Олег Шелонин – Дело о похищенном корыте (страница 62)

– Что? – не поняла Наталка.

– Посторонитесь, говорю!

Внезапно стол вместе со всеми, кто за ним сидел, отъехал в сторону, а на его месте в самом центре зала стали появляться сундуки. Огромные, тяжеленные сундуки с металлической окантовкой. Они появлялись прямо из воздуха и выстраивались стройными рядами в центре зала.

– Хозяин, я тебя умоляю: не подписывай ты больше ничего! – Домовой, стеная и рыдая, побрел на кухню.

Клэнси ринулся вперед, приподнял крышку ближайшего сундука и извлек оттуда горсть крупных золотых монет.

– Да это же секнары! – ахнул вор.

– Откуда здесь секнары? – изумилась эльфа.

– Не знаю.

– Похоже, нашлась пропавшая казна, – пробормотал Темлан.

– Какая еще казна? – не поняла Наталка.

– Имперская казна династии Туканов, – пояснил воришка. – Страстная мечта всех кладоискателей. О ней легенды ходят.

– И все, выходит, врут, – задумчиво сказал Темлан. – В них говорится, что имперская казна затонула в море, так как бегство было спешное, и корабли отплыли в сезон дождей и бурь. А ее, выходит, никуда не вывозили.

– Да какая разница! – счастливо взвизгнула Наталка, подпрыгнула, повисла у своего жениха на шее и крепко, не стесняясь посторонних глаз, поцеловала в губы. – Главное, что никакой контракт нам теперь не страшен, и ты будешь жить!

– И как велика была имперская казна? – спросил Эльгард.

– По слухам, больше шестисот миллионов секнаров, – сообщил Клэнси. – А один секнар – это два с половиной кнара, если прикидывать по весу.

– Значит, полтора миллиарда кнаров, – задумчиво сказал полковник. – Обидно.

– Что обидно? – не поняла Элениэль.

– Обидно, что очередная версия накрылась, – пояснил Эльгард. – Я, как эти сундуки увидел, решил, что корыто всего-навсего предлог. Кто-то узнал про сокровища, что здесь хранятся, и решил их прибрать к рукам, но тогда речь шла бы о совсем других процентах. Фоб, ты эти сундучки до утра не покараулишь?

– Да запросто! – рыкнул Кровавый Фоб.

– Благодарю.

– Так мне Сиогена с Корониусом будить? – спросила эльфа.

– Нет, моя золотая. Практически проблема решена, так что даю отбой и предлагаю пойти в мою опочивальню.

– Нет, в мою!

– Уговорила. В нашу. Однако какая у меня строптивая жена!

Темлан кинул мрачный взгляд на сундуки.

– Ты что, не рад? – изумилась Натка.

– Нет, что ты, все в порядке. – Парень покосился на сияющую Элениэль, перевел взгляд на Натку, склонился к девушке и тихонечко шепнул ей на ушко:

– А ты знаешь, какой сегодня день?

– Нет.

– Окончание официального двухмесячного траура второй степени по моему отцу.

– И? – насторожилась Натка.

– И пари ты все же мне продула. Пришла пора расплаты. Кстати, по окончании двухмесячного траура, по закону, если император дает свое добро, то можно играть свадьбу.

– Он даст! Пусть только попробует не дать!!!

17

Проснулась Натка поздно, где-то к полудню и, не раскрывая глаз, сладко потянулась. Она и без того по жизни была сова и обожала допоздна понежиться в постели, а после ТАКОЙ ночи… Рука нащупала подушку. Пустую. Девушка рывком села на постели, открыла глаза. Темлана рядом не было. Натка огляделась. В опочивальне она была одна. Вроде ничего особенного. Ну мало ли куда и зачем он вышел, но острое чувство тревоги заставило девицу торопливо натянуть на себя одежду и покинуть спальню. То, что ее опасения не напрасны, она поняла сразу, как только спустилась вниз.

– Я вас только умоляю, – донесся до нее голосок Элениэль из пиршественного зала, – делайте все тихо. Если она проснется раньше времени…

– Да знаем мы! – прогудел Сиоген. – Карлуша, ты код подобрал?

– Нет еще. Очень искусное плетение, но я этот дневник открою. Клэнси, ты молодец. Чую, это то, что нужно!

– Всю ночь искал, – гордо сказал вор. – Пытался найти вход в сокровищницу Фили, а нашел эту тетрадь. Вот только открыть ее не смог, заразу!

– По дате на шкатулке ей восемь сотен лет, – сказал философ. – Она ровесница династии Урлингов. Этот дом, похоже, тоже. Скоро мы все узнаем.

Натка ринулась вперед, ворвалась в пиршественный зал, и первое, что ей бросилось в глаза, это был стол. Он стоял на своем прежнем месте, там, где раньше находились сундуки. Золото исчезло. За столом сидело почти все детективное агентство, за исключением Темлана и ее самой.

– Где они? – внезапно севшим голосом спросила Натка.

– Кто они? – сделал наивные глаза Корониус.

– Со мной шутить не надо. Где Темлан и золото?

Эльгард встал из-за стола, сочувственно посмотрел на Натку.

– Темлан вот-вот должен прийти, а золото… вернулось назад, в сокровищницу.

– Как?!! Почему?!! Где Темлан? Что он еще натворил?

– Ваш муж, леди Натали, – вздохнул философ, – благородный человек.

– Даже чересчур, – сердито буркнула Элениэль.

– Он сейчас в департаменте недвижимости переоформляет этот дом на вас.

– Зачем?!! – заорала Натка.

– Чтобы дом сменил хозяина и у Фили были развязаны руки. – В пиршественный зал вошел Темлан и обнял девушку за плечи.

– Но зачем ты это сделал?!!

– Прости, родная, но я не мог допустить, чтобы такие деньги оказались в руках наших врагов. На них можно нанять армию наемников, перевооружиться, а это опять война. Тысячи, десятки тысяч невинных жертв.

Натка зарычала, вырвалась из рук Темлана и помчалась на кухню.

– Леди Натали!

– Натка!

– Не надо!

– Не делайте глупостей, леди Натали!

Детективное агентство в полном составе понеслось вслед за взбесившейся девицей.

– А ну верни деньги назад!

– Не могу!

Филя юркнул за бочку, Натка за ним, домовой нырнул под стол, Натка за ним, но тут ее за… гм… ну, скажем так, за место чуток пониже талии поймал Темлан и выдернул девчонку из-под стола.

– Натка, он не может.

– Может! Я сейчас пойду и перепишу дом обратно на тебя.