Олег Рыбаченко – Невероятные приключения Алексея Сотникова (страница 17)
Вот это сражение, самое напряженное, за всю ее не простую жизнь. Мучительно ноет каждая клеточка тела, каждая жилочка, каждая косточка.
Но воительница мысленно уже мчится на белом коне как триумфатор.
Девчата с арены подошли к ней, встряхнули, плеснули на распухшее от синяков лицо холодной воды и резко дернули за руки вверх, так, что оторвали от поверхности. Аленушка ощутила резку боль в теле, охнула и посмотрела на трибуны.
Оттуда на арену летели цветы, шарики, ленты. Видя, что Аленушка не может подняться и поприветствовать зрителей, девушки положили ее на носилки и поднесли поближе к толпе. Тем самым давая возможность самым нетерпеливым болельщикам дотронуться через решетку до своего до свежеиспеченного кумира. Аленушка слышала возгласы:
— Супербоец! Величайшая! Королева ринга!
Конечно, это почетно, но не слишком приятно, когда тебя трогают. Воительница-ведьма морщилась, когда ее касались липкие лапы. Она ожидала главного — обещанного ключа. В голове мелькнуло сомнение: а ради чего, собственно, она устроила этот кровавый цирк. Только чтобы испытать свое мужество и показать крутизну?
Когда очередная лапа сжала ее обожженную грудь, Аленушка рассвирепела:
— Не лапать! — и толкнула пяткой в наглый «леденец» с руками.
Сильно толкнула, только окружавшие его другие зрители не позволили «леденцу» упасть.
Он закричал:
— Ты сделала мне больно, госпожа.
Воительница-ведьма ответила:
— Стану вашей правительницей, всех посажу на диету!
Ей становилось легче, тело ведьмы совершеннее обычного человеческого.
Красивая девушка-прислужница обмыла от пыли и крови ступни Аленушки и поцеловала их. Сразу стало легче, волдыри и порезы перестали беспокоить.
Аленушка набралась сил, приподнялась на носилках и закричала:
— Где ключ, мой законный трофей?!
В ответ послышались свист зрителей и довольно приятный голос:
— Ключ твой, вот только попробуй его взять!
Девушка-ведьма решительно поднялась с носилок. Она чувствовала себя бодрее.
Перед чародейкой возникла бабочка с туловищем в форме красивого сказочного ключа. Аленушка проворно хватила рукой, бабочка-ключик и не думала отклоняться, ладошка ведьмочки прошла сквозь нее как мираж. Аленушка закричала:
— Обман?!
И попыталась вновь схватить бабочку-ключ, но ощутила лишь теплоту в воздухе и едва не потеряла равновесие.
Кто-то из зрителей крикнул:
— А ты примани его!
Аленушка удивилась и ответила:
— Не знаю, как это сделать!
В самом деле, все ее колдовские знания были тут абсолютно бессильны. Но последовал ответ:
— Спой ему песенку про любовь, только не чужую, а собственного сочинения!
Аленушка нахмурилась:
— Ну, не знаю!
Меньше всего она была настроена сейчас на лирику.
— Мир принцесс-ноосферы можно открыть только тому, кто и воин, и поэт в одном лице! — сказал появившийся возле Аленушки импозантный мужчина.
— Ты кто? — спросила ведьмочка.
— Хранитель мироздания, — ответил мужчина.
— Ничего себе! — удивилась Аленушка и улыбнулась.
Мужчина положил руку на плечо девушке-ведьме.
— Больше песни, меньше прозы, — сказал он и стал осторожно поглаживать Аленушку. Ей было приятно ощущать голой, в волдырях кожей прикосновения невероятно нежной руки. Она даже слегка разомлела, и лишь ставший строгим взгляд хранителя мироздания заставил ее собраться.
Аленушка немного покашляла, помяла руками заживающую на глазах шею и, наконец, запела:
Понять нельзя, что стало вдруг со мною,
Пригожий мир, как сумрак стал ночной!
Я отдала мечту страстей свою герою,
А ноги танец исполняют заводной!
Ну почему так на душе тревожно?
И душит сердце скользкий, мерзкий спрут!
Понять себя ведь просто невозможно,
Одна надежда: время — доктор, «швы» пройдут!
Искала я в сраженьях утешенье,
Хотела кровью жар в душе залить!
Кто не со мной — жестоким будет мщенье,
Сплелась в кольчугу жизненная нить!
Душа на часть рвется — раздвоенье,
И черное и белое — равно!
Хочу молить у доброты прощенье,
Но истребляю много, все одно!
Но где-то милый в сладких грезах бродит,
Стремлюсь к мужчине, чтоб был идеал!
Детей родить хочу, пахать и сеять поле,
И не губить, лишь строить, созидать!
Да, верю, что смогу стать чище, лучше,
Что обрету покой, мечту, семью!
Разгонит ветер грозовые тучи,
Надеюсь, верю, страстно всех люблю!
На последних словах бабочка-ключик сам опустился в раскрытую ладонь чародейке. Аленушка ощутила ласковое щекотание его лапок. Девушка улыбнулась и неожиданно для себя спросила:
— Теперь можно открыть?