Олег Шаст – Обиженный вампир (страница 95)

Я смог немного повернуть голову и краем глаза увидел другое большое окно. Комната оказалась в виде подковы, и сразу с дверей мне эту часть помещения заметить не удалось.

Рядом с окном стоял широкий стол, на котором лежала обнажённая Соня с закрытыми глазами. Над ней с заинтересованным видом склонился человек в красной мантии жреца.

Волна страха прошла по телу. Первый?

Монах повернулся и приложил к лицу палец. В помещении было много света, и я разглядел, что половина его лица и руки были замотаны бинтами как у мумии. Однако глаза явно не принадлежали сушёному мертвецу. Живые и в них просматривался фанатичный блеск. Это не Первый.

Монах отвернулся и склонился над Соней. Одна его рука была направлена в мою сторону, а вторая иголкой тыкала живот помощницы

— Что ты делаешь?! — зарычал я.

Жрец повернулся и покачал головой.

— Сохраняй тишину, мутант, — предупредил монах. — У меня важное исследование.

— Иначе что? Оторвешь мне голову?

— Так и будет, — улыбнулся Борис, отпивая крови из бокала.

Комендант не выдержал и покосился на вампира.

— Может, хватит прохлаждаться? Кто из нас начальник безопасности? В крепости идет бой. Враг ворвался даже сюда, а ты ничего не делаешь.

— Не переживайте, мой друг, сейчас со всем разберемся. Могу поспорить, что Леон — негласный лидер их восстания и стоит показать нападавшим его голову, как все прекратится.

Почти угадал. Кашу то заварил не я, а один очкастый имперец.

— Соси, Борис, — прорычал я вампиру, а монах, воткнуть в Соню иголку и тяжело вздохнул.

Он повернулся ко мне и поднял вторую руку.

Шея тут же ощутила неприятное давление. Ее начало вытягивать, и мне пришлось напрячь все мышцы, чтобы сопротивляться непонятной силе жреца.

— Напрасно, силу бога нельзя превзойти, — сказал монах.

Он усилил нажим. Моя шея словно под пресс попала, и если бы не прорва энергии, которая быстро таяла в попытке усилить мышцы для сопротивления, жрец бы еще пару мгновений назад вырвал голову.

Сосредоточившись на шее, я не сразу осознал, что в остальных местах тело может хоть и медленно, но двигаться. Пространстро вокруг перестало быть жестким и превратилось в плотный кисель. Не такая уж сила бога и великая, если ее не хватает, чтобы как следует спеленать одного вампира, пока ты занят отрыванием его головы.

Мне удалось повернуть к монаху кисть с наганом и пальцем взвести курок. Там должен быть еще один патрон.

Монах нахмурился и усилил нажим. Я почувствовал, как из носа пошла кровь. Голова начала кружиться. Монстр крови начал поглощать еще больше энергии и напряг шейные мышцы до предела. Живущая во мне тварь понимала опасность, и старательно помогала сопротивляться жрецу, не пытаясь перехватить контроль над телом.

Наконец ствол нагана замер напротив фигуры монаха. Палец нажал на спусковой крючок. Раздается щелчок и прогремел выстрел. А я заметил, как вокруг монаха проявилась едва заметная пленка, которая перетекла вперед и стала толще, чтобы встретить пулю. Свинец смялся об защиту жреца и упал на пол, а у меня начало темнеть в глазах.

Не вышло…

В ушах зашумело, мышцы начали трещать, а кожа лопаться. И сквозь почти поглотивший меня шум приближающейся смерти, я услышал звон разбитого стекла, а за ним давление на шею внезапно исчезло. Темнота стала отступать, а шум рассеиваться. Глаза несколько раз моргнули. Пелена спала, и взгляд уперся в красный ковер, на котором валялись осколки стекла. Я стол на четвереньках и приподнял голову, чтобы оглядеться.

Первым увидел коменданта. Человек побледнел и вжался в кресло, уставившись в сторону стола, где лежала Соня. Рядом с ним по-прежнему сидел Борис, но теперь его харя не была довольной.

Справившись с головокружением и повернув голову, я увидел монаха. Он лежал в луже крови и осколках стекла с внушительной дыркой в затылке.

— Кхе…кхе, — нервно вырвалось у меня. — Что?

И тут пришел смех.

— Ах-хах-а-ха-ха! — сотрясал хохот мое тело. — Защита бога?! Ну, ты и лошара!

Борис поднялся с кресла и, вытащив из-за пазухи короткий нож с серебряным лезвием, направился ко мне.

Я ткнул пальцем в Бориса и заржал еще громче.

— Видел бы ты свою рожу! Ха-ха-ха! А комендант вообще обосрался наверное!

— Закрой свой рот, — с хрипцой произнес Борис и замахнулся для удара.

Я оборвал смех. Именно он не давал набравшему силу монстру крови вырваться. Контроль удавалось удерживать на самой грани. И теперь она стрелась.

Борис отшатнулся, увидев, как мои глаза мгновенно налились алым цветом, а когти проломили дорогой паркет. Монстр в моем теле выпрямился и нанес вампиру размашистый удар.

Меня оттеснило на роль наблюдателя внутри своего тела. Но в этот раз я не жаловался. Монстру должно хватить пердячего пара для победы над одним лысым мудаком. А мне бы не помешала бутылочка пива и чипсы. Заслужил немного зрелищ?

Борис увернулся, и взмахнул ножом в ответ. Лезвие распороло кожу мне на груди, но рана быстро затянулась. Монстр расходовал скрытые ресурсы организма, невзирая на последствия. Впрочем, любые последствия можно снять крово-тирапией и отдыхом, так что мне было пофиг.

Монстр схватил лысого вампира и бросил того через всю комнату.

Комендант едва успел спрятаться под стол, а Борис снес его кресло и ударился об стену. Лысый вскочил, но мое тело было уже рядом. Монстр впился в него когтями, поднял над головой и преломил хребет об колено. А потом сбросил на пол.

Вампир захрипел и попытался уползти. Его глаза так же начали наливаться алым цветом. Мой монстр ликовал и наслаждался битвой, а теперь радовался появлению равного противника. От моего предостережения сущность попросту отмахнулась и не вернула контроль над телом.

Борис быстро восстановился. Он вскочил на стол коменданта и зашипел в мою сторону. Лысый тоже утратил контроль и уступил тело жажде.

В этот момент из-под стола высунулся ничего не понимающий комендант. Вампир тут же схватил его за голову и дернул к себе, а потом зубами вырвал из шеи человека большой кусок, забрызгав все вокруг кровью.

Борис отшвырнул трепыхающееся тело коменданта в сторону и прыгнул на меня. Наши тела, контролируемые жаждой, сошлись в бою. Монстры рвали друг друга когтями, швыряли предметы, пускали в ход клыки. Я уже изрядно вымотался, пока противостоял монаху и сейчас был не сильнее Бориса, несмотря на недавнюю подпитку кровью ликвидатора. Он же, убив коменданта, получил свежий прилив энергии и потихоньку одерживал верх.

Мысли метались в голове. Мой монстр проигрывал, но если направлять его, использовать силу и ловкость с умом, то шанс еще есть. Но как забрать контроль? Обычно монстр отступал только после утоления жажду, и только один раз он внезапно передал мне тело без всякой причины. Когда укусил Алину.

Я попытался сфокусироваться на вкусе ее крови. Представил эту горечь до мельчайших подробностей и почувствовал, как монстр испытал отвращение. Ему не понравилось!

Мне пришлось представить всю отвратительность ее крови. Тошнотворную, зеленую хрень, что сродни кислоте хочет выжечь тебя изнутри. И на мгновение, монстр дрогнул, а я смог оттеснить его вглубь сознания и перехватил контроль.

Сущность крови внутри обиженно взревела, но пошла ка она в жопу! Больно хорошо устроился. Когда страшно убегает, когда не вкусно не ест. Ребенок, а не монстр.

Борис наносил хаотичные удары, в которых было много ярости, но не наблюдалось смысла. Перехватив контроль, мне оставалось только отбивать их и уворачиваться, чтобы не допустить новых ран, ослабляющих тело.

Спустя несколько секунд я понял, что Борис действовал слишком непредсказуемо, чтобы выстроить стратегию. Он был подвластен жажде, которая была нацелена на уничтожение врага, и не прибегал не к каким приемам. Тем не менее, мне не удавалось увидеть возможность, чтобы перехватить инициативу и перейти от обороны к атаке. И только один вариант, как это исправить, пришел в голову. Дерьмо.

Я не стал блокировать один из ударов противника, и его рука погрузилась мне в живот, пробила кожу и мышцы когтями. Борис возликовал, но в этот же момент оказался открыт.

Я выбросил руку вперед, вложив всю силу. Ударил незатейливо и быстро. Пробил ему брюхо и, прорвавшись через кишки, схватил позвоночник.

Пальцы сжали костяной конструкт и переломили его пополам. В тот же момент тело Бориса обмякло. Вампир рухнул на пол, не в силах быстро залечить такое повреждение.

Его монстр сбежал вглубь сознания, и в глазах лысого промелькнул страх, а потом ему лицо опустилась моя нога. Я наносил удары без остановки и успокоился, когда от лысой башки осталось кровавое месиво.

На меня обрушилась усталость, вызванная жутким голодом. И я едва сдержался, чтобы не начать пить кровь Бориса. Нет. Только не ее.

Вместо этого я опустошил труп монаха и коменданта, а затем подошел к разбитому выстрелом окну. Жажда еще терзало измученный организм, который требовал восстановить потраченную энергию. На помощницу старался не смотреть, чтобы не потерять контроль над телом. Мне было достаточно услышать ее тихое дыхание и размеренный стук сердца, чтобы убедиться, что девушка жива.

Из окна открывался хороший вид. С одной стороны река, с другой лес, посередине широкое поле, разделенное пополам дорогой. Со стороны Переправного, который виднелся в дали, к воротам крепости бежали наши союзники. Бывшие должники империи и охотники из заповедного поселка. Среди них еще мелькала черная форма готов деда Ильи, а чуть поодаль, на холме я заметил девушку с зелеными волосами и винтовкой в руках. Она искала цели на стенах Надежды, и периодически ствол оружия вздрагивал, посылая свинцовый подарок имперцам. Вот кому монах обязан за дыру в затылке.