Олег Савощик – Рассказы 37. Прогноз: замыкание (страница 22)

В субботу утром я проснулся, по-прежнему лежа перед включенным телевизором с ногами на журнальном столике. Ноги совсем затекли, прошел целый выпуск двенадцатичасовых новостей, пока я расходился. Онемевшее тело ныло. Особенно мучили тянущие боли в пояснице.

Я доехал на аэротакси. На стоянке у стадиона ждал Сейду. Выглядел как обычно. Не скажешь, что осуществилась мечта всей его жизни, разве только корпус блестел чуть сильнее. То ли его недавно протирали, то ли это заслуга летнего солнца. Вот уж у кого никогда ничего не болит.

– Нам нужно купить по шарфу, – сказал я, выбираясь из аэромобиля. Сейду неожиданно протянул навстречу руку, и я пожал ее. Чуть позже, чем это следует делать во время приветствия, но все же пожал. Прикасаться к холодному металлу летом приятно. Соседство с роботом в этом плане – настоящее спасение, если на стадионе выйдут из строя кондиционеры и отключится купол управления погодой.

В стороне стояли двое мужчин в голубых футболках и кепках «ЦСКА». В руках у обоих – по пластиковому стакану пива. Один чуть повыше, с пивным животом и неухоженной седой бородой. Он кивнул в нашу сторону и негромко, как будто боялся, что его могут услышать, что-то сказал.

Второй, мало чем отличающийся от первого, тоже с пивным животом и молодым, но морщинистым лицом, что-то ответил, после чего они рассмеялись. Так громко, будто перестали бояться, что их услышат. Будто смех друг друга придавал им то ли силы, то ли смелости, то ли наглости.

Сейду не обратил на мужчин внимания и отпустил мою руку. Чуть позже, чем это следует делать во время приветствия, но все же отпустил, и мы направились в сторону нашего сектора. На входе толпилась большая группа болельщиков. Почти все вокруг были одеты в форму «ЦСКА» разных лет, которая хоть и была пошита в одних цветах, но каждый сезон немного меняла узор, а иногда и оттенки. Линии и клетки наплывали друг на друга, так что толпа пестрела всеми возможными оттенками красного и синего, отчего резало в глазах.

Сейду хотел посмотреть, что вокруг, но каждый раз, когда пытался повернуть корпус в сторону, он случайно задевал кого-то из фанатов, которые обступили его плотным кольцом. Один раз он чуть не наехал мальчику на ногу. Отец мальчика посмотрел на Сейду сверху вниз и что-то сказал, но Сейду ничего не расслышал – звуки утонули в шуме красно-синего карнавала. В другой раз Сейду зацепил корпусом волосатую руку мужчины в футболке «ЦСКА», в которой он держал пиво. Пиво пролилось на форму другого фаната, и тот в мокрой футболке, прилипшей к телу, начал что-то кричать мужчине с пустым стаканом в руке. Через толпу к ним протиснулся охранник, чтобы убедиться, что все в порядке, а Сейду плотнее прижался ко мне и больше не смотрел по сторонам.

Перед входом на сектор стояли несколько сотрудников. Половина из них – роботы, а половина – еще люди. Видимо, модернизация у них прошла не до конца. Однако рамки металлодетектора современные – в них можно проходить с кардиостимулятором.

Сейду посмотрел, как я выложил на столик телефон, ключи от квартиры, наушники, линзы дополненной реальности, и захотел тоже что-то оставить на столике. Вот только внутри у него не лежало ни одного заказа, а кроме них он с собой ничего не носил. Я прошел сквозь рамку и начал забирать свои вещи со столика.

– Проходи давай, не толпись, – сказал контролер.

Сейду медленно въехал в рамку металлодетектора. Она ему была не по размеру.

Человек, пусть даже большой, мог спокойно пройти через нее, но корпус робота значительно шире. Когда Сейду втиснулся внутрь, между его боками и рамкой остался зазор уже зубочистки. Рамка запищала и заморгала красным.

– Что металлическое есть? – спросил охранник, глядя на Сейду из-под черных солнцезащитных очков.

– Наверное, я, – ответил Сейду.

– У тебя доставка?

– Я на матч.

– На матч? – спросил охранник и через пару секунд засмеялся, а я молча стоял рядом.

Очередь позади Сейду недовольно загудела. Стоящие под солнцем фанаты один за другим требовали пропускать быстрее. Кто-то неодобрительно засвистел. Свист подхватили, и вся очередь стала похожа на большой гудок локомотива.

Чтобы не тратить время и лишний раз не провоцировать толпу, Сейду отвели в отдельную комнату на стадионе, где охранник с ручным металлоискателем по очереди проверял руки, туловище и голову Сейду, пытаясь понять, что именно в нем пищит.

– Я металлический, это я пищу, – объяснял Сейду, но никто его не слушал. После того как металлоискатель пропищал на каждом участке тела Сейду, охранник проверил, что отсек для заказов пуст, сложил руки на груди и подытожил:

– Похоже, он металлический, это он пищит.

Остальные согласились, и Сейду разрешили пройти.

Несмотря на задержу, мы оказались на трибуне заранее. До матча оставалось еще чуть больше сорока минут, и я предложил сходить в фаншоп, чтобы купить Сейду что-то из атрибутики «ЦСКА».

– Без нее даже непонятно, за кого мы болеем.

Перед магазином тоже скопилась очередь – гораздо меньше той, что перед входом на стадион. Все-таки большинство фанатов ходит на матчи регулярно, у них вся атрибутика с собой. Мы купили Сейду смешную красно-синюю полосатую шапку с рожками и шарф финала Кубка России: одна его половина была в цветах «ЦСКА», другая – «Зенита».

За стеной послышались аплодисменты и гул стадиона. Люди вокруг засуетились и направились в сторону своих мест – футболисты вышли на разминку. На трибуне стало понятно, что Сейду не помещается между рядами и заезжает задними гусеницами на ноги зрителей сверху, а в ширину занимает сразу два места.

– Я постою в проходе, – сказал Сейду. – А ты садись.

– Ну нет, без тебя не так интересно. Тем более, мне кажется, из прохода даже вид получше.

Футболисты выехали из подтрибунного помещения. Каждого за руку держал ребенок. Кто-то из них озирался вокруг с широкой улыбкой, кто-то не отрывал глаз от своего кумира, а кто поскромнее – стоял, потупив взгляд, пока играл гимн турнира.

– Ты чего? – спросил я, когда заметил, что Сейду не смотрит на поле. Широкие кружки на его экране внимательно изучали трибуны напротив.

– Тут совсем нет роботов, – медленно проговорил Сейду.

– Да, я тоже обратил внимание, – почему-то ответил я, хотя не обращал на это внимания, пока Сейду не сказал. – Тебе есть чем гордиться. Фанатов среди вас, похоже, немного.

Мне показалось, что Сейду что-то ответит, но тот перевел взгляд на поле и больше не пытался заговорить весь первый тайм. Все его звуки в течение часа ограничились имитацией разочарованных вздохов, когда нападающие «ЦСКА» не реализовали выходы один на один, криком отчаяния после звона перекладины от дальнего удара капитана электроконей и выдохом облегчения после того, как «Зенит» не забил пенальти. Один раз Сейду хотел затянуть вместе с фанатами «ЦСКА» песню, слов которой я не разобрал, а еще один раз подключиться к кричалке «Звучит наш гимн – ЦСКА непобедим», но дважды его корпус только вздымался, как будто бы Сейду набирал побольше воздуха в грудь, а потом просто со свистом выпускал его.

Первый тайм команды закончили нулями.

В перерыве я купил два хот-дога и стакан колы. Недавно у нас с Сейду был серьезный разговор. Я решил выяснить, можно ли ему пить, и Сейду сказал, что сам не в курсе, но, наверное, лучше не рисковать. Он бы мог и не есть, но так он чувствует себя чуть ближе к людям. «Это мой способ социализироваться», – говорил Сейду. И каждый раз после футбола вытаскивал из своего отсека чипсы, кусочки колбасы, хлеб, сухарики или мясо и протирал отсек влажной салфеткой.

– Ты чего тут стоишь? – спросил я, когда встретил Сейду у выхода с сектора, хотя сам понял, что на лестнице во время перерыва он всем мешает. Болельщики ходят туда-сюда. Кто-то идет за едой, кто-то возвращается с пивом, кому-то нужно в туалет, а кто-то идет переставлять неправильно припаркованную машину. Весь перерыв и начало второго тайма пришлось провести наверху.

Поля было совсем не видно, так что первые минуты тайма я осматривал холл с магазинами. И в это время трибуны взорвались оглушительным криком. Я обернулся. Сейду исчез. На табло мигало «ГОЛ», сменяясь счетом 1:0 в пользу «ЦСКА». Через минуту Сейду нашелся – он ездил вдоль сектора и напевал песню, которую я не слышал в праздничном гуле.

Но вот худой парень в красно-синей футболке начал ему подпевать. Вслед за ним то один фанат, то другой стали подхватывать песню, пока она не зазвучала на весь стадион. Фанаты «Зенита» еще приходили в себя после пропущенного гола, их сектор на какое-то время погрузился в тишину и никак не мешал фанатам «ЦСКА» доминировать.

Обычно, когда песня подходила к концу, трибуна электроконей брала небольшой перерыв, но в этот раз фанаты тут же затянули ее заново. Голоса вместо того, чтобы устать, ослабнуть, смолкнуть, сорваться, наполнялись силой, голосовые связки натянулись, натренированные кричалками прошлых матчей. И то, что было вначале лишь песней, стало звуковой лавиной, парализовавшей футболистов одной команды и придавшей сил футболистам другой.

За оставшееся время матча – а с момента гола «ЦСКА» до финального свистка оставалось больше получаса – «Зенит» не сумел создать ни одного по-настоящему опасного момента. Более того, игроки бело-голубых редко переходили центральный круг и по большей части отбивались. Атаки «ЦСКА» накатывали на их защитные построения одна за другой. Это была настоящая осада.