Олег Рыбаченко – Попаданец против вселенской закулисы (страница 61)

Сторожевые программы отчаянно огрызались, пытались создавать помехи. Вождь российского спецназа, а теперь и местного пролетариата, вырубил их одним шоковым ударом. Затем пошло скачивание данных, а также запись на лазерную дискетку. Информации было скачено на двадцать гигабайтов. Кашалотов с детства отличался большой скоростью чтения. Моментально пробежав глазами по строчкам и зафиксировав прогнозы и статические отчеты в уме — произнес:

— Теперь я точно знаю, какие акции надо покупать, а от каких избавляться. Это мы и сделаем в ближайшие часы. — Включив коммутатор, Кашалотов стал передавать информацию. Его первый заместитель Петр Романов, уже тоже неплохо освоил компьютер и осуществлял кибербомбардировки.

Его удары вызывали сумятицу среди миллиардеров, опрокидывали банки, отправляли в нокаут самых крутых биржевых тузов.

Правда, иногда у бывшего царя всея Руси возникало скрытое недовольство, ему самодержцу подчинить себя Кашалотову. Какому-то низкородному дворянчику, офицеришке и бунтарю. Петр, на свое счастье, не застал бунта Стеньки Разина, но навсегда запомнил какой дикий ужас внушал этот лихой казак князьям, боярам и даже его отцу Алексею Михайловичу.

А ведь тоже был не слабый царь, присоединивший большую часть Украины, смоленские земли, обширнейшие области Сибири. Именно при нем стали создаваться первые полки регулярной, профессиональной армии. И даже этого сильного душой и телом человека бросала в трясун при имени Степан, хотя Разина давно четвертовали.

Кашалотов продолжил передачу, закончив, добавил:

— Действуй осторожно, кое-кого даже поддержим на плаву кредитом, нельзя позволить, чтобы против нас объединились все олигархи.

Петр подтвердил:

— Мы сделаем все ювелирно, а пока, Александр Владимирович нужно перевести еще сто двенадцать миллионов долларов.

— Будет сделано! — Финансовый молох крутился все быстрее — для революции хороши все средства — особенно денежные!

Кашалотов продолжил работу над гипервирусом. Главное, это замаскировать его, сделать невидимым для сканирующих программ. Это равносильно тому, когда яд проникает в организм, а ты его не чувствуешь, не успевая предпринять контрмеры.

Девушка что сидела рядом с ним, оказывала посильную помощь. В ее кукольной головке было столько информации и знаний, что Кашалотов счел ее вполне подходящей для совместной работы. Кроме того, на такую диву и смотреть приятно, можно даже потом, закончив с гимнастикой ума, перейти к физкультуре тела.

— Запомни, девочка, чем проще маскировка, тем труднее ее распознать. — Многозначительно произнес Александр Владимирович.

— Это почему? — Спросила та.

Король спецназа объяснил:

— Элементов меньше, труднее зацепиться антивирусной программе.

Девушка согласилась, топнув точенной ножкой:

— Понятно, разрушить монолит труднее, чем кирпичную кладку.

— Да, ты поняла правильно. Но особенно опасно для электронных машин, когда вирус скрещиваешь с червем, это ведет к тому, что вредоносность и неуязвимость одного, объединяется со стремительностью и плодовитостью другого. — Многозначительно сказал Кашалотов.

Красивой программистке это стало интересно:

— Это интересно, но вот как добиться? Муха со слоном потомства не воспроизводят.

Кашалотов подтверди:

— Это верно! Но на то и дан разум, чтобы комбинировать лучше природы. Вот, например, червь это набор информации и вирус, простая цепь сигналов и точек. Мы может то или иное перепрограммировать, сделав таким образом, что они обретут сходные качества, и тогда смело сбрасывай файл-бомбу.

Девушка буркнула:

— Тогда я спокойна!

Кашалотов продолжал накручивать команды и информационные комбинации. Он увлекался подобной игрой, как маленький ребенок. Вместе с тем, вождь российского спецназа, подумывал над тем, не использовать ли такой метод, как забастовка. Это ведь не хуже гипервируса. А акции обваливает капитально. Только проводить его надо очень осторожно, чтобы следы не вели к Кашалотова и его империи.

Тут в голове вождя российского спецназа и мирового, в масштабах планеты, пролетариата возникли сомнения, а стоит ли вообще устраивать революцию, не лучше остаться крупным бизнесменом и наслаждаться жизнью. Потом он отогнал от себя эту мысль.

Во-первых, блаженствовать, да еще в большей степени, чем на этой отсталой планете, он может в мире победившего коммунизма. А во-вторых, власть она так сладка, причем абсолютная со всеобщим признанием, когда всюду висят твои портреты, а на тебя молятся как Богу! Этого можно достичь только через революцию, или военные переворот, что, по сути, одно и тоже. Кроме того, Кашалотов искреннее верил, и в этом себе не лукавил, что способен сделать жизнь народа намного лучше, чем при капитализме. Особенно, при таком разбойном строе, как на этой планете.

— Если честно говорить, наше дело святое и правое! — Сам себе пробурчал под нос Кашалотов.

— Странно, разрушать чужое благосостояние — это святое? — Удивилась девушка.

— Да! Потому что моя конечная цель, не обогащение, а счастье для всех! — Кашалотов перевел косинус и ввел дополнительный интеграл. — Теперь мы их всех замочим.

Девушка с удивлением спросила:

— А дальше! Я читала вашу брошюру, но не понимаю, как это все могут быть довольны и соблюсти справедливость. Ведь верхушка всегда будет искать себе привилегий.

Александр уверенно ответил:

— Несомненно, но диктатура пролетариата ставит высших, под контроль низших.

Таким образом, рабочий не говорящее орудие, а хозяин.

Девушка заметила:

— Хотела я бы посмотреть на это своими глазами.

Кашалотов воскликнул:

— Еще увидишь, и случится это скоро! Рабочий народ восстанет против эксплуатации и унижения, миллионнопалая рука разобьет ярмо.

— Миллион пальцев в кулаке — это как? — Удивилась девушка.

— Образное мышление! Абстракция, соединенная с реальностью! — Ответил Александр.

Девушка пискнула:

— Тогда понятно! Красиво.

Кашалотов плел сеть, его напарница прокалывала петли. А бригада саперов взялась за вулканы. Иосиф Бродский закладывал взрывчатку, рассчитывая с точностью до грамма. Полковник знал, насколько важна аккуратность в этом деле, его помощники не суетились, а действовали как заведенный механизм.

— Лучше использовать бикфордов шнур, чем радио. Тут слишком много излучений, высока геомагнитная активность почвы.

— Так точно, сэр! — Отчеканили солдаты.

Далее надо было подойти к кратеру, благо, если он уснул, а в том случае, когда бурлит и готов извергнуться, нужна не шуточная смелость. Вот таков, например, вулкан Кастор, то и дело плюется, грозит завалить, засыпать пеплом.

Во всяком случае, к этой бодливой козе нужен особый подход.

Вот так ползешь к нему, прикрытый, закрепленной на плечах титановой броней. Слышно, как стучат по ней мелкие камни и сыпется пепел. Ну, это еще пол беды, а вот если начнет капать лава, то полный каюк. Капитан Портян ощутил это на себе, ведь именно он возглавил ты группу, что должна еще больше оживить гиганта. Расплавленная порода льется на металл, нагревая его, даже через прокладку жжет плечи, шею, согнутый затылок. Это весьма неприятно, тем более, что голову пришлось наклонить под неестественный угол. Так это мучительно для позвонков.

— Вот это подобие пытки. — Урчит Портян.

Лейтенант Мери отвечает:

— Суставам полезна нагрузка, а это напоминает баню. Мне даже приятно!

Последовал грубый ответ:

— Тебе всегда приятно, с половиной роты переспала!

Девушка покраснела:

— Это ложь, гнусные сплетни!

Логично отметил:

— Огонь без дыма еще возможен, а дым без огня нет!

Мери не осталась в долгу:

— Про тебя тоже ходят слухи, будто ты голубой.

— Ну, это явная клевета.

— А докажи!

Движение на секунду остановилось, и капитан через силу дотянулся до лица Мери, запечатлев поцелуй.

Девушка пискнула: