегка смутилась и даже потупила глаза, потянувшись за сигаретой.

— Ну… это, — прикурив от его зажигалки, неуверенно пояснила она, — во время той, первой встречи, когда ты подрался во дворе моего дома и поранил руку, я увидела, как ты морщишься от вида крови, и решила ничего не говорить. В отличие от женщин, большинство мужиков, когда у них берут кровь, или падают в обморок, или ведут себя как дети… Ну я и подумала, что ты тоже из таких, и решила тебя не пугать.

— Почему? — Андрей так хотел получить ответ, что нежно погладил Анжелу по гладкой лайкровой коленке.

— А сам не знаешь? — она мило улыбнулась и вскинула на него глаза. — Боялась, что ты даже не захочешь взять телефон…

Они посмотрели в глаза друг другу, но эту трогательную сцену прервало нетерпеливое покашливание Федора.

— Давайте продолжим, после будете друг другом любоваться.

— А чего продолжать, — вместо Анжелы ответил просветлевший Андрей, — по-моему, и так все ясно…

— А вот мне неясно, что именно делала твоя дама в момент убийства, когда — по ее собственным словам — видела меня неподалеку от того самого места?

Это был самый тяжелый вопрос — и Андрей мгновенно уловил, как напряглась сидевшая рядом Анжела. Виктор перестал ходить и приблизился, а Федор и так не отрывал глаз от ее лица.

— Я не убивала никакой Констанции Бонасье, — после некоторой паузы, с трудом сглотнув слюну, попыталась пошутить Анжела, — ну что вы все так на меня уставились? Сейчас к смертной казни приговорите? «Господин д’Артаньян, какого наказания вы требуете для этой женщины?»

— Но ты видела Еву? — осторожно спросил Андрей, чувствуя, что они как-то незаметно приблизились к самой разгадке трагедии.

Анжела резко мотнула головой — этот знак можно было понять как угодно — и жадно затянулась сигаретой.

— Ну так что? — мягко, но настойчиво поинтересовался Федор.

— Не хочу говорить при нем, — вдруг сказала Анжела, резко кивнув на Андрея, — пусть выйдет, тогда я вам все расскажу.

Приятели недоуменно переглянулись.

— Андрей… — произнес Федор.