Олег Соколов – Исповедь о жизни, любви, предательстве и смерти (страница 50)
На следующий день Настя переехала ко мне на квартиру, и фактически с этого момента мы стали жить как муж с женой. Она кажется наконец была счастлива, и ожидала, что вот-вот мы скоро поженимся.
Глава 27. Первые трещины
Но тут я видимо совершил роковую ошибку, первую страшную ошибку, которая, быть может, была, если не определяющей для дальнейшей катастрофы, то, по крайней мере, стала одной из ее причин.
Хотя мы уже жили с Настей, я решил все-таки отметить Новый год с детьми, полагая, что Настя, которая обычно на этот праздник уезжала к своим родителям на Кубань, воспримет это спокойно, тем более, она не раз повторяла, что ей надо будет так или иначе навестить родителей.
Но все оказалось просто ужасным. Внешне она восприняла это предложение довольно спокойно, что меня и сбило с толку. Я подумал, что это будет лишь небольшая темная черточка в наших отношениях, не более. Но оказалось, что Настя испытала ужасающий шок и восприняла это как оскорбление. Она готовилась встречать Новый год со мной, как жена, принимать у нас дома моих друзей… и вдруг такая ссылка. После этого глубокая страшная обида запала в ее сердце.
О, если бы я знал, если бы мог предположить, что этот новогодний праздник с детьми обойдется мне так дорого, и как позже окажется чудовищно дорого, я конечно бы ни за что не отменил бы нашего совместного Нового года!
Еще до возвращения Насти от родителей моя жена ушла с детьми уже окончательно, и мы стали жить с Настей постоянно. Но я почувствовал, как что-то надломилось! Если до Нового года, когда она звонила родителям, она, не скрываясь, говорила, что мы живем вместе, но теперь, чтобы разговаривать с мамой, она уходила на кухню, и говорила ей, что звонит из общежития!
Но любовь Насти не угасла и выдержала этот удар. В том, что с её стороны любовь была, любовь искренняя и честная, сомнений быть не может. Уже во время следствия, изучая вместе с моими адвокатами «вещественные доказательства», ноутбуки Насти, я обнаружил удивительные трогательные фрагменты её дневника (по неизвестной причине в ноутбуке били только записи за непродолжительный период времени).
Вот что она записала в конце февраля 2018 г, записала не для меня, не для подруг, а только для себя самой:
«Я люблю и любима. Мы с мужем (она называла меня «муж», так как мы жили уже как гражданские муж и жена) выстроили идеальные для нас обоих отношения. Со временем наша любовь не угасает, т. к. только мы решаем, какой будет наш брак…
В нашем доме всегда есть место друзьям. Мы с мужем счастливы принимать гостей и при этом любим друг друга.»
Но, увы, скоро произошло событие, не имеющее, казалось бы, никакого отношения к нашей любви, но которое сыграло роковую роль в нашей судьбе.
Это обстоятельство, а точнее человек (впрочем, человек ли?), зовется Евгений Понасенков.
Самоуверенный, самовлюблённый тип, считающий себя историком, а на самом деле жалкий фрик, болтун, дешёвый шоумен. Действительно, достаточно посмотреть ролики с этим гражданином, чтобы сразу понять, что он страдает обострённой формой нарциссизма. Я в жизни не видел более самовлюблённого ничтожества. Сейчас ему 38 лет, если не ошибаюсь. Он когда-то учился на историческом факультете Московского университета, но не смог защитить диплом и был отчислен. Но это не помешало ему в 24 года написать книгу с громким названием «Правда о войне 1812 г.»!
Это единственная книга, которую я видел, где портрет автора изображен во всю лицевую сторону обложки и во всю обратную сторону!
Книга эта крайне поверхностная. Да и как она могла быть другой, если её написал человек едва сошедший (не доучившись) со студенческой скамьи… Но всё это было не так страшно для науки, ибо после написания этого опуса Понасенков решил, что он великий певец и посвятил свое время упражнениям в этом искусстве. Результат этих упражнений можно легко увидеть в интернете. Кроме слов «жалкое зрелище» и «убожество» ничего на ум не приходит. Понасенков также стал автором статей для журнала гомосексуалистов «Квир», но он не только, так сказать, как автор «теоретик», но и практик. Судя по всему, у него есть влиятельный сексуальный партнер. Именно он проталкивает скорее всего это ничтожество повсюду.
Но мало ли в мире убогих… Я бы никогда не обратил внимание на Понасенкова, если бы в 2017 году не вышла его книга под идиотским названием «Первая научная история войны 1812 г.». Я не собирался обращать на неё внимания, лишь удивляясь беспримерной наглости человека, считающего, что за 200 лет никто в России и Европе не написал ничего достойного на эту тему. Но многие мои товарищи просили меня ответить — неужели это удивительная супер научная книга? Я сделал ролик на эту тему вместе с Климом Жуковым, где достаточно подробно разобрал этот опус.
Сразу хочу сказать, что в науке и в жизни я всегда старался быть честным человеком и признавал заслуги даже неприятных мне людей. Должен сказать, что в книге Понасенкова есть несколько дельных идей. Но на этом все её достоинства заканчиваются. Книга состоит почти наполовину из самолюбования автора и самовосхваления. А другая половина книги — в основном болтовня на самые разные темы — от «генома неандертальца» (!) до воспоминаний какой-то русской монахини XX века, о том, что в её монастыре не было туалетной бумаги! Бесконечные рассуждения о Сталине, Гитлере, репрессиях в СССР и о немытой тупой России.
В самой эпохе войны 1812 г. автор плохо разбирается, и в основном бросается в глаза поверхностность его суждений. Библиография, приведённая в конце, большей частью списана с большого исследования Андрея Попова, так как все орфографические ошибки, которых при издании книги Попова было сделано великое множество в иностранных названиях книг, повторяются точно один в один в книге Понасенкова. Вещь совершенно немыслимая, если бы автор писал библиографию сам (подробно со всеми деталями книжонку Понасенкова разобрал историк Лев Агронов, в интернете этот разбор нетрудно найти).
Отмечу, что, когда у меня началась тяжба с Понасенковым, о которой я буду говорить, мне позвонил один из компетентных сотрудников Военноисторического архива в Москве и заявил, что архив готов дать бумагу, в которой будет подтверждено, что Понасенков, который изображает себя знатоком архива, там в действительности никогда не работал. Для интереса во время моей работы в Военно-историческом архиве Франции (Service Historique de la Defense) я поинтересовался в управлении архива — работал ли там господин Евгений Понасенков. Оказалось, что никогда такой человек не получал карточку архива и никогда там не работал.
И так во всем остальном… Его книга просто болтовня, иногда забавная, иногда идиотская, рассказывающая, о чем угодно, только не о заявленной эпохе. Ярые сторонники Понасенкова стали визжать, что ни я, ни другие историки просто не могут понять со своих «ватных», псевдопатриотичных позиций передового смелого автора.
Это просто абсурд. Я критиковал его не за взгляды, а за чудовищную некомпетентность. Историк, это в определённой мере следователь. Его роль — не просто вынести какому-то из исторических личностей вердикт.
Историк должен обосновать свои выводы, а для этого глубоко проникнуть в эпоху, понять её дух, стиль, прочитать тысячи подлинных документов. Без этого даже если где-то он вынес правильные суждения, ценность их будет равна нулю…
Но, впрочем, хватит о книжонке гражданина Понасенкова.
Моя критика его опуса была ироничной, но я всегда оставался в рамках приличий, это была научная критика. Я не боялся ответа, потому что знал, что в моих книгах нет такого безобразия как у него, и если он даже чего-нибудь найдёт, то лишь какие-то мелкие неточности, лишь то, что является мнением, которое не совпадает с его. Ну и что с того?
Но я получил в ответ ролик, где он в течение около 2 часов оскорблял меня, угрожал, что «вышлет слуг», которые побьют меня палками, поливал невообразимыми, абсолютно неприличными в научной среде грязными ругательствами. Через некоторое время вышел ещё ролик этого гражданина, где снова в течение 2 часов он осыпал меня оскорблениями.
Но это было только началом. «Научная дискуссия» превратилась в настоящую травлю, сопровождавшуюся хулиганством. Мне бесконечно звонили пранкеры, мне присылали угрозы физической расправы по телефону и по интернету, пытались взломать мою почту. Наемные хулиганы расписывали грязными оскорблениями мою парадную. На мою открытую лекцию в Университете пришли люди, подосланные Понасенковым, чтобы оскорблять меня прилюдно и этим самым вызывать мою ответную реакцию. Реакция была вполне предсказуемой, мои друзья и в частности студенты нашего университета вышвырнули провокаторов из зала. Всё это было снято на видео, умело смонтировано и представлено, как «избиение студентов», хотя те, кого выталкивали, никакими студентами не являлись, а студенты как раз их и выводили.
Так как я отреагировал на оскорбления ничтожеств, пришедших сорвать мою лекцию, сказав, что это люди от подлеца и негодяя Понасенкова, это было также заснято на видео, и этот тип подал на меня в суд за оскорбление!!! Да, как это ни дико, человек в течение многих часов чудовищно оскорблявший меня, имел наглость обидеться за то, что был назван именем, которого он вполне заслуживает.