Олег Шелонин – Царский сплетник (страница 52)

— Да вроде и не сопит уже. Точно, думает! Ушел в себя и…

— …не вернулся. Вот было б здорово! — мечтательно вздохнул кот, — Все проблемы долой!

— Да ты что, совсем опух? Ему еще нас от царя-батюшки отмазывать.

— Правильно мыслишь, Жучара, — протяжно зевнул Виталик, потер кулаками глаза и спустил ноги на пол. — Чего там у вас?

— Тут тебе кузнец какую-то хрень на телеге привез, — сунул нос в дверь Васька, — пускать?

— Пускай. Пусть он эту хрень в сарай тащит.

— А остальных тоже пускать? — фыркнул волк, появляясь рядом с Васькой, — Там еще целая толпа урок собралась. Такие же синюшные, как и ты. Так я их запускаю?

— С ума сошел? — испугался царский сплетник. — Не хватало еще, чтоб их Янка увидела. Она, кстати, здесь?

— Нет, еще не пришла.

— И то слава богу. Так, вы свои морды там тоже не светите. Сейчас я спущусь и сам со всеми разберусь.

Виталий потряс головой, прогоняя сон, еще раз сладко зевнул, потянулся, поднялся с кровати и пошел разбираться. Надо сказать, разбираться было с кем. Около подворья Янки Вдовицы скопилась довольно приличная толпа. Ванька Левша притащил с собой всех своих работников, которые опасливо косились на маявшихся с дикого бодуна пиратов, стараясь при этом держаться поближе к телегам, нагруженным столбами с приколоченными к ним щитами, и отдельной телеге, на которой был установлен пресс. Успокаивало их лишь присутствие сотника Федота, лениво постукивавшего рукоятью кнута по голенищу сапога. Увидев Виталия, стрелец сделал приветственный жест.

— Принимай своих орлов. Все здесь. В целости и сохранности. Одна просьба. Похмеляться им не давай. А то еще одной такой ночи Великореченск не переживет.

— Все будет тип-топ, — успокоил его царский сплетник, — Ты, главное, своим стрельцам прикажи их не задирать. И мы до завтрашнего утра надо будет сделать ряд работ…

— Каких? — простонал Семен. Приняли пираты на грудь перед этим так много, что четыре часа в холодном порубе не сфокусировали их до конца.

— Очень нужных и важных. И махать вам на этот раз придется не саблями, а лопатами.

— Что? — дружно ахнули пираты.

— Что слышали! — сердито рыкнул на них Виталий, — И радуйтесь, что не кровью, а потом придется искупать свою вину.

— Да какую вину-то? — опешил Семен.

— Страшную! Виталий б вы, гады, как я сегодня утром перед царем-батюшкой краснел и оправдывался! Полтора часа дворец брали! Срамота! Да на такую примитивную операцию по всем нормативам отводится не больше десяти минут! Ну теперь держитесь у меня! Гонять буду до седьмого пота!

— А вот теперь я не понял, — насторожился Федот, — так этой ночью вы с разрешения царя-батюшки?..

— А ты что думал? — «искренне» удивился Виталий, — Мы запросто так по пьяной лавочке город на абордаж брали? Учения это были, учения! По личному поручению Государя Всея Руси на штурм шли. Это была проверка боевой и политической подготовки. Экзамен, кстати, не выдержал никто: ни вы, ни мы. Вы город позорно сдали, а мои орлы, подлецы этакие, в нормативы не уложились. Так что теперь держитесь. Всем достанется. Ну вам за утерю бдительности и нерасторопность царь-батюшка лично ввалит, ждите оргвыводов, а со своими орлами я разберусь лично.

«Ну вот, просьбу царя-батюшки выполнил. С меня теперь взятки гладки. Я — обычный мелкий исполнитель гениальных планов державного», — удовлетворенно хмыкнул Виталий.

— Так, чернила, бумаги купил? — повернулся он к Ивану.

— Все купил, барин.

Виталий распахнул ворота.

— Все, кроме столбов, тащи со своими работягами в сарай и двигай потом отдыхать. До утра свободен.

Телега въехала во двор. Подручные кузнеца сгрузили с нее пресс, установили на указанное царским сплетником в сарае место, Ванька Левша выложил закупленную на базаре бумагу, чернила и изготовленное им клише на стол и поспешил удалиться, пока добрый барин не загрузил его еще какой работой.

— Теперь с вами разберемся, — окинул пиратов хмурым взглядом Виталий, — Вы город хорошо знаете?

— Да не так чтобы, — настороженно откликнулась его команда.

— Мы недавно здесь, — отдельно пояснил Семен.

— Понятно. — Юноша задумчиво посмотрел на сотника, с любопытством наблюдавшего за действиями царского сплетника, — А что, Федот, не хочешь подсобить нам в одном деле государственной важности?

— Отчего ж не подсобить? Подсоблю. Что делать надо?

— Вот этим столбам применение найти, — кивнул Виталий на телеги, — Надо их на самых людных местах Великореченска в землю вкопать. На площадях, базарах, около рестораций и кабаков. Если я тебе на эти работы своих орлов выделю, до вечера управитесь?

— Управимся, — степенно кивнул Федот, — А зачем все это, не скажешь?

— Народ тут, как мне объяснили, поголовно грамотный. Вот пусть почитают, что на этих столбах будет расклеено.

— Бумагу на них хочешь повесить? — сообразил Федот.

— Ага.

— Бумага, знаешь ли, нынче в цене.

— Знаю.

— В момент скрадут.

— И что же делать? — растерялся Виталий.

— Есть выход. Заплатил ты неплохо. Так что мои ребята отработают. Приставлю к каждому столбу по стрельцу, и все дела.

— Спасибо, друг! Да, теперь насчет лопат, — полез юноша за деньгами в карман, но сотник отрицательным жестом его остановил:

— Найдем лопаты. Денежки прибереги на другой случай.

— Добро, — кивнул Виталий и повернулся к пиратам, — А вы, как работы закончите, двигайте прямиком обратно, сюда, для получения следующего задания. И не дай вам бог приложиться к бутылке! В ближайшие сутки вы мне нужны трезвые! И если я к вечеру учую от кого запах спиртного, отлучу от своей персоны тут же!

— Кэп, ну зачем так зверствовать? — испугался Семен. — Давай просто вздернем на рее, и все дела…

— Гм… тоже вариант. Ну с богом!

Виталий проводил взглядом свою похмельную команду, гурьбой валившую за сотником, вернулся на подворье и аккуратно закрыл ворота на засов.

— Эй, где вы там, доходяги? — кликнул он Ваську с Жучком, — Пора отбывать трудовую повинность.

«Доходяги» вышли из сеней, где они пережидали нашествие, мрачно посмотрели на постояльца.

— У Янки противень есть?

— А на чем она плюшки печет, по-твоему? — фыркнул кот.

— Тащи в сарай, — приказал юноша. — Да поживее.

Васька с Жучком переглянулись, морды их расплылись в довольных улыбках, и они не спеша двинулись исполнять приказание.

— Вот гады, — покачал головой юноша и пошел в сарай настраивать пресс.

Поработал кузнец на славу. Клише с его первой статьей было вырезано точно в размер листа. Виталий установил его на нижнюю плоскость пресса, взялся за ворот и начал крутить винт. Стыковочные поверхности пресса были выверены до миллиметра.

— Ай да Ваня! — восхитился царский сплетник, как только верхняя плоскость пресса коснулась клише. — Действительно, настоящий Левша!

За спиной юноши послышалось громыхание. Васька с Жучком тащили противни хозяйки. Виталий быстро выкрутил винт в обратную сторону, вырвал противни из лап своих помощников, поставил оба на стол, плеснул на дно одного из них чернила и окунул в них валик. Васька с Жучком с любопытством наблюдали за его действиями. Юноша осторожно отжал краску во втором противне и прокатился валиком по клише, после чего аккуратно положил сверху лист бумаги и взялся за ворот винтового пресса. Работа закипела. Через минуту царский сплетник держал в руках первый экземпляр уж если не газеты, то листовки точно. Осторожно положив его на подоконник сушиться, юноша смазал клише свежей краской и заложил в пресс следующий лист.

— Вот в таком вот аспекте и действуйте, — строго сказал он, извлекая второй экземпляр листовки.

За его спиной послышалось фырканье. Юноша повернулся к своим помощникам. Они в тот момент Виталий первый экземпляр листовки и, как и Ванька Левша перед этим, недоверчиво крутили головами.

— Не, не поверят, — вынес свой вердикт Васька.

— На такую дешевку никто не клюнет, — согласился с ним Жучок.

— Снесут его буйную головушку за бездарную трату государственных денег, а потом и до нас доберутся, как до пособников, — удрученно сказал Васька.

— А не пора ли нам отсюда сваливать в страны дальние? — задумался Жучок, — Три тыщи золотых будут там очень кстати.

— Нельзя, — отрицательно покачал лобастой головой баюн. — Без хозяйки нельзя.