Олег Сапфир – Инженерный Парадокс 9 (страница 15)

— Стрелок?

— Ну само собой! — возмутился я.

— А доспех у меня почти не работает, — пожаловалась Глория.

— Главное, что ты работаешь. А доспех ерунда, починим. — Так, у Кирпича вроде норма. Мата нет, только бегемоты беременные.

— Иди в жопу! — отозвался Кирпич. — У меня трое «тёплых»!

— И беременных? — уточнила Глория.

— И ты иди в жопу! — ответил Кирпич.

Но в целом — справились, и справились неплохо. Ну и начали разбираться, что нам тут интересного досталось. А досталось нам действительно интересное: Хрупкое Счастье, похоже, собиралось расширять производство. Причём как фармакологическое, судя по оборудованию, так и трансплантологическое, судя по нему же.

— Икси, подтверждение данных Рукожопа. И, кстати, фиксируй на всякий случай. У «благотворительной организации» на складе — тысячи контейнеров для транспортировки органов, робохирурги, причём очень специфические. Ну и саркофаги для людей в коме, искусственной, естественно.

— А что специфичного в робохирургах? — поинтересовалась Глория.

— А у них нет лечебных модулей, видишь? — показал я. — Это, по сути, автономные человекорезки, достаточно сложные, чтобы не повредить извлекаемое, но базово не предназначенные ни для чего, кроме как разбора человека на запчасти.

— Думаете использовать, Марк? Но мы сами скрываем своё участие.

— Думаю, что возможно, в будущем, это может пригодиться. Пока не используем, но протоколируй.

— Сделаю, Марк.

Несмотря на в чём-то пугающую добычу, добыча эта была вполне выгодной. Большая часть пойдёт на запчасти, но качественные и недешёвые. Хотя бы частично окупающие расходы на диагностический модуль. Ну и наносящие ощутимый ущерб счастливчикам, что не может не радовать.

Выгребли склад, погрузили в контейнеры вместе с защиничками — надо будет мертвых предать утилизации, а с живыми побеседовать, на тему интересного всякого. А для Счастливого Случая останется пустой, раздолбанный склад без следов. Пусть подёргаются.

Народ уже погрузился, и тут Икси сообщает:

— Марк, грузовики заезжают на территорию восточного очистного коллектора Новгорода.

— Э-э-э… вот так просто?

— Да. Их пропустили, ворота открылись и закрылись за ними.

— Ни хрена мне это не нравится, — замер я, обдумывая ситуацию.

Потому что четыре очистных коллектора — объекты повышенной опасности. Сердце-не сердце Новгорода, но, например, если в Верхнем городе без коллекторов вода будет просто хренового качества, то в Нижнем… Ну, помимо того, что коллектор не даёт ядовитой отраве течь по реке в Северное море, он — источник питьевой воды для Нижнего города и довольно обширных ферм аграриев.

Действительно важная, можно сказать, стратегическая точка, под неусыпным контролем Империи. И какие-то грузовики Хрупкого Счастья… Нет, не нравится мне это вот совсем.

— Глория, я у тебя одолжу байк, — сообщил я, включая систему раскрытия доспеха, оставаясь в «поддоспешнике», диверсионной модели типа Келифа, хотя попроще и практически без брони. Зато с прекрасной системой маскировки и интересными разработками.

— Я… — начала было Глория, посмотрела на раздолбанный доспех. — Но всё расскажешь!

— Даже не предлагаю помощь. Ты же не штурмовать коллектор собираешься? — уточнил Кирпич.

— Конечно нет, — фыркнул я. — Но понять, что творится — критически важно. Я потому и не хочу возвращаться в Гараж: время критически важно. Чёрт знает, что они там делают. Как бы не опоздать, а потом кусать локти. Или вообще заказывать воду из Африки, блин!

— Удачи, Марк! — уже в спину мне сказала Глория, когда я разгонял байк.

Глава 6

По дороге к очистным сооружениям я думал о Глории. Не вообще — про это будет время подумать в более спокойной обстановке, а про её доспех. С удручающим постоянством он оказывается сломанным во всех последних наших противостояниях. Хотя, именно сейчас, кстати — совершенно не по её вине.

Но именно сам факт слома доспеха выходил регулярным, что не слишком хорошо. Защита мощная, но если повреждается доспех — постоянно есть риск, что повредится носящий его. И, если подумать, то причина текущей прискорбной ситуации в чём-то даже льстит. Выходит, что Глория мне достаточно доверяет, как защитнику, механику и прочее.

И некая самцовая часть, наследие биологического прошлого, ликует и подпрыгивает от этого факта. Заставляя чувствовать самого себя дураком: рисковать девицей ради мимолётной гордыни может только дурак.

А если думать мозгом, а не гормонами, то из подобной ситуации есть два положительных выхода. И, пожалуй, применю я их оба.

Первый — в занятиях самоконтролем нужно клевать Глорию в ум насчёт безопасности и самосохранения. Поможет, хотя и не сразу, но зато долговременно.

А второй — простой и технический. На десять-пятнадцать процентов завысить значимость повреждений для вычислителя доспеха. Глория — не дурочка, просто излишне рискует, чувствуя «крепкий тыл». Ну и видя, скажем, сорок процентов целостности лезть на рожон не будет. И решение сработает сразу, хотя вряд ли будет долговременным. И делать в строжайшей тайне от Глории, а то у меня даже умозрительно возможные разборки и нервотрёпка вызывают содрогание.

Пока размышлял об этом, практически добрался до цели. Объект был действительно высшей защиты, даже над землёй возвышалась только металлическая стена с такой же крышей, метра на три. А всё остальное, в том числе и въезд для техники, были под землёй. И я бы сюда ни черта не попал, если бы не Бригада и стройоны в ней. Ну и Икси.

Поэтому байк я оставил в квартале от коллектора, выглянул, не высовываясь из-за стены, и просочился в канализацию. Ливневую, с техническими ходами.

Если бы была тревога или что-то такое, то чёрта с два я бы попал, но, к счастью, всё было спокойно. И я проник в зону переработки сточных вод, куда и вела канализация, где мне пришлось валандаться минут пять: облазить с магнитными зацепами по внешнему слою бункера, блокировать датчики давления. Потом молекулярным смещением открывать себе люк: дорого, но ломать-резать тут не хотелось. Всё же и вправду важнейшее место.

А кусок цистерны, смещённый всего на одну молекулу, целостность, конечно, утратил и повис на магнитных зацепах. Но вернуть его на место, если я просто параноик, не так сложно. Так что, возможно, я просто вернусь через него же.

А проникнув внутрь я, пользуясь техническими кодами доступа, Икси и подключённым Рукожопом, обнаружил что в районе фильтров ионной фильтрации питьевой воды скопление людей.

Связь была прямо скажем, дерьмовая, потому что для системы безопасности я был «техническим специалистом». И если бы начал фонить мощным, пробивающим защитные стены излучением — тревога поднялась бы гарантированно.

А это не только сигнал тревоги и подъём охраны, но и автономные системы защиты, чертовски серьёзные. Короче, пришлось пробираться техническими лазами, как «технический специалист» до зала ионной фильтрации.

И уже увидев своими глазами происходящее через решётку отвода тепла я понял: оказался я здесь СОВСЕМ не зря. Рядом с парой десятков бойцов в более чем серьёзной броне стояли техники и пара явных научников в лабораторных халатах.

Без знаков различия, явно не сотрудники очистного сооружение. Но главное: стояли бочки-контейнеры, высокого класса защиты. Без знака биологической или химической угрозы, но сам факт наличия тонны непонятной хрени после всей системы фильтрации НЕМНОГО напрягал.

Уж не знаю с чего. Как и негромко ведущийся разговор, к сожалению, между скрытыми от меня опорной колонной людьми.

— … окончательно рассчитаетесь! Я чертовски рискую! — с явным волнением голосил какой-то тип, как раз в момент, когда я подобрался к решетке.

— Аванс вы получили. Следующий платёж вы получите в конце месяца. Следующий — через месяц, — ровно и благожелательно ответили волнующемуся.

— Ещё раз?!! — взревел тот. — Мы так не договаривались!

— Вы приняли аванс. И теперь мы будем небезвыгодно для вас сотрудничать.

— Да меня повесят через пару месяцев! Вы вообще понимаете, где вы⁈

— Прекрасно понимаю. И вас не повесят. Не за что.

— То есть отрава в питьевой воде — «не за что»⁈

— Это не отрава. И в прошлый раз вам был предоставлен образец. Уверен, вы его проверили.

— Да! Но это не имеет смысла! Вы что, просто так платите мне⁈ Так не бывает! Мои специалисты просто не поняли, но это точно…

— Лекарство. Мы занимаемся благотворительностью и заботимся о здоровье подданных Империи. Это лекарство, господин директор.

— Но меня…

— За то, что вы приняли наш безвозмездный дар — возможно. Но мы распространяться об этом не будем. И вам я этого не советую. А сейчас мы займёмся благим делом. В следующий раз мы будем тут через две недели, с гуманитарной помощью лично для вас.

Сарказмом в речи этого человека можно было прорезать корабельную броню. В ответ раздалось бормотание и топот «директор», подозреваю — директор очистного коллектора, топая свалил.

А вот техники и наушники засуетились: открывали люк явно новодельной врезки в трубе водоснабжения и катили туда бочки-контейнеры. И ни черта мне это не нравилось, вот совсем.

То есть то, что некие «специалисты» «директора» не обнаружили никаких ядов и болезней меня ни черта не успокаивало. Хрупкое счастье явно ведёт свою поганую, грязную игру с населением Нижнего, и позволять им выливать в воду эти контейнеры я не намерен.