Олег Рыбаченко – Попаданец против вселенской закулисы (страница 87)

Люфиро отчаянно провопила:

— Ошибаешься!

Женщина-кобра заревела:

— Она наш клиент! Мы ее забираем! Эта девушка станет нашей игрушкой.

Мужчины рявкнули:

— Так точно!

Охрана подхватила нагую упирающуюся Люфиро и поволокла в бронетранспортер.

По пути ей несколько раз врезали прикладом. Девушка ойкала, пытаясь прикрыться руками.

— Давайте, дайте ей хорошенько! — Командовала зам главы гестапо.

Люфиро сковали за руки и ноги, затем перекрутили, выгнув дугой спину, соединив запястье с лодыжками. Затем принялись снова бить, насей раз, используя дубинки с электрошокером. Девушка всякий раз при ударе вскрикивала, дергалась, а когда ей врезали по виску, потеряла сознание.

Ей сунули бодрящего газу под нос и хотели, было продолжить, но Фрэда остановила их, прохрипев:

— Отправляйте ее за решетку, там с ней разберутся. В следственный изолятор Герросс.

Охрана рыкнула:

— Слушаемся госпожа!

Так ее закованную и избитую бросили в каталажку. Повезли. Люфиро стала обдумывать свое положение. Говорить правду бессмысленно это обозначало еще более зверские пытки и смерть. Оставалось придумать правдоподобную легенду, выдержать истязания и допросы, рассчитывая на то, что догадливый Кашалотов и благородный Леон ее освободят.

Женщина-киллер, впрочем, подумала, что она сама была изменщицей, и у нее возникли сомнения:

— Правда Ленин может меня и сдать. А мальчик нет, он спасет. Вот как среагирует Ламарка узнав, что я предательница. Реакция девочки может оказаться решающей и ей не видать свободы.

Люфиро смотрела, как мелькают громадные небоскребы, крыши с флюгерами, она могла только глядеть, руки сзади были скованы, пальцы могли лишь погладить ступни, по которым уже врезали несколько раз дубиной. Видны ссадины и припухлости. В довершение ко всему стало холодно, в камере на колесах включили морозильник. Люфиро трясло, девушка стала извиваться, ворочаясь туда-сюда, особенно сильно мерзли босые, девичьи ноги. Она коченела, крутилась, стала кататься по полу, но ошейник сдавил горло.

В конце концов, девушка стала громко трястись, зуб на зуб не попадал. Возможно, Люфиро так и загнулась от переохлаждения, но скоростной транспорт доставил ее до тюрьмы. Девушку вывели, разъединили цепи, и погнали ударами по двору. Кругом были видны высокие и толстые как у настоящей крепости стены, с колючей заряженной током проволокой. Торчали вышки с пулеметами, пушками и огнеметами. Свирепые псы урчали, а босые ноги красавицы с посиневшими окоченевшими пальцами, мучительно болели, ступая по горячим нагретым камням.

Потом тело разогрелось, стало значительно легче. Кругом висели колючие решетки, на нее косился персонал, какого девушке ходить совершенно голой.

Затем ее отвели в приемный покой.

— Она ваша, проверьте ее! — Сказал офицер охраны трем неприятным женщинам в резиновых перчатках.

— Хорошо проверил каждый миллиметр. — Ответили они.

Люфиро принялись тщательно обыскивать, прощупывая кожу, груди, ноздри, уши, ступни и даже ногти. Естественно, руки лазили и между ног, проверяя лоно и задний проход, но после грязных рук мужчин это было не так унизительно и страшно. Потом ей смазали прозрачной чуть синеватой жидкостью между пальцами, немного играючи, пощекотали:

— Шикарная женщина и застенке не пропадет! Щелкнули по носу и отправили, дальше.

Ее ждал парикмахер, только что он обрил женщину наголо, та стала после этого страшной, выдал леща ей по голове, и Люфиро опасалась, что последует за ней. Однако офицер сказал:

— У нее хорошие волосы, пригодиться для пыток.

Парикмахер выбрил ей лишь бугор Венеры и под мышками, от чего Люфиро чувствовала себя униженной.

Затем ее привели в душ и видимо решили помучить. Сначала пустили кипяток, ошпарив нежную кожу, а когда девушка заорала, полилась ледяная вода. Первоначально стало легче, а затем затрясло от холода. Потом видно, чтобы не дать закоченеть снова врубили, так что шел пар. Люфиро визжала как свинка, кожа стала покрываться волдырями, а затем снова студено. Так ее мучили раз десять, потом, когда она свалилась в изнеможении, опять остудили и выволокли из душа.

После с нее стали снимать отпечатки пальцев, тщательно намазав их, затем черной вымазали ступни ног, четко отпечатав и их. Потом смазали губы, схватив за волосы и придавив к пластине. После последовали уши, сняли и переписали узор! Ее просветили насквозь рентгеном, сфотографировали, с разных точек, а компьютер переписали все приметы, вплоть до рисунка вен и артерий. Сняли также радужную оболочку глаз — убойную примету!

— Станцуй, нам мы хотим проследить, как движешься. Это пригодиться для следствия!

Девушка попыталась возразить и тут же получила шоковой дубинкой по ногам.

Никогда Люфиро так не унижали, «плясать» голой перед глазами похотливых мужчин, ощущать, когда тебя дергают за язык и заставляют кашлять.

— Давай девочка пошире раздвинь ноги проверим твою растяжку. — Кричали они.

Люфиро зацепили и резко вздернули ногу вверх, растянув до предела. Впрочем, связки у нее были гибкие, и она выдержала, без криков. Хорошенько подергав конечности и очередной раз, посмотрев в рот с великолепными зубами, ее отпустили:

— Неплохая девочка. Гибкая, может гимнастикой занималась.

Люфиро продолжал изучать, брали кровь с вены, сняли энцефалограмму и кардиограмму. Расшифровали с помощью электроники и остались, весьма довольны.

— У тебя высокий уровень биоток и великолепное сердце. Значит, можно будет девушку долго, и изощренно мучить. Ты не скоро умрешь, и сознание потеряешь не сразу. — Утешили Люфиро. — В гестапо дело знают!

Закончив предварительные исследования, красавице, наконец, выдали одежду. Очень короткую юбочку и тоненький едва прикрывший полную грудь лифчик с вышитым лагерным номером.

— Вот теперь будет лучше. Однако поскольку тебя подозревают в шпионаже, то должны сделать пуанцовку. Сказал злобный мужик со шрамом. — Во всяком случае, такой приказ дала нам генерал-полковник Фрэда. — Протяни руку красавица, иначе прижжем грудь. — Пригрозил истязатель.

Люфиро затряслась, но, увидев раскаленное железо, спрятала конечность за спину.

Ей резко ударили в лицо, набив здоровенный фингал, затем стали выкручивать руку, вывернув ее из суставов. Девушка крякнула от боли, ее кожу смазали спитом, затем раскаленное железо с выложенными цифрами коснулась ее руки.

Люфиро вновь дико завизжала, ударила ближайшего истязателя коленом, тот осел, затем стала бить окружающих. Получила страшный удар по голове, ей врезали сильным разрядом, парализовав мышцы. А когда Люфиро упала, то ей добавили, а палач в злобе приложил раскаленное девушке к пяткам, заставив разрядиться криком. Его одернули:

— Это не наша забота ее пытать. Вот другие профессионалы красавицу допросят и разберут на молекулы.

Истязатель разочаровано проурчал:

— А что останется мне?

— Кремировать ее труп, или даже изнасиловать то, что осталось. — Тонко пошутил полковник.

— Хорошая мысль! — Палач оскалился. Живых трахать лучше.

Наконец Люфиро привели в себя, сковав сзади наручниками, отвели в приемную. Теперь оставалось выбрать камеру.

— Ну и куда ее! Видимо в одиночку, важная птица.

— Нет к блатным! — Оборвал генерал. Фрэда не равнодушна к ней и хочет сделать больно!

Полковник кивнул:

— К блатным так блатным. Только чтобы не прирезали ее ненароком.

Генерал уверенно произнес:

— Там у нас свои люди, кроме того, их предупредили, если убьют без приказа, так ввалим, да еще всех в карцер отправим — ледяной.

Хрюканье в ответ:

— Это хорошая идея, а теперь поведите ее.

Тюрьма была важная политическая, всюду стояли видеокамеры, Люфиро повели по коридорам. Девушка прихрамывал, пятки обожгли, и она была вынуждена ступать на носочки. Так она с трудом доковыляла до своего апартамента, с нее даже не сняли наручники, оставив руки сзади. Потом резко втолкнули в камеру прикладом:

— Получай сука!

Люфиро влетела едва, не столкнувшись с металлическим столом. Камера оказалась довольно просторной с вентилятором, похоже, блатных тут не сильно обижали. На койках лежало восемь крупных женщин, пара бритых наголо, а три с очень модными прическами и косметикой. Одна из них массивная и широкоплечая держала на животе ноутбук и во что с увлечением играла. Люфиро замерла, стала осматривать камеру внимательнее, стекло открыто и шел теплый воздух, а вот решетки толстые настоящие рельсы и, судя по всему, титан, не перепилить и не одолеть. Действительно как сбежать?

Женщина-пахан молчала, видимо увлеченная игрой, другие бабы позевывали, одна достала вибратор вставила в розетку засунув себе между ног стала удовлетворять животную похоть, постанывая и кривляясь. Другая блатная перебила ее:

— Лучше мужика найди, тут молодых охранников много.

Похотливая стерва пискнула:

— А есть и бабы! Вот посмотри, какую красотку привели, такая юная, а уже помеченная.

— Видать шпионка, родину не любит сука! — Сказала бритая, похожая на атлета женщина с толстыми руками.