Олег Северюхин – Пароль больше не нужен (страница 18)

Одну группу разведчиков послали на поиски народонаселения. Людей нашли на территории, которую вы называете Америкой.

Мы создали цивилизации Египта, территорий инков, ариев и кхмеров. Чем больше мы их цивилизовывали, тем кровожаднее они становились и стали нападать на своих богов, то есть на нас, стараясь присвоить себе все наши достижения, чтобы править окружающим миром. Поэтому мы ушли от них. Где сейчас эти цивилизации? Египетская цивилизация под песками, кхмерская заросла в джунглях. Цивилизация ариев исчезла, а на территории инков остались полуголые и всегда полуголодные племена, которые не могут объяснить, откуда появились заброшенные города, высокие дворцы и календарные диски.

– Откуда вы это знаете? – спросил я Банафрит.

–Наши разведчики периодически выходят на поверхность, чтобы оценить ситуацию и доложить главные выводы совету, – сказала девушка.

– Интересно, – насторожился я. – А как они полуслепые, как кроты, выходят на белый свет и как они не кажутся белыми воронами среди людей?

– Они проходят усиленную подготовку, как и все разведчики во всех цивилизациях, – стала пояснять неграмотному человеку многоопытная Банафрит. – Во-первых. Они приучаются к яркому свету. Адаптация проходит достаточно быстро и безболезненно, но все равно, каждый разведчик снабжается специальными поляризованными очками на случай солнечных возмущений. Во-вторых. У каждого из них очень сильная легенда – полная потеря памяти и утрата языковых навыков. Они сразу попадают в лечебницу, где их адаптируют к пребыванию в данной местности. Учат с азов, как малого ребенка. В-третьих. Каждому посланцу оборудуется пункт связи для передачи информации. Даже сейчас среди ваших людей очень много наших посланцев, занимающих значительные должности и которые будут играть важную роль в нашей цивилизаторской миссии на земле.

– Что-то я сомневаюсь в этой цивилизаторской миссии, – сказал я. – Всех цивилизаторов Земля перемалывала в порошок и шла вперед эволюционным, а не революционным путем. Все революционеры заканчивали одинаково. Они уничтожали сатрапии и старались построить общество счастья для всего народа. Но освобожденный ими народ старался вернуться в прежнее рабское состояние. Они избирали начальниками своих бывших господ, с открытыми ртами внимали всему, что они говорили и старались вернуться туда, откуда их вытащили революционеры. Революция всегда умирает, уничтожив перед этим всех своих создателей. Чтобы защитить завоевания революции, карбонарии переходят к массовым репрессиям, уничтожая бывших хозяев и радостные рабы со всей пролетарской ненавистью и энтузиазмом резали людей, которые вели их по пути эволюции. Затем репрессии утихают, и бывшие палачи становятся ласковыми старичками, выступая перед детьми ветеранами большой войны, насланной для проверки прочности революции. Кто во всем виноват? Виноваты все. Хозяева рабов не давали им свободы выбора и порождали этот протест, а протест всегда заканчивается революцией. Бессмысленной и кровавой. Умные хозяева уничтожали рабство и строили общество широких возможностей, понимая, что революция их уничтожит и сделает никем, хотя они могли оставаться всем, регулируя направления эволюции. Весь наш мир разделен на две половины. Эволюционную и революционную. Когда история ничему не учит правителей, они всегда несут зло для своих народов. Главное – найти врага и сделать жизнь народа невыносимой, обвиняя во всем врагов, внешних и внутренних. Все это закончится либо большой войной, либо революцией.

Ваших мы встречаем часто. Вдруг появляется человек ниоткуда. Кто, что, зачем. Обыкновенный февралик. Иногда они вылечиваются и начинают понимать окружающий мир. У нас почти половина руководителей такие же.

– А кто такой февралик? – спросила Банафрит.

– Как бы это понятней объяснить, – размышлял я вслух. – У нас каждый четвертый год называется високосным. В этот год в феврале есть двадцать девятое число. Все остальные три года в феврале имеют двадцать восемь чисел. Так вот, февралик – это человек, у которого каждый год в феврале не хватает одного числа. Или наоборот – каждый год у него лишне число.

– Что-то я ничего не поняла, – сказала девушка, – разве февралик виноват, что двадцать девятое число не каждый год?

– Не виноват, – согласился я, – просто это юмор такой. Но ты не волнуйся, через три дня ты поймешь суть этого выражения.

– А почему через три дня? – снова спросила Банафрит.

– Три дня – это константа для измерения чувства юмора у человека, – сказал я. – Чувство юмора не последнее качество человека. Иногда юмор намного доходчивее самых умных научных объяснений. А некоторым людям юмор доходит как до слона на третьи сутки.

Глава 37

На следующее утро я проснулся от того, что меня кто-то тормошил. Естественно, что это не кто-то, а Банафрит. Я никак не могу привыкнуть к времени в постоянной темноте.

– Вставай и быстро приводи себя в порядок, – командовала девушка. – Тебя вызывают в Великому Ра!

– Вот те раз, – подумал я.

– Вот те два, – подумала Банафрит и сказала:

– Вызов к Великому Ра – это самое знаменательное событие в жизни наших людей. Вызов бывает только один. Либо первый, либо последний. Если человек вернулся с аудиенции Великого Ра – то это значит, что он облечен высшим доверием и является кандидатом на занятие самых высших и престижных должностей.

– А…, – хотел я задать вопрос и был остановлен всезнающей Банафрит

– Еще никто не смог отказаться от этой встречи, – сказала девушка. – Бодигарды уводят человека и приводят его обратно, если человек удостоился милостей.

– А если не удостоился милостей? – спросил я.

– Тогда они выполнят последнюю волю приглашенного, – сказала девушка.

– Таки любую? – засомневался я.

– Любую, – твердо сказала Банафрит. – Кроме убийства Великого Ра. Я знаю немало случаев, когда бодигарды хватали с улицы женщин для последнего перепихона не попавшего в милость приглашенного.

– Ты хотела сказать – попавшего в немилость приглашенного? – спросил я.

– Какая разница, попавший в немилость или не попавший в милость? – возмутилась Банафрит. – Так и так свернут шею и выбросят в утилизатор.

– А кто такие бодигарды? – спросил я.

Банафрит посмотрела на меня как на деревенского паренька, волей судьбы попавшего в город в компанию просвещенных людей, которые знают, что продукты питания растут на деревьях и сорт колбасы напрямую зависит от регулярности полива колбасного дерева.

– Ну ты вообще, – сказала она. – Бодигарды – это охранники тела. Боди – это туловище. Гарды – это охранники. Охранники туловища. У вас что, о бодигардах никто и слыхом и н слыхивал?

– Почему не слышал? – не согласился я. – У нас это слово англичане вывезли из колониальной Индии и сделали своим словом. Наши его переводят как личный телохранитель, то есть тот, кто в любых случаях держит свечку.

– Какую свечку? – не поняла Банафрит.

– Не забивай голову мелочами, – сказал я. – Получается, что бодигард – это самая высокая должность в вашем обществе?

– Да, выше должности не найти, – согласилась девушка. – У нас все начальники из бодигардов разных начальников. Главное – преданность Великому Ра, здесь особого ума не надо, как и для занимаемых ими потом должностей. Главное, чтобы заместители и помощники были грамотными.

– Как нужно одеваться на прием? – спросил я.

– Без разницы, – сказала Банафрит. – Можно идти голым. Все зависит от настроения Великого Ра и того дела, для которого ты позван.

– А я для чего позван? – задал я естественный вопрос.

– Кто его знает, – вздохнула моя спутница. – Ты растешь как гриб и неизвестно, то ли тебя скушают, то ли твои споры пустят на размножение для селекции последователей Ра. Одевайся, бодигарды уже ждут. Если что, то я хотела бы быть твоим последним желанием.

Я похлопал ее по упругой попке и стал одеваться.

Глава 38

До Великого Ра мы добрались быстро. Меня ввели в огромный кабинет с огромным письменным столом. Человек в этом кабинете казался маленькой блохой, представленной на суд ловца, то ли тебя раздавить ногтем, то ли посмотреть, как высоко я прыгаю.

Стол был отделен от посетителей толстым стеклом. Вероятно, для безопасности. Правда, выпуклость стекла могла косвенно говорить о том, что это стекло увеличительное, и чтобы в нем Великий Ра казался действительно великим.

Из-за стола вышел Великий Ра. Он был примерно на три головы выше меня, но все его движения были какими-то механическими, как и механический голос, доносившийся из динамиков.

– Ты намного выше всех наших недомерков, – удовлетворенно сказал он. – Нам нужны такие воины. Ты должен составить план покорения всех проживающих наверху народов. Мы должны быть во всеоружии, чтобы в один день стать господами для них. У тебя есть вопросы?

– Есть один вопрос, – сказал я и поверг в немалое изумление как самого Великого Ра, так и его бодигардов, не спускавших с меня цепких взглядов.

– Давай, спрашивай, – как-то неуверенно сказал Великий Ра, приготовившись к чему-то малоприятному для него.

– Как вы стали бессмертным? – спросил я.

Судя по выражению и жестам Великого Ра, вопрос ему понравился.

– Садись, – сказал он и тут же, как по мановению волшебной палочки, возле меня появился стул. Точно такой же стул, но больше раза в два, появился и около него.