Олег Сапфир – Идеальный мир для Химеролога 2 (страница 2)
Но твари были упрямы. Большинство из них, поняв, что в небе им не выжить, начали спускаться на улицы города. Я услышал серию глухих взрывов где-то в соседнем квартале. Похоже, они врезались в здания. Или в машины. Или в людей. Или во всё сразу.
Вокруг свистели пули. Жители, у которых было оружие, отстреливались прямо из окон. Кто-то палил из охотничьих ружей, кто-то из армейских винтовок. Воздух наполнился запахом пороха и палёного мяса.
Я стоял у входа в клинику, наблюдая за этим хаосом, и мой мозг аналитика работал на полную. Это было не просто сражение. Это была уникальная возможность для сбора данных. Я отмечал траектории полёта тварей, их манёвренность и реакцию на разные типы урона. Бесценная информация, которую не найдёшь ни в одном учебнике.
В какой-то момент я заметил движение. Из-за угла выскочили двое мужчин, вооружённые мечами. Они двигались слаженно, прикрывая друг друга, как профессионалы. Один из них отрубил крыло подлетевшей твари, второй тут же добил её на земле.
Они явно зачищали улицы, но тут их взгляд упал на меня. Я в этот момент как раз присел на корточки у стены, чтобы лучше рассмотреть, как устроены когти у одной из подбитых особей.
Я замер, стараясь не привлекать лишнего внимания. Для них я, наверное, выглядел как человек, впавший в ступор от ужаса.
Один из них, пробегая мимо, покрутил пальцем у виска.
— Иди внутрь, ты что, больной⁈ — крикнул он мне, указывая на дверь моей же клиники.
Я поднял на него взгляд и, не меняя позы, просто показал ему большой палец. Мол, всё окей, ребята, я тут по своим делам.
Он посмотрел на меня как на умалишённого, что-то сказал своему напарнику, и они скрылись в подворотне.
Забавно. Они думают, что я жертва. А я здесь, пожалуй, единственный, кто получает от происходящего не только адреналин, но и пользу.
Вся эта чертовщина продолжалась почти четыре часа. Четыре часа непрерывного грохота, криков и хаоса. Но постепенно звуки боя начали стихать. Выстрелы стали реже, вой сирен сменился гудками машин скорой помощи и полиции. Стая была либо уничтожена, либо улетела.
Я наконец-то смог вернуться в клинику.
В подвале меня ждала впечатляющая картина — гора трупов.
Рядовая сидела на вершине этой горы, как на троне, и методично чистила свои катаны от чёрной крови. Псих лежал у её ног, высунув язык, и тяжело дышал. Он был весь в ранах, но в его глазах горел огонёк победителя.
Кеша, который прятался в самом дальнем углу, вылез из-за какой-то бочки, отряхнулся и с важным видом заявил:
— Ну, мы им и вломили!
Я подошёл к Психу, положил руку ему на голову.
— Молодец. Хорошо поработал.
Я быстро подлатал его раны, вливая остатки своей энергии. Затем проверил Рядовую. У неё — только мелкие царапины и порезы.
— Что думаешь, хозяин? — спросил Кеша, деловито разглядывая кровавую баню, которую мы устроили в подвале.
— Честно?
— Конечно, честно! Кеша любит честность! Всегда!
— А ещё ты любишь пожрать и поболтать, — хмыкнул я. — Думаю, Валерию сюда нельзя пускать ни в коем случае. Если она от одного вида хомяка-баристы падает в обморок, то от этого зрелища, боюсь, её кукушка уедет далеко и надолго. Нам нужен администратор, а не пациент для психлечебницы.
Я поморщился от запаха. Смесь крови и потрохов создавала в подвале просто незабываемый аромат. Нужно было срочно прибраться, пока эта вонь не пропитала всё здание.
— Лети в операционную, — скомандовал я Кеше. — Принеси формикарий.
Кеша, не задавая лишних вопросов, сорвался с места. Через минуту он вернулся, с трудом таща в когтях стеклянный ящик, в котором копошилась моя маленькая армия уборщиков.
Я поставил формикарий на пол и открыл крышку. Установил короткую ментальную связь с королевой.
«Видите, сколько мусора?» — послал я ей мысленный образ горы трупов. — «Это ваше. Еда на несколько недель вперёд. Работайте. Взамен — новое, более просторное жильё и будущие плюшки для всей колонии».
Ответ не заставил себя долго ждать.
Мой же дар химеролога заработал на пределе. Вокруг царил хаос, который для обычного человека выглядел бы как сцена из фильма ужасов. Но для меня… это был шведский стол. Огромный, щедрый, уставленный деликатесами, которые сами прилетели ко мне с небес.
В моих прошлых лабораториях царила стерильная чистота. Каждый инструмент лежал на своём месте, каждый образец был аккуратно подписан и помещён в стабилизирующий раствор.
Здесь же моей лабораторией стал грязный бетонный пол, а инструментами — трофейный нож и мои собственные руки. Что ж, начинать с нуля — это всегда увлекательно. Особенно, когда у тебя есть бесплатные помощники.
— Рядовая, Псих, — скомандовал я. — Сортировка. Целые туши — в тот угол. Разорванные — в этот. Мелочь и ошмётки — в центр.
Мои бойцы, едва успев перевести дух после бойни, тут же принялись за работу. Рядовая таскала тяжёлые туши, складывая их в аккуратные штабеля. Псих подбирал оторванные конечности и сваливал их в общую кучу.
Я затащил первую тушу на большой деревянный ящик, который временно служил мне операционным столом, и приступил к вскрытию.
— Так-так, посмотрим, что у нас тут…
Нож легко вошёл в плоть. Я работал быстро и точно. Движения, отточенные столетиями практики, не забылись, даже несмотря на новое тело.
Внутреннее строение этих тварей было… примитивным, но интересным. За основу был взят какой-то птичий генотип, скрещенный с рептилией. А сверху налеплены атрибуты, как магнитики на холодильник.
Вот, например, система дыхания. Два лёгких, но при этом — дополнительные воздушные мешки, как у птеродактилей, для полёта на большой высоте. Грубая система. Можно было сделать гораздо эффективнее, встроив систему рециркуляции кислорода прямо в кровеносную систему.
Но даже у таких примитивных организмов иногда получаются интересные вещи. Я нащупал то, что искал. Сеть тонких, почти невидимых капилляров, пронизывающих костную ткань. Атрибут «Прочность костей» мелкого ранга. Не бог весть что, но для меня сейчас — настоящее сокровище.
Я положил ладонь на вскрытую грудную клетку и сосредоточился. Тонкие нити моей энергии проникли в мёртвую плоть, нащупали чужеродную структуру и начали медленно, осторожно вытягивать её. Процесс был похож на извлечение занозы, только на генетическом уровне. Тело слегка ломило от напряжения — энергии уходило непростительно много, но оно того стоило.
Я почувствовал, как «Прочность костей» начала встраиваться в мою собственную структуру. Это было похоже на лёгкое покалывание, которое распространялось по костям правой руки, словно кто-то заливал их тёплым воском, укрепляя изнутри. Процесс был не мгновенным — моё новое тело всё ещё сопротивлялось чужеродной энергии. Но я знал, что делать.
Закрыл глаза и сосредоточился, направляя остатки своей магической силы на повреждённую руку. Пальцы, вывернутые под неестественным углом, начали медленно, с хрустом, возвращаться на место. Боль была острой, но терпимой — я привык к подобным ощущениям ещё в те времена, когда экспериментировал с химерологическими имплантами на себе.
Атрибут «Прочность костей» действовал как каркас, усиливая структуру костей и ускоряя их регенерацию. Микротрещины в костях затянулись, а повреждённые ткани срослись под воздействием магии.
Я сжал кулак, проверяя результат. Пальцы слушались, хотя движения всё ещё были скованными, а рука слегка ныла. Полное восстановление займёт пару часов, но уже сейчас я мог двигать ею без риска окончательно раздробить кости.
Следом я извлёк «Усиленные сухожилия» и «Кислотные железы» — тоже низшего ранга, но в хозяйстве пригодятся.
Самые интересные части — крылья с их уникальной складной механикой, череп и образцы когтей — я аккуратно отделил и отложил в сторону. Псих тут же подошёл, забрал их и сложил в отдельный ящик. Он уже понимал, что для науки, а что — на утилизацию. Молодец.
Когда с ценными образцами было покончено, я повернулся к горе ошмётков в центре подвала.
— Ну что, санитары, ваш выход.
Я мысленно отдал приказ. Из формикария, который я предусмотрительно оставил в углу, хлынул живой чёрный поток. Муравьи радостно набросились на пиршество.
Подвал наполнился тихим, но отчётливым хрустом. Тысячи крошечных жвал методично делали свою работу, утилизируя кровавое месиво. Даже кости они перемалывали в мелкую крошку.
Через пару часов подвал был практически чист. Лишь несколько тёмных пятен на бетоне напоминали о ночной бойне. Муравьи, сытые и довольные, вернулись в свой второй, более просторный дом, который я им обустроил в старой бочке.
Я вышел из подвала, закрыв за собой тяжёлые створки. Нужно будет купить новый замок. Хороший, амбарный. А лучше — с магической печатью. А то что-то зачастили ко мне гости.
Десятки журналистов, операторов и блогеров, нацелили объективы и микрофоны на сцену. В свете софитов, за длинным столом, покрытым тёмно-синим сукном, сидели двое.
Слева — генерал-майор Корнилов, представитель имперской армии. Человек, чьё лицо, покрытое сетью морщин и отмеченное старым шрамом над бровью, было известно каждому жителю Империи. Он выглядел спокойным и уверенным, как скала.
Справа, в центре внимания, находился глава Гильдии Следопытов Артемий Воронцов. Мужчина в годах, с проседью в волосах, но с живым проницательным взглядом. Он не носил формы, предпочитая строгий, но удобный тактический костюм, подчёркивавший, что он — человек дела, а не кабинетный чиновник. Именно он держал слово.