Олег Сапфир – Идеальный мир для кузнеца. Том 3 (страница 1)
Натан Раух, Олег Сапфир
Идеальный мир для кузнеца. Том 3
Глава 1
На лицо капало.
Я попробовал прикрыть нос предплечьем, но вода потекла за ворот. Холодная, зараза.
Вроде снег был. Где я вообще дождь нашел? Глобальное потепление у них, что ли?
Меня ухватили за плечо и хорошенько тряхнули.
Глаза открылись со второго раза.
Прямо перед носом замаячила фляжка, за ней лицо Эленсии. Снова полетели капли воды. Потом фляжка отъехала вбок, картинка заколыхалась.
Девчонка сидела на корточках и тянула меня к себе, удерживая за куртку. Я послушно качнулся, стукнулся плечом о стену и сполз обратно.
Ну вот. Лежу мешком, а она пытается этот мешок привести в состояние человека.
— Ты чего дерешься? – Голос был почти чужой.
Эл перестала меня трясти. Фляжку, правда, далеко не убирала, она так и торчала рядом.
— В сознание тебя привожу. — А ее голос звучал как раньше, аж в ушах звенело. — Дэнес, что случилось? Что там произошло?
Я облизнул губы. Вода добралась куда угодно, кроме рта.
— Дай попить.
Она поднесла горлышко. Сделал несколько глотков, закашлялся и наконец смог опереться спиной на стену. Понял, что зря.
Ох ты ж...
Поясницу прострелило до самого затылка. Поерзал, уселся получше, боль отпустила ровно настолько, чтобы я мог снова дышать, и сказать ей:
— Что произошло, что случилось... Победили мы.
— В каком смысле? — Эльфийка подняла брови.
— Сейчас. Попробую вспомнить.
Сначала вспомнил свидание с дверью. Потом половитника с рюкзаком, которого я нагрел. Да уж, хороши подвиги…
Поднимался я долго. Эл подставила плечо, но я вцепился в выступ между камнями и кое-как поднялся сам. Разогнуться сразу не вышло. Подергал плечами, повернул корпус.
Твою мать. Еще и продуло, похоже.
Колобок хренов. От темных отбился, Воронам устроил, а от радикулита мне не уйти. Бабушка ведь предупреждала, причем задолго до моего знакомства с эльфами, что нельзя спать на холодном.
И что там с моим исцелением? Мечом проткнут — зарастает. А спину прихватило — терпи, сиди у печки? Или я всю энергию вчера спустил, теперь даже на такую мелочь не хватает? Хотя мелочью это казалось ровно до попытки шагнуть.
— Сядь. — Эл потянула меня обратно.
— Постою пока. А то второй раз не поднимусь.
Я рассказывал, держась рукой за стену. Как свел загонщика с половитниками, как влезли гоблины, а два командира взялись друг за друга. Эл перебила только раз:
— Ты ждал, пока оба будут ранены?
— А здоровые мне зачем? Тем более у темных лекарь нашелся, — вспомнил я новые подробности. — Еще немного, и опять пришлось бы от загонщика бегать.
На огненных шарах она перестала вертеть пробку от фляги. Когда дошел до рюкзака, так ее завернула, что хрустнула кожа под пальцами:
— А что с загонщиком?
— Его к порталу швырнуло. И рогатого тоже. Дальше я своей головой занимался, она с дверью встретилась. Когда смог посмотреть, портала уже не было. Этих двоих тоже.
Эл убрала фляжку в сумку:
— Загонщика мы, скорее всего, больше не увидим.
— Думаешь, его прикончат? — Я хохотнул, и в спину опять выстрелило.
Эленсия кивнула:
— Он оказался в чужом месте раненый и совершенно один.
Я хмыкнул: мне тоже пришлось оказаться тут одному, в чужом месте, правда не раненому, а скорее убитому. И ничего, живу.
— С ним двое рядом летели, — вспомнил я. — Может, успели. Да и сам он крепкий. Вдруг договорится?
Она покачала головой:
— С Воронами не договорится. Половинтики не прощают тех, кто убил их товарищей.
Я почесал подбородок краем перчатки и замер. Приятно обсуждать чужую незлопамятность, когда сам только что зажарил пол-отряда.
Ладно. Пока я здесь, а Вороны где-то там. Этого расположения и будем придерживаться.
— Наши-то где? Пленники бывшие.
— Ждут. Они поклялись Безликой, что останутся в проходе до нашего возвращения.
— Тогда пойдем к ним разбираться.
Эленсия посмотрела на стену, на мою руку в перчатке, под которой крошился камень.
— Ты до них не дойдешь. Они в порядке, я им теплые шкуры принесла и подкормила.
— Из наших запасов? — Я попытался подтянуться.
— Да. — Эленсия шагнула поближе.
— Разбазариваем стратегическое имущество. Ужас какой. — Я попробовал переставить ногу и подождал, пока отпустит спину. — Они там не окоченеют?
— Я же говорю, я им шкуры оставила. И потом, половитники хорошо переносят холод. У них в горах есть селения, куда другие народы даже войско поднять не могли. Во время тяжелых войн половитники уходили туда и пережидали. Жили в пещерах, в каменных домах. А морозы там куда сильнее здешних.
Я слушал ее с сомнением. Покачал бы головой, но боязно тревожить позвоночник.
— Это они тебе рассказали?
— Об этом и у нас знают. Ты о себе подумай.
Ну да. Подготовился к зиме я отлично: куртка, перчатки, кузня. Если еще прямо в кузне спать, вообще красота будет.
— Тогда пошли домой.
Подставку для факела Эл забрала. Я попробовал возразить, но как раз согнулся, и разговор о моей самостоятельности пришлось отложить.
Дорогу запомнил кусками. Девчонка все порывалась подставить мне плечо, я отмахивался: дойду. Доходил до выступа и вис на нем, пока она ждала впереди.
В кузнице пахло углем. Волчья печь держала тепло, рядом лежала шкура. Кажется, Эл что-то говорила про куртку и пояс. Помню, что хотел ей ответить.
На этом сознание улетучилось.
Когда я не то проснулся, не то очнулся, по спине разливалось тепло вперемешку с холодом, а сверху кто-то сидел. Я это понял, когда попробовал повернуться, но на пояснице лежала ладонь, а сверху прижимало что-то увесистое.
Дед пришел? Ну зашибись, опять покоя нет.