Олег Шелонин – Запретная любовь (страница 53)
Алиса смотрела на агонизирующую планету глазами Блада, и душа ее корчилась, умирая с каждой отнятой императором жизнью… Стоп! Императором ли? В зеркальном отражении потухшего экрана она увидела суровое, морщинистое лицо, и оно явно не было лицом ее Блада! Только теперь она поняла, что имела в виду эта странная квакушка, останавливая Блада в рубке.
— Пит! Это не твое! — завопила Алиса.
Переданная видением капитана боль была так сильна, что ее качнуло, и она невольно вцепилась в безвольную руку Блада. По телу капитана словно прошел электрический разряд, и ее швырнуло в очередное видение. Правда, теперь это видение было уже совсем другим.
Глазами Блада Алиса увидела, как он шел между рядами пирующих астронавтов, и сразу узнала обстановку казино «Мягкой посадки» на Селесте. Блад шел, внимательно вглядываясь в лица астронавтов, и прислушивался к их разговорам. Ему срочно нужен был штурман, и Пит был полон решимости его найти. И тут Алиса увидела саму себя, бредущую навстречу капитану. «Господи, как я нелепо выгляжу в этом убожестве», — ужаснулась Лепесткова, глядя на свой наряд. Но Блад, похоже, так не считал. Словно теплая волна омыла Алису, когда она увидела саму себя, курносую малявку в простеньком платьице среди пьяных громил.
И тут Алиса почуяла закипающую в Бладе ярость. Она видела свое гибкое тело, которое извивалось, пытаясь дотянуться до носа громилы с явным намерением его откусить, видела, как он ловко вывернул ей руку, заставив мордашкой ткнуться в стол, прямо в блюдо с каким-то салатом, видела, как бугай с удовольствием шлепнул ее ладонью по оттопыренной попке, вызвав общий ржач собутыльников.
Охватившая капитана волна ненависти сыграла с подсознанием Блада злую шутку.
Тупая, чуть не на физическом уровне невыносимая боль заставила Алису отпустить руку капитана, и ее вышвырнуло из сознания Блада, которое, как испорченная пластинка, опять начало ходить по кругу.
— Что случилось? — взволнованно спросил биоробот.
— Меня выкинуло, — тяжело отдуваясь, сообщила Лепесткова.
— Но вы в его сознание прорвались?
— Да.
— Не отступайтесь. Попытки контакта надо продолжать. Мои датчики зафиксировали мощный всплеск мозговой активности пациента. Постарайтесь вызвать в нем самые приятные воспоминания. Вытаскивайте его сознание из этой мертвой зоны. Разрушьте скорлупу!
— Я попробую. — Алиса несколько раз глубоко вздохнула, словно перед прыжком в воду, и не взяла, а буквально вцепилась в беспомощную руку капитана, дав себе слово, что бы ни случилось, никогда и ни за что ее не отпускать…
— И вы что, собираетесь сидеть здесь восемьсот пятьдесят лет? — Фиолетовый нарезал круги по своей каюте, кидая злобные взгляды на профессора.
— Нет, конечно, — раздраженно отмахнулся Лепестков. — Но не стоит делать опрометчивых шагов. Сначала надо все взвесить. Лично я считаю, что необходимо дождаться выздоровления капитана Блада. Он уже не раз доказывал, что умеет находить выход из любой ситуации. Да ему и выход находить не надо! Корабль слушается только его, и как только он выйдет из комы…
— …тут же начнет гоняться за этим фельдфебелем! Профессор, очнитесь! Да, корабль у императора уникальный, нам до таких технологий еще расти и расти, но пока что он уносит нас все дальше и дальше от цели. Я тут сделал простенький математический расчет. Отсюда до Селиона нам сорок два дня в подпространстве киселя хлебать, если идти на нормальной крейсерской скорости стандартного скачкового двигателя. А учитывая, что еще из этой ловушки придется как-то выбираться, то времени вообще нет! Три дня! У нас всего три дня, для того чтобы вырваться из этого капкана, добраться до цивилизации и нанять приличное судно.
— Да все я прекрасно понимаю! Но как вы себе это представляете? Одни, по горам. Здесь только первоклассные альпинисты со спецснаряжением смогут пройти, а насколько мне известно, ни вы, ни я никогда этим видом спорта не увлекались.
— Все верно. Одни мы не пройдем, но в сопровождении восемнадцати крепких мужиков и Стесси — запросто!
— Предлагаете поднять бунт на корабле? — фыркнул профессор.
— Зачем бунт? — Фиолетовый затормозил напротив кресла Лепесткова. — И Стесси, и ее мальчики пойдут с нами по доброй воле. Кстати, с одним из них я уже наладил контакт.
— Не понял, — нахмурился профессор.
— Сережа, ты наивен до предела, — простонал штурман. — Неужели ты поверил в этот цирк с судилищем над Стесси? Потерпевшие, как же! Наказанные они, а не потерпевшие. Провинились в чем-то перед своей госпожой, вот и огребли от нее по полной программе. А этот болван Блад глазами хлопает и не видит, что его элементарно водят за нос! Да ты сам подумай! Скромная деревенская девчонка, владеющая давным-давно утраченным древним искусством восточных единоборств, вокруг которой увивается мультимиллионер Алонзо Бельдини, якобы случайно знакомится с Джимом. Потом, по ее наводке, этот щедрый меценат знакомится с Бладом, и вот мы уже отклоняемся от маршрута и оказываемся на Лимбо, а следом, как ведьма на помеле, прилетает Стесси на шикарной яхте. На крыльях любви она, видите ли, прилетела. Профессор, я уже не в том возрасте, когда верят в сказки.
— Так вы считаете, что Стесси здесь не из-за Джима? — заволновался профессор. — Тогда какая ее цель?
— Да мне плевать на ее цель! У нас цель совсем другая, но на этом этапе наши цели совпадают.
— В чем?
— В том, что валить отсюда надо.
— Да как вы не поймете! — начал горячиться профессор. — Если капитан очнется и вернет контроль над кораблем, то мы до Селиона доскачем в один момент!
— Как же, доскачем! Вы видели, как он тут дроидов громил и всех за глотки брал? Он одержимый, Галактику спасает и, пока не грохнет Станица, не успокоится. А я вам так скажу, это не моя война, не ваша и не война Алисы. Девчонку под мышку, и бежать отсюда. Бежать так, чтоб только пятки сверкали!
— Вот Алиса-то как раз и не побежит, — удрученно вздохнул профессор. — Вы же видите, как она к Бладу прикипела.
— А без Алисы с ее мыслефоном нам никак! — покачал головой Фиолетовый.
— Я ей могу, конечно, попытаться приказать, она пока еще несовершеннолетняя, но ведь не послушается, я в этом уверен. Упрямая, вся в Наташу.
— Послушается, — мрачно буркнул штурман, прокручивая что-то в голове. — Это я беру на себя. Так что, примыкаем к группе Стесси и ее сержанта с генеральскими замашками?
— Генеральскими?
— Да, что-то мне говорит, что звание у Грева — ого-го! На его морде как минимум три высших образования написано, но, повторяю, мне на это наплевать!
— А мне что-то говорит, что вы сейчас со мной неискренни, — насторожился Лепестков. — Три высших образования по физиономии определили… а по мне, так он солдафон солдафоном! Николай Петрович, будьте любезны объясниться!
Фиолетовый скрипнул зубами, отвел в сторону глаза и вновь начал нарезать по каюте круги.
— Николай Петрович…
— Да если я сейчас всю правду расскажу, вы шагу с корабля не ступите, и нашей миссии конец! — взорвался штурман.
— И все же, Николай Петрович, я хочу, чтобы вы играли со мной честно! Я же вижу, что вы что-то скрываете.
— Хотите? Ладно! Только как бы вам потом об этом не пожалеть!
Фиолетовый активировал свой Итор, и в кают-компании развернулась объемная голограмма.
— Стесси? — удивился Лепестков.
— Она самая. Да вы на ее смазливую мордашку не смотрите, вы лучше то, что под ней написано, читайте. Я ведь не дурак: как заподозрил неладное, сразу в гэбэшные файлы полез. На моем Иторе их тьма-тьмущая.