Олег Сукаченко – Ох уж эти женщины (страница 7)
Видя мою неотесанность, Альбина возложила всю ответственность за успех нашего безнадежного дела на себя. Она страстно сорвала с меня одежду и потребовала незамедлительно трахнуть ее всеми доступными мне средствами. Средство у меня в наличии имелось только одно – оно уже давно было готово к использованию. Но я ни хрена не представлял, куда оно вообще вставляется и как им следует орудовать. Когда Альбина нетерпеливой рукой затолкала его в себя, громогласно при этом охая и ахая, то вход в ее девичий будуар мне показался настолько узким, что я грешным делом решил, будто вторгся куда-то не туда. Ошибся, так сказать, дверью. Ну, думаю, красавице виднее. С блеском отработав предварительную программу, я снова молниеносно возбудился и предложил Альбине запустить меня в «естественное отверстие». Она как начала ржать: «Дурачок, – говорит, – ты в нем уже был!» Вот такие порой смешные пердимонокли случаются с людьми чересчур восторженными и неопытными.
Так мы трахались фактически безостановочно всю ночь. Я словно взялся наверстать с Альбиной все потерянные мною годы и пролился на нее таким бурным водопадом нежности, что чуть было не смыл девушку с постели! А на утро совершенно обессиленная Альбина заявила, что не может поверить, будто у меня все это было в первый раз. «Слишком уж ты хорош для новичка», – хитро улыбалась эта маленькая плутовка.
В общем, ушел я от нее абсолютно окрыленным и, не побоюсь этого слова, обновленным человеком. Меня охватила такая необычайная эйфория, что я испытал огромный, никогда мною ранее не переживаемый сексуальный ренессанс. Сбылась, наконец-то, мечта идиота – отныне я мог считать себя не мальчиком, но мужем. Только представьте: еще вчера вы стыдливо отводили свой взгляд от проходящих мимо девушек, а сегодня смело заглядываете в глаза встречным красавицам, и уже они, в свою очередь, принуждены краснеть и умолкать на полуслове. Я с видом заслуженного триумфатора-победителя шествовал по улице и озорно поглядывал на смущенных моими подмигиваниями девчат. Дескать, «Погодите немного, проказницы! Скоро доберусь и до вас. Ужо я вам покажу!» И куда только делся тот робкий и застенчивый девственник, который не знал, как ему вскарабкаться на девушку? Теперь я хотел оприходовать решительно всех хорошеньких женщин, что имели неосторожность встретиться мне на жизненном пути. Как там в кино поется: «Девушки пригожие тихой песней встретили, и в забой отправился парень молодой».
Мир вдруг сразу из мрачного подросткового черно-белого недоразумения сделался ярким, светлым и цветным! Он заиграл совершенно новыми, невиданными мною до этого красками! Все вокруг меня внезапно заискрилось, засверкало и запело! И я, не в силах более сдерживать себя, заголосил что есть мочи на всю улицу: «Бывает все на свете хорошо, в чем дело сразу не поймешь. А просто летний дождь прошел, нормальный летний дождь! Мелькнет в толпе знакомое лицо, веселые глаза. А в них бежит Садовое кольцо, а в них блестит Садовое кольцо, и летняя гроза».
Я словно окунулся после долгих, изнурительных скитаний по пустыне в оазис спасительной живительной влаги!
Так завершилось сказочное превращение гадкого утенка в прекрасного (как мне хотелось верить) белого лебедя. Мог ли я предположить в тот момент, что ничего лучше этого дня у меня уже не будет? Живи ты хоть сотню лет, перетра-хай кучу красивых и веселых девчат (что я впоследствии и сделал), но ничто не сравнится с этим ощущением абсолютного, запредельного счастья, испытанного мною тогда… Таким образом я ступил на скользкую во всех смыслах тропу интимных отношений.
Глава вторая
Как обольстить девушку
Вы не прочитаете от меня здесь полезных советов о том, «как лучше всего снять телку», поскольку я никогда такой ерундой не занимался. Мне всегда было насрать на «уникальные методики знакомства» и «секреты гарантированного соблазнения». Я также не сходил с ума, придумывая «хитроумные планы» для привлечения женского внимания. У меня все получалось как-то само собой, без особого напряга, зачастую даже помимо моего желания. Уж не знаю, что было тому виной – природная ли моя харизма (отсутствие которой никогда не мешало мне быть уверенным в ее наличии) или врожденное чувство юмора. Помните, как в известном детском фильме черепаха Тортилла обращается к Буратино: «А знаешь, ты почему-то мне очень понравился!»? На что тот ей отвечает: «Это потому что я обаятельный!»
Ну а если говорить серьезно, то мне всегда казалось, что знакомство с девушкой должно происходить просто и непринужденно, как отправление естественных потребностей. Без идиотских ужимок, хитрых уловок, попыток заморочить голову и выставить себя в лучшем свете. Все это, на мой взгляд, только оскорбляет мужчину. Вот почему я также не назову вам точную цифру своего донжуанского списка. И не только потому, что давно уже сбился со счета, но еще и потому, что считаю все эти «сексуальные победы» проявлением тщеславной натуры, глупым бахвальством, которое всегда мне претило. В конце концов, я же не скудоумный пи-капер какой-нибудь, волокита или повеса. Мне достаточно того, что девушки меня любят, а большего нам, мужикам, и желать нельзя.
Я бы мог, наверное, многократно усилить свое влияние на женщин, бросая на них таинственные взгляды, делая многозначительные паузы в словах и шепча всякую ахинею в уши. Но такая игра казалась мне чересчур нарочитой и ненастоящей. Зачем усложнять себе задачу? Максимум, на что я был способен, – это одарить девушку смущенной улыбкой и скромно предложить ей разделить со мной ложе. На что она, как правило, начинала весело смеяться в ответ. «А ты шутник, однако!» – со смехом говорила красавица, укладываясь через какое-то время со мной в постель.
Да, в юности я был весьма охочим до женщин (не так, как в зрелые годы, но все же), и для меня не было более желанного лакомства, чем нежная, прелестная девчушка, забродившая любовным соком. Чуть ли не ежедневные влюбленности сладко пьянили мой мозг и заставляли терять голову. Это было совершенно восхитительное и незабываемое время! Надеюсь, не только для меня. Женщины платили мне той же монетой, и их вполне можно понять – я был тогда молод, хорош собой и беспечен (не путать с обеспечен). А перед таким сочетанием человеческих качеств сложно устоять.
Помню, шел как-то по Арбату, вдруг слышу: «Вы только гляньте на него! Каков развратник!» Смотрю, прямо по середине улицы на переносной скамейке сидит какая-то необъятных размеров бабка и на меня пальцем тычет!
Легко ли я знакомился с девушками? Нет, к сожалению. Мне всегда стоило большого труда подойти и заговорить с красавицей – при виде ее я почему-то начинал туго соображать и сильно тормозить. Поэтому я настойчиво работал над собой, занимался аутотренингом. Шучу, конечно. Но вот что интересно. В мужском коллективе я никогда не лез за словом в карман и не испытывал проблем с коммуникацией. Однако стоило мне только очутиться среди обворожительных женщин, как меня словно подменяли – я превращался в какого-то робкого заику. Представляю, с каким недоумением смотрели на меня девушки. Иногда, правда, на меня находило вдохновение, и я начинал искрометно шутить и балагурить. Но случалось это не так часто, как мне бы хотелось.
Все-таки нелегкая это работа – развлекать девушек разговором. Хотя они, конечно, любят болтунов. Самое желанное их занятие (после секса, разумеется) – это раскрыть рот и слушать. Вы не замечали, что первое, о чем они просят мужчин (часто вместо приветствия): «Ну, расскажи чего-нибудь». Меня подобная просьба всегда вводила в ступор. «Да не хочу я тебе ничего рассказывать! Все равно через пару минут забудешь, о чем мы с тобой разговаривали. И потом, с какой стати я должен кого-то развлекать? Меня бы кто повеселил – вот это было бы дело!» – думаешь ты про себя. Тем более таких застенчивых типов, вроде меня, самих подбадривать надо. Я иногда в разговоре с девушкой так и говорю: «Ну, давай, помогай мне тебя обольщать, а то у нас с тобой ничего не получится».
Зато воображение мое никогда меня не подводило. Я тут же принимался отчаянно фантазировать на всякие сексуальные темы. Мне представлялось, как я обнимаю ее гибкий стан, как запускаю руку между теплых, загорелых ног и мы проваливаемся в пленительный омут страсти и удовольствия. Одним словом, вместо того, чтобы действовать, я только витал в своих эротических грезах и облизывался на девушку, как кот на сметану.
Иногда мне приходилось подолгу оставаться без женщины (бывали и такие трагические периоды в моей жизни), и тогда я буквально изнывал от терзавших меня мрачных дум. Все валилось из моих рук, и я ощущал какое-то жуткое отчаяние. Страдания юного Вертера – ничто по сравнению с теми страшными муками, которые в отсутствие девичьей ласки приходилось претерпевать мне. Правда, я никогда не заливал слезами окружающее меня пространство. И уж тем более не планировал переместиться на тот свет из-за несчастной любви, как это случилось с героем знаменитого романа Гете. Но страдания мои от этого не становились легче. Отсутствие секса казалось мне проклятьем, которое поражает всякого похотливого грешника, решившего превратить один из смертных грехов в приятную для тела добродетель.