Олег Шелонин – Очарованный меч (страница 43)

— Это за три порции, — поспешил сказать половой.

— За порцию три салта, — усмехнулась девушка. — Жази, ты помнишь, сколько стоит это блюдо в Кардамане?

— Шесть пферингов, — просипел Темлан.

— То есть в пять раз дешевле. А в Лусоре?

— Три.

— То есть дешевле ровно в десять раз. Прелестно. А теперь, любезный, ответь мне на вопрос, — Натка пригубила исходящее пузырьками газа вино, — кто хозяин этого трактира?

— Господин Бине.

— А постоялого двора?

— И постоялый двор принадлежит господину Бине.

— А еще в Зареме есть питейные заведения?

— Есть. Но они тоже принадлежат господину Бине.

— Я так и думала — вот он, корень зла. Неплохо устроился ваш господин Бине. Зови его сюда.

— Зачем? — Половой затрепетал, предчувствуя проблемы.

— А вот это, любознательный ты наш, я сообщу лично твоему хозяину. Быстро его сюда!

Половой метнулся в подсобку, и скоро оттуда выскочил пухленький, плешивый коротышка и колобком подкатился к Натке, наметанным глазом определив, кто в этой компании главный. А Натка расстроилась. Она сразу поняла, что этого шустрилу просто так на слаб о не возьмешь, однако отступать было уже поздно.

— Господин Бине? — сладким голоском спросила Натка.

— Чем могу служить, госпожа?

— Для начала хочу поблагодарить за превосходное вино, поданное к нашему столу. Отменного качества продукт.

— Приятно слышать. Мы к клиентам завсегда с душой.

— Одна беда. Товар у вас с душком.

— Неужто плохо пахнет?

— Еще как! Конкретно леваком разит. Госпожа, что сидит рядом, — кивнула Натка на Темлана, — в этом деле большой специалист.

— Часто зависала в кабаках? — тонко улыбнулся господин Бине.

— Нет, в имперских винных погребах, — не смутилась Натка. — Ее часто приглашают в спорных случаях в качестве эксперта, когда возникают сомнения в качестве товара. Так вот наш эксперт утверждает, что вы здесь торгуете не шеронской кислятиной, а элитным норманским вином, которое поставляется исключительно к императорскому столу и в две ресторации Мидора для высшей знати по четыре кнара за бутылку.

— Ну надо же мне было так опростоволоситься! — расстроился трактирщик. — Прошу прощения. Сам-то я не из благородного сословия, мне в эти ресторации ходу нет, норманского не пробовал ни разу. Но я исправлюсь. Создателем клянусь, исправлюсь. Орин!

— Да, господин Бине? — кинулся к нему половой.

— Какой за этот стол ты счет представил?

— Два кнара девять салтов и восемь пферингов.

— Добавь еще три кнара, — приказал трактирщик, — и срочно исправь ценник. Ты представляешь, шеронское вино уже приравнено к норманскому. Совсем мы мохом поросли в этом захолустье. Спасибо благородным дамам, — просветили. Век живи, век учись.

Если он пытался смутить Натку, то не на ту напал!

— Да вы просто сыплете цитатами! Радуйся, Жази, в наши сети приплыла большая рыба. Редкий попался экземпляр.

— Да, похоже, это наш клиент, — покусывая губы, чтоб не рассмеяться, просипел Темлан. Он видел, как лихо трактирщик сделал Натку, и спешил ей подыграть. Отдавать практически шесть кнаров за один обед ему не улыбалось.

— Вообще-то это вы мои клиенты, — продолжая сиять лицом, сообщил трактирщик.

— А вот тут вы ошибаетесь, господин Бине, — сказала Натка. — Вы что, всерьез считаете, что можете спокойно без лицензии торговать таким вином? Жази, почем нынче лицензия на право торговли норманским?

— Пятнадцать тысяч кнаров, — откликнулся Темлан, — и в связи со сравнительно небольшими объемами производства количество лицензий ограничено. Последняя выдана семь лет назад столичной ресторации «Бравый барон», и на этом выдача лицензий остановлена.

Натка правильно адресовала вопрос. Про норманское вино Темлан знал все!

— А как обстоят дела с пошлиной в имперскую казну?

— На норманское вино она составляет двадцать пять процентов.

— То есть ровно один золотой кнар с каждой бутылки?

— Совершенно верно.

— Да, господин Бине, плохи ваши дела. Как давно торгуете этим, так сказать, шеронским вином?

— Уж два года, — спокойно сказал трактирщик.

— И много товару через вас прошло?

— Ну, золотой кнар сумма для здешних мест немаленькая, но местная знать к игристому вину уже пристрастилась, так что раз в три месяца мне подвозят партию в шесть ящиков по двадцать пять бутылок в каждой.

— Это значит, восемь партий за два года, по полторы сотни бутылочек зараз. Итого казна недосчиталась за два года одной тысячи двухсот кнаров, а с учетом лицензии — шестнадцати тысяч двухсот кнаров. Прелестно, — умилилась Натка, — господин Бине, вы просто мечта любого следователя. Поете соловьем. Жази, выпиши штраф товарищу.

— Чего? — офигел Темлан.

— Штраф! — сердито шикнула девица на непонятливого подельника. — На вышеозначенную сумму.

— Ага… ну да…

Темлан начал озираться. Как выписать, а главное на чем и чем? На помощь пришел Клэнси, выудив из своих многочисленных карманов лист бумаги, перо и чернильницу-непроливайку.

— Что-то она мне напоминает, — задумался трактирщик, уставившись на чернильницу.

— Наверное, мы в одной лавке отоваривались, — воздел очи к потолку воришка и замер с видом херувима.

— Прежде чем составлять такие серьезные бумаги, — вздохнул трактирщик, — давайте посмотрим мои.

— Вот это уже разговор по делу, — согласилась Натка.

— Одну минуточку, — трактирщик удалился и скоро вернулся с кипой бумаг. — Здесь, уважаемые дамы, вся разрешительная документация на право открытия питейных заведений в городе Зареме и на содержание доходных домов и постоялых дворов.

— На данный момент нас больше интересует сопроводительная документация на партии вот этого вина, — просипел Темлан.

Натка кивнула, одобряя инициативу друга.

— Извольте. Вот сертификаты на все поставки. — Трактирщик выудил из кипы несколько бумаг.

Темлан жадно в них вцепился и буквально отсканировал взглядом каждый миллиметр. Затем с облегчением улыбнулся и передал их Натке.

— Подделка! Явная подделка.

— Ты уверена, Жази?

— А ты на оттиски таможенных печатей посмотри. Для купажа норманского в графство пару сортов завозят из Шерона. Я эти оттиски знаю наизусть.

— Выходит, все эти бумажки — липа, — развела руками Натка.

— Ну уж это я не знаю, — ситуация начала напрягать трактирщика, — для меня все просто. Товар есть, сертификат и сопроводительные бумаги есть. Там все четко зафиксировано. Происхождение товара, его цена. С каждой бутылки я, как и положено, плачу в казну аж целый салт!

— То есть как минимум раз в десять меньше, чем положено.

— Так я и продаю вино дешевле.