Олег Рыбаченко – Хоттабыч против Игил (страница 15)
— Будет еще хуже!
Последовала атака на девушку-демиурга, она отступила и ловко подрезала противника. Тот плюнул ядовито-коричневой кровью, но стал еще страшнее:
— Что красотка! Получишь в пятак!
— Нарвешься на крепкий солдатский кулак! — Достойно ответила девушка-рейнджер.
Следующий удар и ей отсек руку. Эльфарая подкосилась, ее отбросило. Она истекала кровью. Юлий Петров получил очередной "подарок", ему подрубили коленку. Юноша-майор застонал, попробовал увернуться, но острие пробило место, где у обычных людей находиться правая почка.
Юлий Петров ударил по конечности, ему лишь слегка удалось: ее надрубить, плоть из жидкого металла стала куда прочнее. Мальчишка-майор отступал, пробовал парировать, но на него летело сразу дюжина лезвий, а также кинжалы. Один из них пробил парню сердце, Юлий Петров пошатнулся и стал заваливаться.
Отчаянное усилие Эльфараи, спасло его от немедленной гибели. Юноша-майор получил новое повреждение, будучи почти рассеченным пополам, а девушка-майор лишилась второй груди, и ей пробило сердце. Эльфарая вся была в крови, с нее слазила прекрасная кожа. Девушка-майор прошипела:
— Я теряю красоту!
Монстр, не скрывая плотоядной эмоции, оглушительно взревел:
— Словно с аллигатора снимется с вас кожа!
Девушка-демиург, даже погибая, не теряла юмора, сразу ответила:
— Силой терминатора, будет бита рожа!
Снова полный отчаяния выпад, осталась только одна покалеченная, но не утратившая очарования нога. До чего туго пришлось девчонке.
Юлий Петров получил очередной удар в сердце. Хорошо, что их у него теперь стало целых три, иначе немедленная смерть. Но и потеря двух из трех моторов заставляет существенно ослабеть. У мальчишки-офицера мутилось и одновременно взрывалось атомными вспышками сознание. Кошмар, покрытие трескается, одна уцелевшая нога уже не держат, зверски изувеченное тело.
Монстр провыл:
— Я тебя заколочу! — И бросился на девушку-рейнджера. Его похабный рот произнес:
— Знаешь, шлюха как в старину: насиловали таких ядреных девок как ты?
— И знать не хочу! — Эльфарая отбивалась, с отчаянием мухи в густой паутине. Облитая потом и кровью она казалась еще прекраснее, и напряжение рвущихся мышц придавало ей особый шарм и трогательность.
И похотливый писк:
— А придется!
Набросившись на девушку: лезвие перерезало красотку пополам. В последнем смертельном усилии, Юлий Петров метнул меч, поразив мелькающего в небесах голубя, птица была маленькой и такой безобидной, но юноше на мгновение показалось: что перед ним возник оранжевый прицел.
Монстр уже хотел раздробить девушке-рейнджеру голову, застыл и неожиданно стал рассыпаться. Его чудовищная плоть разлетелась, как шарики пинг-понга. Они, становясь все мельче и мельче рассыпались, подпрыгивая. Эльфарая отрыгивая кровью, крикнула:
— Ты все-таки сделал это!
— Да, я это сделал! — Обрадованный мальчишка дергался в конвульсиях, он непередаваемой боли. —Нас ждет окончательная победа.
Последняя фраза, уже была не к месту, но смотрелась весьма выразительно. Юноша-майор и девушка-демиург соединили свои окровавленные руки и поползли. Они преодолевали метр за метром, словно голым прессом по битому стеклу. Героическими усилиями, удалось, наконец преодолеть барьер. Изображение замигало и, свет померк. Юноша-майор и девушка-демиург на мгновение отключились, после чего пришли в себя, застыв в биокамере. Они внешне были вполне целые, но висели на силовой магоматрице.
Магоматрица казалась очень мягкой, словно ты порхаешь в облаке, или пушистой перине, и чуть-чуть отсвечивала изумрудным. А сами воители, находились в очень просторном и невероятно высоком зале. Он напоминал многократно увеличенный собор — размеры с Эверест, но без икон и статуй.
Но на самих стенах этого собора, происходило слегка прикрытое розовым маревом движение.
Хотя конкретно различить, происходящее — чрезвычайно сложно.
Эльфарая совсем нагая, но прелестная девушка-демиург победоносно состроила глазки Юлию. Какая у нее чистая, блестящая кожа — смесь бронзы и сусального золота. Это божество войны и любви. Красота, не доступная описанию, даже гениальный поэт не сможет подобрать подходящих строк. Полнозвучно эта фея сказочного Эроса проворковала:
— Мы победили… Первый этап прохождения трассы уже позади!
Юлий Петров с досадой выпалил:
— Еще только первый?
Голоногая девчонка-демиург скрестив конечности, ответила:
— Конечно… В награду тебе будет новая жизнь. А это не так просто получить.
Бывший майор демонстративно зевнув, спросил:
— И долго ли мне так еще бегать?
Эльфарая с нарочито кислым видом ответила:
— Еще три этапа! Пройдешь четыре уровня — первый уже позади и вернешься в свое мироздание!
Юлий Петров нахмурил лоб и внезапно покраснел. Голышом рядом с дамой как то стеснительно лежать. Но с такой неземной красоткой в особенности. Твое достоинство и совершенство начинает мучительно набухать и пульсировать.
Майор-юноша чтобы скрыть смущение с нескрываемой иронией заметил:
— Только четыре этапа?
Эльфарая которую явно забавляло резко увеличившееся совершенство героя, хихикнув, ответила:
— А много ли на Земле людей возвращающихся с того света? Естественно вторую жизнь на своей родной планете надо заслужить… А это очень сложно и на второй этап ты пойдешь уже без моей поддержки!
Юлий неожиданно для себя запел:
— Один, всегда один — я как из церкви мышь!
Эльфарая подмигнула в ответ и проворковала:
— Может быть и один, а может быть и нет! Там как получится…
Девчонка легко спрыгнула с силовой матрица и провела босой ножкой восьмерку по полу. Затем стала выводить на хрустальной, слегка запыленной изумрудами поверхности надпись:
— Сначала предыстория конфликта миров.
И Юлию Петрову стало не по себе. Очень уж яркое и красочное изображение заполнило пространство. Это действительно было похоже на кино. Но кино особое — с картинами разрушение и окружающее тебя со всех сторон.
Ни один кинотеатр мира не дал бы такого эффекта. Показывалось альтернативное развитие второй мировой войны!
Казалось бы положение Третьего Рейха к марту 1945 года уже абсолютно безнадежное. Советские войска всего если брать по прямой с плацдарма — всего в шестидесяти километров от Берлина.
А на Западе союзники вышли широким фронтом к реке Рейн. Восточная Пруссия отреза от остальной территории Германии. У Третьего Рейха все меньше и меньше под контролем территории ресурсов.
На ялтинской конференции 2–3 февраля — Германию уже поделили на зоны оккупации.
Даже Сталин дал обещание после капитуляции Германии — через три месяца начать боевые действия против Японии.
То есть в исходе войны никто не сомневается. Немцы уже ищут возможности сепаратного мира с союзниками. А Адольфа Гитлера даже самое ближайшее окружение уже списало с игры.
Мысли союзником и Сталина направлены на послевоенное устройство Европы и всего мира. Кажется, что дни фашисткой Германии уже окончательно сочтены и агония продлиться не более, чем несколько недель.
В реальной истории впрочем так оно и было. Через два месяца то, что осталось от фашистской Германии капитулирует и война закончится.
Но тут случилось вмешательство попаданца с космическом империи Шиза. Гибрид комара и кактуса — хроноагент Чокнутый с помощью гиперпластического биостимулятора мог придавать себе любой облик. И засланный враждебной человечеству метагалактической цивилизации в прошлое воплотился в Адольфа Гитлера.
Таким образом кактусовый комар и космический Гросс-маршал стал фюрером фашистской Германии. И разумеется на стороне насекомого знания сверхцивилизации, человеческого будущего и вполне реальные сверхспособности.
Юлий Петров не удержался от вопроса:
— А почему он преобразовал себя в Гитлера, только в марте 1945 года, а не раньше? Мне кажется все равно одно колючее насекомое в той ситуации, серьезно ход истории не изменит!
Эльфарая логично заметила:
— Как сказать! В фантастических роман, даже простой человек, во всяком случае без сверхспособностей в одиночку творил чудеса. — Девчонка-демиург покрутила голой ножкой себе у виска. Это можно было считать — типа какой ты еще недоразвитый. Эльфарая продолжила с подчеркнуто снисходительным тоном. — А тут мы имеем дело с настоящим монстром, из империи покорившей великое множество миров и даже галактик! Поверь мальчик — это очень даже серьезно!
Майор Петров всерьез обиделся: