Олег Сапфир – Инженерный Парадокс 4 (страница 20)

Внешне не слишком впечатляющие, но жуткие по сути. Хотя именно он спас большую часть подручных от смерти: рой игл замер в воздухе, в нескольких метрах от группы подручных.

— Это пи… — начал было говорить он, но не успел закончить.

Не говоря о том, что произносить звуки ему стало нечем: головы и части шеи у подручного просто не было. И декапированное тело тяжело рухнуло на бетон, под изумлёнными и испуганными взглядами. А затем раздался выстрел, ещё и ещё…

И между уже безжизненным транспортом заскакал ещё один робопёс. Правда, сильно отличный от взрывного. Лапы этого пса получили возможность сгибаться в обе стороны, чем робот успешно пользовался для повышения мобильности. Торс раздут, а выгнутая спина снабжена сферической башенкой, с довольно длинным крупнокалиберным стволом.

С различными, но неизменно неприятными боеприпасами, как убедились выжившие. Сокращаясь в числе на глазах, несмотря на массу усилий, прилагаемых для того, чтобы остановить и уничтожить робопса.

Я сидел у себя дома, дорабатывал некоторые узлы своего доспеха и время от времени бросал взгляд на спящую Глорию. Время её целительного сна подходило к концу, и время это было потрачено не зря. Не только вообще, но и в частности, для неё. Например, я ухватил за плечо Эскулапа, и несмотря на его угрозы и мат, отвёз в Верхний город, в фармакологический торговый центр.

Сам я в лечебной алхимии разбирался, к сожалению, не слишком хорошо. Разве что в реанимационной, но это был не случай Глории. Тут скорее ряд недолеченных травм, истощение, общее состояние организма… Масса проблем, но реанимировать её было явно рано.

Впрочем, по дороге вникнув в мои слова, что «мне для жены», да и в обещание закупиться и для его клиники, старик перестал материться и деловито вчитался в снятые диагностическими артефактами показания.

Ну а сейчас девица была в отличной форме… Правда, вставал вопрос в какой форме находится её психика. Есть надежда — что не в очень плохой. Но надежда — вещь эфемерная. И чтобы избежать возможных негативных последствий, я пошёл на несколько сомнительный… Но необходимый шаг. Руки Глории сковывали магнитные кандалы, которые я сниму, как только пойму, что она вменяема и не собирается делать глупости.

И тут Глория открыла глаза. Забегала ими, дёрнулась… И уставилась на меня. ОЧЕНЬ нехорошо.

— Почти трое суток, Марк, — с фактическим рычанием произнесла она.

— Не преувеличивай. Пятьдесят четыре часа. Самое меньшее из необходимого…

— Необходимого для чего⁈ Для этого⁈ — подёргала она скованными руками. — Напомни-ка мне, му-же-нёк, КОГДА наши с тобой взаимоотношения перешли на этот уровень⁈

— Исключительно в заботе о собственном здоровье, чтобы ты не делала глупости спросонья, — соврал я.

Соврал, потому что мне — ничего не угрожало. А вот ей, в случае атаки меня… Ну скажем так, при всех своих достоинствах я не был уверен, что смогу обезвредить её, не нанося ущерба.

Глория замолчала, мрачно уставившись в потолок, а внутри её бушевала буря эмоций. Но вскоре она спала, почувствовалось ехидство… Но давать ей остроумствовать я не собирался.

— Ты успокоилась, — констатировал я, размыкая наручники. — Келиф рядом…

— Вижу, — буркнула Глория, начав облачаться. — И за… да я тебя даже благодарить после всего этого не хочу! Как ты мог⁈

— Присядь. Перекуси, — открыл я клош над одуряюще пахнущими круассанами, чашкой кофе и яичницей с беконом.

— Изде… — начала было Глория, но тут запах достиг её носа, а желудок издал трубный зов.

Так что, не договорив, хотя и фыркнув, она быстро подошла к столу, принявшись за еду.

— Вкусно! — почти обвинительно уставилась она на меня, через минуту, попивая кофе. — Откуда ты достал такую вкуснятину в Нижнем, Марк⁈

— Вообще-то в Нижнем есть места со вполне приличной и качественной кухней, — вступился я за место своего пребывания. — А это — из столовой Гаражных.

— ЧТО⁈

— Столовой Гаражных.

— Бандитская… столовая в Нижнем городе⁈

— Ну да, — хмыкнул я. — Я даже частично оплачиваю её. Хочешь — покажу. А потом поговорим.

Секунду Глория разрывалась между желанием устроить разборки на месте и любопытством. И последнее ожидаемо победило. Ну, по моим расчётам, на такой исход на данном этапе беседы было не меньше восьмидесяти семи процентов вероятности. Но «Женщины», почему и не девяносто восемь.

Хотя в данном случае «женщины», похоже, сыграло в нужную сторону. Так что, довезя Глорию до Гаража, я демонстрировал вполне приличную, уровня недорогих ресторанов Верхнего, столовую.

— Не понимаю, — помотала она головой. — И ведь вкусно…

— И полезно, — хмыкнул я. — С этого всё и началось…

Ну и рассказал, договаривая уже в мастерской, что прилично питаться — было моим стремлением. По понятным мотивам, выслушивая которые, эта невежливая девица пробормотала в сторону «Зануда!» Но вкусно и полезно кушать только самому… несколько неэтично в рамках той же банды. Так что я, прихватив Эскулапа, отловил Федю и стал выколачивать из него деньги на столовую.

Не полностью, но хотя бы пополам со мной. Первое время Федя отбрыкивался руками и ногами, но наш напор с Эскулапом сломил его жлобские устремления. А через несколько недель удивлённый Федя сам констатировал:

— Марк, с этой твоей роскошной столовой — траты… уменьшились! Ничего не понимаю!

— Элементарно, Федя, — ответил я тогда. — Посмотри на траты в медицине.

Дело в том, что оставив пропитание членов банды «на самотёк», Федя не экономил. А тратил ощутимые деньги из бюджета банды на лечение. Которое было обязанностью банды перед каждым её членом.

— Вот так и получилась у нас сносная точка питания, — закончил я рассказ.

— Забавно, — покивала Глория. — А теперь я должна тебе как следует врезать…

— Ты этого не сделаешь, — пожал я плечами.

— И почему? — прищурилась она на меня, сложив руки на груди.

— Во-первых: бить мужей нельзя.

— Глупости!

— Во-вторых: избитый механик — хреновый механик.

— Пожалуй только это меня и заставляет задуматься.

— Задумалась — уже хорошо. А теперь читай, — бросил я перед ней стопку распечаток с данными диагностов Келифа, как базовых, так и моих.

— Это… — потерла она виски через минуту, с явно ошарашенным видом — о проблемах она явно знала, но, похоже, не догадывалась об их степени и глубине. — Это неприятно. Но вообще-то, Марк, нормально отдыхать, будучи в розыске, сложно.

— И питаться. И проводить диагностику. И не рисковать на пустом месте, — понимающе кивал я.

— Зануда!

— Посчитаю это за комплимент. Одно безопасное место для отдыха у тебя точно есть, это я тебе обещаю. Келиф починен и боеспособен, — сообщил я, встав и направившись к верстаку.

— Спасибо… — почти неслышно прозвучало перед тем, как захлопнулась дверь.

— Да не за что, — хмыкнул я скорее для себя.

И выдвинул бокс с Бобиком. Точнее, тем, что осталось от платформы после избиения Шутников. Всё же там было много сильных одарённых, а с ними технике сложнее всего. Что и демонстрировал Бобик: башенка на спине вмята в корпус, оружие безнадёжно повреждено. Из четырёх лап только три в наличии, при этом без повреждений только одна.

Но до Гаража добрался. Хотя единственный оставшийся сенсор глаза смотрит на меня… с укоризной. Может, и кажется, но в данном случае… а почему бы и да. Если показалось — буду слегка эксцентричным. Инженеру это практически прилично. Ну а нет — то правильно.

— За беспорочную службу в роли вожака Стаи, будешь теперь сержантом Бобиком. С соответствующими знаками и увеличенным питанием, со смазочными материалами повышенного качества. А вообще — надо думать, как тебе сделать более эффективную платформу, — выгрузил я собакена на верстак.

Провозился с робопсом до вечера, превратив его, по сути, в робомедведя. Хотя если пёс… ну сенбернар или алабай, что-то такое. Ну и функционал, как и арсенал, значительно расширился, хотя начинал я увеличивать размеры, именно исходя из них.

Уже ближе к полночи я был доволен функционалом сержанта Бобика, и в его компании добрался до дома. Подумал было уже ложиться спать… и тут тревога. Подхожу к терминалу и вижу: один из патрулей наткнулся на отряд корпоратов. И один — на каких-то залётных бандитов на шипастой машине.

Посмотрел я на это, дохлебал чай. И пошёл спать. Прекрасное состояние, когда знаешь, что справятся без недрёманого присмотра. Первый раз в Нижнем, когда я могу спокойно забить на тревогу.

— А не справятся — и в жопу. Все возможности и даже больше у них есть, — пробормотал я, засыпая.

А вот проснулся я… в несколько неудобном положении. Руки мои приковывали к спинке кровати магнитные наручники. А на меня с ехидством… и не только смотрела Глория, кто же ещё.

И не успел я открыть рот — только-только открыл глаза — как она… Распрямляет кнут, щёлкает им и выдаёт:

— А мне понравилась твоя игра со связыванием, до-ро-гой!

Глава 7

Посмотрел я на бардак, творящийся у меня в спальне, вздохнул. Прикинул — как так вообще вышло, с учётом Икси и системы защиты? В общем, выходило, что надо бы подкрутить защитные алгоритмы… Хотя девица всё равно в списке «особо доверенных».

Тут, скорее, Икси хулиганит — что не критично, при учёте того, что жизни моей… да и наверное — здоровью, ничего не угрожает. Но продолжения данной мизансцены мне, вот ума не приложу с чего, видеть не хочется.