Олег Шелонин – Очарованный меч (страница 21)

— Куда?

— В графство Норма.

Император покосился на свой кубок с норманским вином.

— В это самое?

— Совершенно верно.

— И что они там забыли?

— Не могу знать, ваше императорское величество, но по последним данным Сиоген прибыл туда уже не как Сиоген и даже не как Сенека, а как барон Лима эл Стока эт Кордей. Так его представили в графстве спутники Сиогена. При этом они утверждали, что барон Лима пострадал в боях за родину, что он друг покойного графа и его воспитанника Темлана, и грозились пожаловаться на хозяев замка в тайную канцелярию, если их не возьмут на постой.

— Как интересно! — оживился монарх. — А на каком основании?

— По словам спутников философа, на основании вашего указа.

— Моего?!!

— Или указа одного из ваших предков. Эльфам этот момент так понравился, что они его даже законспектировали.

— Зачитай.

— Сейчас. — Гартран покопался в бумагах своей папки, нашел нужный лист и с выражением зачитал: — «Отказ в помощи героям, пострадавшим в боях за отчизну, приравнивается к коронному преступлению. Вы его только что совершили, отказав барону Лима в праве на постой. Мы доведем этот прискорбный факт до сведения тайной канцелярии, как только доберемся до ближайшего города».

— Лихо! И кто такое завернул?

— Леди Натали, когда с управляющим замком Норма ругалась.

— Слушай Гартран, а ты про такой указ когда-нибудь слышал?

— Нет, — покачал головой Гартран и, предупреждая вопрос императора, добавил: — Ваши архивариусы тоже. Они сейчас потрошат архивы в поисках чего-нибудь подобного.

— А ведь интересный указ придумала эта Натали. Сенон!

— Да, ваше величество? — услужливо согнулся секретарь.

— Если архивариусы такой указ в архивах не найдут, оформи его от моего имени. Я подпишу. Такие указы повышают рейтинг императора, завоевывают любовь народа и, что самое главное, ничего ему не стоят. Министр финансов будет доволен.

— Сделаем, ваше императорское величество, — кивнул секретарь.

— А Сиоген что делал, пока эти аферисты фальшивыми указами грозились? Почему против такой наглой лжи не возражал?

— Ему было не до того. Он в это время в повозке весь в бинтах лежал.

— А может, он и правда ранен? — заволновался император. — Может, уже мертвый?

— Скорее мертвецки пьяный. Мертвые, знаете ли, так не храпят.

— Все равно проверьте. Лекаря там какого подошлите.

— Прекрасная идея, ваше величество.

— Не то слово. Гениальная! Этот лекарь подберется к ним вплотную и заодно выяснит, не взяла ли эта лихая компания моего философа в заложники.

— Сделаем.

— И что с нашим Сиогеном было дальше, Гартран?

— В замок его унесли. После того как леди Натали пригрозила тайной канцелярией, управляющий замком и барон Сайна эл Девис эт Тант явно струхнули…

— А что там делал этот барон?

— Да вроде как в гостях у графини Норма эл Пайра эт Рилан находился. Достойная девушка. Она под самый конец из замка на шум вышла.

— Неужели леди Натали так громко ругалась? — усмехнулся монарх.

— Нет, это Кровавый Фоб перед этим в ворота замка громко стучался. С первого удара их с петель снес.

Император радостно заржал:

— В веселую компанию наш Сиоген попал. Так что там сделала графиня?

— Как только узнала, что барон Лима друг ее покойного отца, тут же предложила всем прибывшим свое гостеприимство, несмотря на траур…

— Стоп! — Император опять посмотрел на кубок с вином. — Графство Норма! Ну да, как же я сразу-то не сообразил! Их же преследуют несчастья! Кто там из этого семейства еще жив остался?

— Только графиня Норма эл Пайра эт Рилан.

— Чего забыл там наш философ? Беда, это ведь так заразно! — расстроился монарх.

— Не могу знать. Что творится внутри замка, нам неведомо. Стены очень толстые. Ничего не слышно. Даже спецоборудование не помогает.

— Не могу знать? И это все, на что способна моя тайная канцелярия? — возмутился император.

— Пока не могу знать, — заволновался Гартран. — Но скоро благодаря вашей гениальной идее насчет лекаря и кое-каким мерам, предпринятым вашим покорным слугой, мы будем знать гораздо больше, а может, даже все!

— Что за меры?

— В замке графини очень много слуг, и они не сидят там безвылазно. На рынок, в лавку за товаром ходят, заскакивают и в таверны… — Глава тайной канцелярии тонко улыбнулся.

— Я тебя понял, — кивнул император. — Действуй, Гартран. И, как только что-то выяснишь, немедленно ко мне на доклад! Я должен знать обо всем, что творится в графстве Норма.

11

Первой, зябко поежившись, проснулась Пайра. Сладко зевнув, она открыла глаза, оторвала голову от подушки, осмотрелась и сразу поняла, в чем дело. Мерзлячка Натка во сне сумела-таки перетянуть на себя все одеяло и зарыться в него с головой. Элениэль привыкла спать на свежем воздухе, и ей все было нипочем, а вот графиня немножечко продрогла. На кресле, похрапывая не по-женски, прикорнула Белокурая Жази. Темлан честно сторожил свою сестру всю ночь, но на рассвете его все-таки сморило. Пайра улыбнулась. Она прекрасно выспалась, и ей было очень хорошо. Это была первая ночь за последние два месяца, когда ее не мучили кошмары.

Почувствовав рядом шевеление, мгновенно проснулась эльфа и первым делом выхватила из-под подушки нож.

— Ой, — испуганно пискнула Пайра.

Ее писк соответственно разбудил Темлана, и он взметнулся с кресла, пытаясь в прыжке выхватить меч, однако лепесточки гарды мертвой хваткой вцепились в ножны.

— Д-д-девочки, вы что? — пролепетала насмерть перепуганная Пайра.

Элениэль поспешила убрать оружие, а Темлан прекратил сердито сипеть на гламурный меч, не желавший подчиняться своему хозяину.

— Ну что вы тут устроили в такую рань… — простонала Натка. — Дайте поспать человеку! Оу-у-у…

Темлан подошел к кровати, осторожно приподнял край одеяла. Лучи утреннего солнца, льющиеся из приоткрытого окна, упали на конопатую мордашку Натки, заставив ее болезненно сморщиться:

— Уйди, Тём…

Юноша поспешил зажать ей рот.

— Леди Натали, вам к больному не пора? Это вам я, Белокурая Жази, говорю… ай! Ты чего кусаешься?

— А чем я, по-твоему, дышать должна? Попой? Ты же мне не только рот, но и нос заткнул… ла! — Натка рывком села на кровати и схватилась за голову. — Оу-у-у…

— Что это с ней? — испугалась Пайра.

— Похмельный синдром, — пояснил Темлан. — В этом состоянии резкие движения вредны для здоровья. Предупреждала же ее вчера, что это вино коварное!

— Да оно пьется, как газировка, — простонала Натка.

— Не знаю, что такое газировка, но чувствую, что норманского вина вы раньше не пробовали, — сообразила Пайра. — Жази, а зачем вы леди Натали рот затыкали?

— Есть только три способа не дать ей дрыхнуть до обеда: окатить холодной водой, стянуть с кровати за ногу или…