Олег Шовкуненко – Бегство (страница 44)

Когда работа оказалась законченной, молодой человек поспешил оценить возможности своего нового оружия, для чего несколько раз крутанул им у себя над головой. Кирпич с угрожающим свистом рассек густой пыльный полумрак подземелья, чем продемонстрировал каждому, кто мог наблюдать за этой сценой, что у бывшего жестянщика Сергея Корна вовсе не стоит становиться на пути. Череп такого смельчака непременно подвергнется серьезной проверке на прочность.

Удовлетворившись результатами испытаний, новгородец рванулся вглубь подвала. План Сергея был предельно прост. Сеть коридоров под огромным промышленным корпусом непременно должна была иметь множество выходов. И это вовсе не обязательно двери. Дорогой на волю могли послужить шахты подъемников и лифтов, вентиляционные колодцы, коммуникационные туннели, короче, все то, что связывало подземный технический уровень с надземной производственной зоной.

Уверенность охотника в том, что такие проходы действительно существуют, базировалась не только на опыте и чутье, но еще и на реальных наблюдениях. В подземелье проникало немного света. Разумеется, это были всего лишь мутные призрачные пятна, окружавшие то какую-то уходящую вверх трубу, то решетку, то возникшую во время землетрясения трещину, однако именно благодаря им в подвале все еще можно было худо-бедно видеть. И главное ― как раз эти робкие посланники дня, тепла, солнца и дарили ту самую, так необходимую сейчас надежду на спасение.

Корн ринулся в один из самых широких коридоров, или его даже следовало назвать галереей, вдоль одной из стен которой тянулся бесконечный ряд колонн. Эти массивные бетонные громады одна за другой выныривали из темноты, каждый раз заставляя юношу сжиматься в комок. А как же иначе? Ведь именно за колонной его и могла поджидать какая-нибудь злая голодная бестия.

Однако, несмотря ни на что, Сергей все же продолжал считать решение свернуть именно сюда совершенно верным. Во-первых, широкая подземная магистраль могла быстрее привести его к противоположной стороне подвала, а стало быть и к другому выходу. Во-вторых, только вдали от стен, в достаточно просторном помещении охотник имел возможность по полной применить свое оружие. Ну, и в-третьих… В-третьих, опасность, она ведь скрывалась не только здесь, она насквозь пропитала все это дрянное место.

Очевидно чувство смертельной опасности хлынуло в душу Корна вовсе неспроста. Он и впрямь ее почувствовал, причем ни какую-то там эфемерную, а самую что ни на есть реальную, готовую вцепиться ему прямо в загривок.

Рефлексы охотника сработали даже раньше, чем его разум. Сергей лишь только силился осознать кто тот враг, который так тихо и незаметно подкрался сзади, а разогнанная на широком размахе каменная булава уже летела прямо в голову сутулого серого призрака, за долю секунды сформировавшегося из самого мрака.

Удар получился весьма громким и странным. Он походил на звук, с которым дешевый углепластиковый скутер влетает в железобетонный фонарный столб. Это было столь неожиданно, что новгородец даже опешил. Из замешательства юношу вывел сдавленный человеческий голос, который без малейшего энтузиазма прохрипел:

— Вот же сука…!

Человек? Это человек?! ― в Корна как будто всадили тысячу вольт электрического разряда. ― На меня что, охотятся люди?! Почему? Для чего? Да кто они вообще такие?!

Из всех версий мозг новгородца тут же выбрал самый правдоподобный вариант ответа: Ахмед! Это он их нанял, подкупил. Эта гнида все никак не может успокоиться. Ему мало крови Кристины, он страстно жаждет насладиться еще и муками его ― Сергея.

Топот грохочущих по бетону ног оповестил, что именно к этому все и идет. К охотнику приближались как минимум трое, причем первый из этих противников находился уже в считанных шагах.

Для встречи «дорогого друга» новгородец резко развернулся. Именно в этот миг он и разглядел расплывчатое тускло-синее пятнышко, скачущее так близко, что казалось до него можно взять и дотянуться рукой. Неистовое биение этого ультрамаринового облачка свидетельствовало, что противник Сергея мчится во весь опор. Он явно рассчитывал вцепиться в свою жертву еще до того, как та опомнится, сумеет сориентироваться и разобраться в ситуации.

Надо сказать, напрасно рассчитывал. Молодой охотник уже был готов к этой атаке. Он даже вспомнил рассказ одного отставного полицейского, который учил их, зеленых пацанов, использовать кинетическую энергию противника против него же самого.

Ой, спасибо тебе, дядя Игорь! ― произнес про себя юноша и ударил ногой в темноту перед собой. Корн будто лягнул высокий покрашенный черной краской забор в надежде проломить в нем дыру где-то на уровне своей груди.

Как выяснилось, идея оказалась очень даже неплохой. Правда, судя по силе удара, получилась вовсе не дыра… скорее рухнул сам забор. И это именно его обломки образовали ту бесформенную темную груду, которая теперь громоздилась и постанывала всего в шаге от молодого охотника.

На удивление тусклый лазурный светляк не угас, а наоборот разгорелся, превратившись в тонкую двадцатисантиметровую дугу. О том, что это такое Сергей, конечно же, догадался. Какой-то прибор ночного видения. От неистового спурта приоткрылась его контрольная панель. Издалека ее маскировочный синий свет заметить было невозможно, но вот когда враг оказался всего в нескольких шагах…

Мне нужен этот прибор. Просто позарез нужен! ― решил Корн и кинулся на распластавшееся на грязном бетоне тело.

Темная масса, на которую рухнул охотник, особого сопротивления не оказала. Лишь один раз противник вяло попытался схватить Сергея за горло, но получив сильный удар локтем, захрипел и тут же перевел дальнейшие боевые действия сугубо в лингвистическую плоскость. Из этого красочного монолога молодой солдат, типа Сергея Корна, наверняка мог почерпнуть много чего ценного, да только вот момент для такого урока сейчас оказался самый неподходящий.

Понимая, что возможность видеть практически приравнивается к возможности выжить, новгородец вцепился в то, что согласно его догадке являлось очками или маской ночного виденья. Сорвать ПНВ и ходу! А учитывая, что все подземелье уже гудело от уханья чужих шагов, это надо было сделать как можно скорей.

Но не тут-то было! Неожиданно пальцы Сергея заскользили по гладкой выпуклой поверхности.

— Что за черт? ― прошипел охотник, продолжая судорожно шарить рукой по неизвестному предмету. Правда, неизвестным он оставался всего несколько секунд, по истечении которых до Корна таки дошло: ― Шлем! Это же боевой шлем!

Новость оказалась дряннее некуда. Во-первых, она означала, что на новгородца напали не какие-то там левые охотники за головами, а люди Стального полковника. Для них Ахмедовские юани оказались ничем не хуже купюр, отсчитанных в армейской кассе. Во-вторых, ПНВ, на который юноша так вожделенно раскатал губу, ради которого потерял массу драгоценных секунд, теперь превращался в несбыточную мечту. Прибор являлся вставной панелью боевого шлема, который требовалось не только содрать с головы поверженного врага, но еще и перенастроить под себя. Ну, и в-третьих… Тот самый первый ублюдок, которого Сергей только что ласково приголубил кирпичом… Что ему этот удар, раз он был в шлеме?!

Мысль о том, что вот сейчас, именно в этот самый миг кто-то поднимается у него за спиной, кто-то готовится нанести предательский удар, заставила Корна рывком откатиться в сторону.

Как выяснилось, сделано это было очень и очень вовремя. Вместо удара по голове охотник получил лишь резкий чирк по левому плечу. Однако и этого, прямо сказать, не очень уж сильного касания вполне хватило, чтобы Сергей застонал от боли. Черт, его рана!

Полыхнувшее огнем плечо прямо таки отрезвило новгородца. Да что за фигню он творит? Зачем ввязывается в драку, в которой никогда и ни за что не победить? Это не просто глупость, это настоящее безумие! Нет, надо уходить! Только отчаянное, может даже трусливое бегство способно сохранить ему жизнь!

Еще смутно соображая, как и куда бежать, Корн стал пятиться, усиленно перебирая руками и ногами: просто в сторону, в черноту, в никуда, не выпуская из вида клубящиеся позади тени. Заставить себя развернуться, хоть на мгновение потерять их из виду, казалось выше всяких сил. Но вместе с тем охотник осознавал… нет, скорее чуял, что тянуть больше нельзя. Он должен встать и, воспользовавшись замешательством своих врагов, попробовать оторваться. Сейчас или никогда!

Встать не получилось. Вместо этого юноша кубарем полетел куда-то вниз, в непроглядную густую черноту.

Черная бездна, которая поглотила новгородца, на счастье оказалась вовсе не такой уж и бездонной: метр, а может даже и поменьше. Рухнув на ее дно, Сергей вновь ударил раненное плечо, причем довольно сильно ударил, однако ему хватило ума и выдержки, чтобы плотно стиснуть зубы и не проронить ни звука. Поступок оказался мужественным, а главное правильным, очень правильным, охотник понял это, когда до его слуха долетел разъяренный возглас:

— Где он? Я его не вижу!

Первый голос поддержал второй, более басистый и, как показалось Корну, подозрительно знакомый:

— Блин, гребанный сученок! Мне прямо в ПНВ засадил. Полвина режимов вырубилась!