Олег Шовкуненко – Тест на выживание (страница 64)

Смерть товарища привела бойцов в ярость. Они прямо-таки превратили в дуршлаг трех ближайших монстров и непременно удвоили бы или даже утроили этот счет, не прозвучи громкая, не терпящая возражений команда Загребельного.

– Уходим! Заберите у Осокина боезапас.

Ах вот кто это был. Вот кому не повезло. Осокин. Улыбающееся лицо молодого бойца вмиг встало перед глазами. Что ж, браток, пусть душа твоя упокоится с миром. А тело… Я полагаю лучше не знать, что произойдет с твоим телом… со всеми нашими телами.

Когда спасительные джунгли рынка остались позади и мы выскочили на широкую дорогу, я почувствовал себя комаром на голой заднице. Вокруг исконно русское раздолье. Это вам не заграница, не западноевропейские населенные пункты, где здания жмутся и цепляются друг за друга. Это Россия, одна изба на три гектара. А что, жалко? Землицы хоть жопой ешь. Есть где разгуляться, размять ноженьки поутру. Вот именно этим нам сейчас и предстояло заняться. Других вариантов просто не было.

В какой-то сотне метров на север двигалась большая группа кентавров. Но мы, как бы не замечая, игнорируя их, кинулись в просвет между стоящими на противоположной стороне улицы длинными, будто железнодорожные составы, девятиэтажками. Как ни странно нас не заметили или сделали вид, что не заметили. Чем лучше я узнавал кентавров, тем все больше приходил к выводу, что это чертовски коварные и хитрые бестии. От них можно ожидать чего угодно.

Хотя тревога и закралась в мою душу, но по настоящему паниковать было еще рано. Опасность сейчас везде, она поджидает на каждом шагу. Чем именно те кентавры отличались от сотен других, которые нам непременно встретятся впереди?

Однако вперед мы пока не спешили. Прижавшись к стене одной из домов, группа слушала новую задачу, которую ставил командир:

– Наша цель девятиэтажка на Можайском. До нее примерно сотня метров. Преодолеваем их одним рывком. Во время броска ни в коем случае не останавливаться. При появлении противника огонь вести с ходу. Подъезды на противоположной стороне, поэтому о них забудьте. Обходить здание не будем. Проникаем внутрь через окна первого этажа.

– Почему мы идем именно к Можайскому шоссе? – не самый лучший момент для вопросов, но тем не менее я задал тот, который мучил меня.

– Потому что другой дороги у них нет, – бросил Леший. – Кашалоты пройдут сквозь здания и не заметят, зато для кентавров, которые их сопровождают, этот трюк будет явно затруднителен. Значит выход один – двинуть по самой широкой улице, по той, где сможет поместиться вся их развеселая компания.

Все правильно и логично. Мне даже стало стыдно, что сам до этого не допер. Наверняка не о том думаю. Лиза, всякие там нежные чувства, жизнь, смерть… Вся эта лирика серьезно затуманила мне мозги. Это совсем не то, о чем размышляют в разгар жестокого боя. Слава богу голова подполковника ФСБ остается холодной, рассудительной, работает так, как и полагается. Именно продуктом этой работы и стала следующая команда:

– Никонов, Зверев, Казарян, пойдете первыми. Проверить здание. Остальные тридцать шагов позади. Все, бродяги. Рысью бегом марш!

Три человека тут же юркнули за угол здания. Мы выждали полминуты и рванули вслед за ними.

То, что я увидел за поворотом, было обычным двором обычного жилого микрорайона. Навечно припаркованные автомобили, все как один с битыми стеклами, спущенными, а то и подозрительно разорванными шинам. Облезшие скамейки, часть которых когда-то явно пошла на топливо. Раскуроченная детская площадка в которой будто резвился выводок африканских слонов. Тонкие почерневшие стволы молодых кленов, так и не ставших раскидистыми исполинами. Справа невысокое полуразрушенное здание в форме буквы «Ш», сейчас уже не поймешь то ли жилое, то ли принадлежавшее какому-то учреждению. Весь этот пейзаж припудривался слоем полусгнившего мусора, разукрашивался тянувшимися по стенам домов известковыми потеками. Короче, двор как двор, других сейчас, пожалуй, и не встретишь. Правда, имелась в нем одна замечательная довольно редкая особенность. Он был абсолютно пустынным. Нам пока везло. Вопрос, надолго ли?

От созерцания местных красот меня отвлекла заминка впереди. Лиза не выдержала ритма этого сумасшедшего спурта и упала. Ее ноги пока были еще слишком слабы. Подняться девушке помог постоянно находившийся подле нее Пашка и один из бойцов, невысокий черноволосый парень с азиатскими чертами лица. Притормозивший рядом с ними Леший, ободряюще крикнул:

– Держитесь. Уже почти все. Наши вошли…

Загребельный не договорил. Именно в этот момент и рубанули автоматные очереди.

Авангард группы проник внутрь той самой многоэтажки, которая была намечена для засады и неожиданно открыл огонь. По кому именно? Что там внутри и как? Этого мы даже не могли представить. Зверье обычно не лазит внутри зданий. Но тогда с кем сцепились трое наших бойцов? Причем, судя по всему, сцепились насмерть.

Все мы тоже оказались бы втянутыми в смертельную круговерть, не упади Лиза. Так что вроде как она спасла нам жизнь… или по-другому – подписала смертный приговор тем парням, что оказались внутри. Ведь их всего трое, и поддержки не будет. Мы просто не успеем.

Так и вышло. Когда мы вплотную приблизились к зданию, стрельба почти стихла. Последним звуком, прозвучавшим внутри, был грохот. Взрыв гранаты выбил окно на втором этаже, и оттуда выпал человек в камуфляже. Когда мы подбежали, он был еще жив.

– Кентавры… много… – простонал Казарян. Затем неестественно выгнулся и замер.

Салютом ему послужили залпы девяти стволов. Мы били по окнам, в которых как по волшебству замелькали многолапые силуэты. Страха на было, о своей безопасности никто даже не помышлял. Единственное чего мы страстно желали, так это мстить.

Нам очень повезло, что большая часть окон первого этажа была забрана прочными решетками. Это дало нам возможность опомниться. Разум возобладал над эмоциями до того, как кентаврам удалось их вышибить.

– Отходим! – прокричал Леший. – Все назад!

Какой там назад! Когда я оглянулся, то увидел, что из того самого прохода меж домов, через который только что прошла наша группа, во двор вливается целая армия вооруженных копьями и дубинами бестий. Это был конец. Остановить мы их не могли, укрыться негде… Бежать? Куда ж тут убежишь! Догонят через пять минут. Так что остается только смерть. Мы погибнем впустую, совсем не так, как хотели. Наша жертва никому не поможет, никого не спасет. Цирк-зоопарк, как глупо, безалаберно и бездарно!

Именно в этот момент я и заметил. Справа от нас просвет между домов затопила гигантская серая масса. Сперва показалось, что здания срослись между собой, превратились в новую Великую Китайскую стену. Однако было несколько явлений, упрямо свидетельствующих, что это не совсем так. Во-первых, аномальная неожиданно возникшая смычка заметно колебалась. Во-вторых, по ее усеянной крупными буграми поверхности то и дело проскакивали яркие голубые молнии. Они! – мелькнуло у меня в голове.

– Они! – выдохнул Загребельный.

Да это действительно были кашалоты. И появились они до того, как мы успели занять огневые позиции. Ну а теперь, исходя из сложившейся ситуации, уже и не успеем это сделать. Да нам и не позволят. Кентавры ведь нарочно набились во все здания по пути следования этого кортежа смерти. Додумались, гады, что люди могут укрыться именно там и нанести неожиданный удар по их главному оружию. А без засады как же их достать? Не атаковать же поднявшись в полный рост, да с криками «Ура, за Родину!».

Я подумал об этом как об утопии, и тут же понял, что обнаружил тот самый единственный выход, который поможет, который сделает нашу гибель не напрасной. Прямая атака кентавров это безумие, самоубийство, но только для тех, кто желает уцелеть. Нам же это не светило при любых раскладах. Так что…

Я оттолкнул Блюмера, покрепче ухватил автомат и заорал во всю глотку:

– В атаку, ребята! Покажем этим сукам кто есть кто!

В порыве ярости я даже сделал несколько самостоятельных шагов, и морпех Сергей, желая поддержать меня, инстинктивно рванулся вслед. Третьим в атаку кинулся Леший. Он тут же все понял и осознал.

– В атаку, бродяги! Клюев, гранатомет к бою! – завопил он и одной очередью срезал выпрыгнувшего из окна кентавра.

Истребление сыплющихся из девятиэтажки тварей являлось нашим основным занятием лишь до тех пор, пока мы бежали вдоль задней стены здания. Но как только отряд свернул за угол и впереди нарисовалась широченная автомобильная магистраль… Вот тогда-то мы и перестали замечать тех многоногих чудовищ, которые гнались за нами по пятам.

Все взгляды, все внимание, все мысли мигом прикипели к четырем живым горам медленно ползущим мимо нас. Они были совсем близко. Два, может три десятка шагов. И это делало картину совсем уж нереальной. Шеренга кашалотов, плотное каре не менее чем из сотни кентавров. Мимо ползли чудовища, которые явились, чтобы убивать. И что же? Они словно не замечали нас, даже не смотрели в нашу сторону, будто нас и вовсе не существовало. Отрывистое дыхание огромных глоток, размеренное тяжелое шарканье сотен лап, гипнотизирующее покачивание чешуйчатых тел… Ко всему этому не хватало лишь задающего ритм барабанного боя.